Мой снежный князь - Франциска Вудворт

– Свадьбу, – тихонько пояснила я. – Гости со стороны невесты, – я кивнула на свою сторону, – гости со стороны жениха, – кивнула на его, – Харольд с Радомиром как свидетели, а мы как молодые. Не хватает только криков «горько!» для полноты картины. – Я еле сдерживалась, чтобы не расхохотаться.

– Будем считать это репетицией, – сказал он. – Хотел бы я одеть на этот пальчик кольцо, – И накрыл мою руку своей.

Меня опалило таким жгучим смущением, что всю мою веселость как ветром сдуло. Чувствовала, как загорелись мои щеки, потом все лицо и шея, и ничего не могла с этим поделать. Его рука на моей просто обжигала. Я проклинала себя, что вообще заговорила.

Спас меня Радомир, отвлекая вопросом о предстоящей поездке. Мы заговорили о том, какого и сколько товара лучше взять с собой, и мое сердце начало постепенно успокаиваться. Рука князя все еще лежала на моей, и я её не убирала.

– Если все пойдет хорошо, то я не удивлюсь, когда в леса хлынут торговцы из города, желая заключить договор с грогами о торговле, – сказала я Радомиру. – Вам бы заключить с князем договор о монополии, пока вас не опередили. – Посоветовала я ему.

Он крепко задумался, а потом посмотрел на меня удивленно:

– А ведь ты права! – воскликнул он.

– Как вы смотрите на это? – спросила я Влада.

– Мы можем обговорить условия после обеда, – сказал он Радомиру, и посмотрел на меня с непередаваемым блеском в глазах.

– Вы не должны говорить в городе, что в лесу безопасно, иначе сюда хлынет всякий сброд, в надежде чем-то поживиться, – предупредила я Радомира. – Предупредите всех, что мы не рады незваным гостям и будем жестоко с ними расправляться.

– Вы не против? – спросила я у Владислава.

– В твоих словах есть логика. Сюда столько лет никто не заходил, что я как-то и не подумал о защите своих владений, – сказал он, пряча улыбку.

– А что в твоем понимании жестоко? – спросил тихонько меня он. – Должен же я знать, как действовать с нарушителями. – Он еле сдерживал смех.

– Посадить их на кол и для устрашения расставить у леса? – продолжал ехидничать он.

– Конечно же, нет! Нечего портить пейзаж, – фыркнула я, и задумалась.

– Каждого чужого, кто забредет без разрешения в лес с целью наживы – раздеть наголо, лишив всего и выставить из леса. Пусть лучше люди смеются, – наконец придумала я.

Владислав расхохотался во весь голос. Люди потрясенно замолчали, гроги тоже были удивлены. А он смеялся и не мог остановиться. Отсмеявшись, он бросил на меня такой взгляд, полный восхищения и любви, что у меня замерло сердце.

Праздник продолжался. Начали возникать беседы между людьми и грогами. Незаметно Радомир с князем удалились в кабинет, обговаривать условия будущего соглашения. Лада и Лиса с любопытством спросили меня, чем я так рассмешила князя. Когда я рассказала им, то они хохотали не меньше. Это было самое необычное день рождение в моей жизни.

Когда вернулись Владислав и Радомир, то было видно, что они пришли к соглашению, и в их глазах светилось взаимное мужское уважение. «Надо бы узнать на каких условиях» – подумала я.

Мы вышли на улицу, и князь удивил меня, подарив еще один подарок – потрясающую белоснежную кобылу Луну. Она была такая грациозная, что у меня навернулись слёзы.

– Она резвая, но с добрым нравом, – сказал он мне. – Я буду спокоен, когда ты будешь на ней.

Мужчины стали обсуждать стать и достоинства кобылы. Я заметила, что Радомир хочет поговорить со мной, и улучив момент, подошла к нему.

– Вы довольны соглашением? – спросила я его.

– Более чем.

– Когда ваша свадьба? – огорошил он меня вопросом.

– У нас еще не такие отношения, чтобы говорить об этом, – ответила смущенная я.

– Когда мужчина смотрит на женщину таким взглядом как он на тебя, то поверь мне, он мечтает сделать ее своей не на день или два, а до конца своих дней.

Видя мою растерянность, он продолжил:

– Тебе повезло завоевать любовь двух сильных, и не похожих мужчин. Я не хочу сказать, что ты этого не достойна – даже более чем. Каждому из них много выпало в жизни, каждый из них по своему одинок, и ты смогла попасть им в душу и согреть её. Мне просто жаль, что одному из них ты разобьешь сердце. Боюсь, я даже знаю кому.

– Я не хотела попасть в такую ситуацию, и не хочу никому причинять боль, – ответила смущенная я.

– Тут нет твоей вины. Запомни одно – здесь ты на своем месте. Все изменения, что здесь произошли, стали возможны лишь благодаря твоему появлению.

Он пристально посмотрел на меня:

– За короткое время, что мы знакомы ты стала мне как дочь. Не думай, что я когда-нибудь забуду о том, что Лада осталась жива лишь благодаря тебе. Ты спасла и вернула мне дочь. Я думаю, что во всем произошедшем есть рука судьбы, – проговорил он, имея в виду, что из-за поступка Лады мы оказались в лесу, – и все что произошло было по её воле.

Он взял мою руку, рассматривая браслет, но почувствовал под платьем еще один и приподнял мне рукав.

– Такие не похожие, – сказал он задумчиво, рассматривая браслеты, но имея в виду совсем другое.

– Какой из них тебе наиболее дорог? – спросил он, пронзив меня внимательным взглядом.

– Я не могу их сравнивать. Один мне преподнесли со своей любовью, второй лишь подарок на день рождения, – ответила я. – Но князь преподнес мне другой подарок – он привез мне кофе!

Радомир улыбнулся, задумчиво глядя на меня: – Я помню, как любишь ты этот напиток.

– Значит, вот куда он так торопился вчера, – сказал он себе.

– Береги себя и его, – сказал он в заключение, – это много значит для наших народов.

Меня взволновал и заставил задуматься разговор с Радомиром. Я не ожидала такой откровенности от этого сдержанного человека.

Я нашла Ладу и Лису. Мы взяли ее отца, и отвели на могилу к Чаруше. Я захватила с собой пирог и медовухи. Он упал на колени у холмика огороженного камнями и заплакал. Мы переглянулись между собой. У Лисы и Лады после пережитого слез не было, но они сочувствовали его горю. Я передала Лисе поминальное угощение, чтобы она поставила его на могилку. Немного погодя Гектор успокоился, и просто молчал, держа за руку свою дочь, стоящую рядом. Когда он посмотрел на меня, то я ожидала увидеть злость, но в его глазах было лишь смирение.

– Спасибо за Лису, – сказал он мне.

Начинало темнеть и мужчины из селения стали собираться домой. Я попрощалась с подругами, договорившись почаще видеться. Мне хотелось верить, что это начало новых отношений между людьми и грогами. По крайней мере, они были в одном месте, сидели за одним столом, вели беседы и все живы. А это уже не мало.

Мы с князем провели их. Когда мы стояли рядом и смотрели им вслед, он произнес: