Таня Гроттер и птица титанов - Дмитрий Емец

4. КНИГА НЕГОДЯЕВ

Книга, в которую занесены имена всех негодяев магического мира. Если негодяй становится годяем, его имя из книги изглаживается. Местонахождение: невидимый шкаф в кабинете Сарданапала.

5. ЗЕРКАЛО УМА и КРАСОТЫ

Пожирает красоту всех посмотревшихся в него девушек и ум всех посмотревшихся в него мужчин. Место нахождения: несуществующий чердак Проклятой Башни, отражение которой можно увидеть в пруду каждую третью ночь всякого первого года нового столетия.

6. СИНИЙ ПОРОШОК МАГА ДЕМОСФЕНА

При вдыхании левой ноздрей заставляет желать (и всегда достигать!) невозможного. Внимание! Ни в коем случае не вдыхать порошок правой ноздрей!

7. ВСЕЗНАЮЩАЯ ЭНЦИКЛОПЕДИЯ

Энциклопедия судеб, в которой записаны все судьбы прошлого, настоящего и будущего. К сожалению, книга берет со своих читателей высокую плату – один откушенный палец за каждую перевернутую страницу. Единственный маг, из упрямства прочитавший книгу до двадцатой страницы (дальше пальцы закончились), утверждает, что буквы в книге все время меняются местами и невозможно дважды прочитать одну и ту же строчку.

8. ГНОМЬЯ КОРОБОЧКА

Маленькая желтая коробочка, хранящаяся у Медузии Горгоновой. Открыв ее, вы увидите гномика. Гномик снимет синюю шапочку и вежливо скажет: «Хухрик-пухрик!» Вы задумаетесь, что бы это значило. Желтая коробочка захлопнется, а вы обнаружите, что ваша жизнь прошла и вы глубокий старик.

9. ТАБЛЕТКА ХИТРОСТИ

Маленькая зеленая таблетка с одной желтой полосой. Проглотивший ее человек ни за что не поверит, что таблетка была зеленая, а полоса на ней желтая. Ему это будет казаться слишком очевидным, и он во всем станет подозревать подвох. Умрет, скорее всего, от голода, убежденный, что его еда отравлена.

10. КУПИДОНЬЯ КНИГА

Влюбляет кого попало в кого угодно. Странствует по свету в форме большой полосатой осы. Из коллекции Великой Зуби.

11. НЕВОЛШЕБНАЯ ПАЛОЧКА

Палочка, против которой бессильны все волшебные палочки и все перстни. Представляет собой нижнюю ветку мраморного дерева. Весной на неволшебной палочке появляются почки. В эти периоды палочка становится нервной и вплоть до появления цветов ее лучше не использовать. Местонахождение: невидимый шкаф в секретной лаборатории Сарданапала.

З.Ы. Весит около семи килограммов, так что это скорее дубина, чем палочка.

12. БУСЫ ОСТРОУМИЯ

Похожи на безвкусные красные бусы. Превращают любого застенчивого молодого мага в интересного собеседника. Незаменимый помощник на первом свидании. Единственное условие – девушка должна вовремя смеяться, реагируя на всякую шутку и всякое слово молодого человека. Если нет – бусы превращаются в змею и душат ее. Молодого человека они душат в двух случаях: 1) если он мямлит или заикается; 2) если перестает слушать подсказки и несет отсебятину.

Примечание: Плавать в бусах нельзя. В воде одна бусина весит чуть меньше мельничного жернова, хотя вообще-то бусы легкие.

Местонахождение: в шкатулке у Медузии Горгоновой, но она их не носит, потому что считает, что бусы ей не идут.

13. ЧЕМОДАН ИСТИННЫХ НАМЕРЕНИЙ

Полосатый чемодан с выдвижной ручкой и колесиками. Молния слегка заедает. Правый край чемодана искалечен ударами копыт единорога. Из чемодана истинных намерений можно вытащить любую настоящую мечту, но этот же чемодан сожрет вас, если с мечтой, на его взгляд, что-то не так.

Примечание: чемодан находится у академика Сарданапала, который хранит в нем холостяцкие подтяжки, непарные носки и прочие ненужные пустяки.

14. ПТИЦА ТИТАНОВ

Маленькая серая птичка с красным, немного загнутым клювом, для которой не существует ни времени, ни пространства, ни физических преград. Может жить как в огне, так и в воде. Не имеет двойников ни в одном из известных миров. С легкостью проникает сквозь межмирную границу (так называемое Стекло Миров).

Любимица гекатонхейров, которых, по легенде, когда-то спасла из заточения.

Если убить птицу титанов, треснет Стекло Миров. Однажды это уже случилось (см. извержение Везувия и гибель Помпеи), но тогда птица титанов была только ранена. Питекантроп Татарах (см. ветеринарный маг Тибидохса) спас ее, и трещина закрылась.

Не успела Таня перечитать про птицу титанов, как Гробыня, пытаясь забрать у нее лист, влезла ногтем в одну из букв. Мгновение – и ее длиннющий ноготь стал исчезать, превращаясь в ничто. Было совершенно ясно, что одним ногтем дело не ограничится.

– Пожирающие чернила!.. Гу-у-уня! – завопила Склепова, но, поняв, что Гломусом вломусом делу не поможешь, а с остальной магией у Гуни туговато, вскинула перстень.

– Огнеметус пропанус!

Красная искра скользнула по листу, и он осыпался пеплом.

– Что ты сделала? Ты соображаешь, сколько там было полезного? – крикнул Бейбарсов.

Склепова озабоченно разглядывала ноготь. Он стал гораздо короче, но все же палец уцелел.

– Гуня! Тут на твою маленькую мышку повышают голос! – капризно пожаловалась она.

На Бейбарсова надвинулся верный Гломов.

– Она мне нравится в полном комплекте! Со всеми пальцами! – прорычал он.

Шурасик отвел Таню в сторону. Сразу к ним подошел и Глеб.

– Узнай, где можно найти и как убить птицу титанов! – велел Шурасик Тане.

– Как я это узнаю?

– Элементарно! См. питекантроп Тарарах! – веско произнес Шурасик.

Таня мгновенно сообразила, куда он клонит.

– Если Тарарах вылечил ее в прошлый раз…

– …то он знает, чем ранили птицу, не боящуюся ни огня, ни воды! Но тут и у меня, положим, есть кое-какие мыслишки. Но вот где искать птицу, для которой не существует ни времени, ни пространства? – напористо заявил Шурасик.

– Тарарах никогда не скажет!

Согнутым пальцем Шурасик почесал переносицу.

– Мне – да. Глебу тоже. А к кому Тарарах относится лучше всего?

– Конечно, к тебе, Танюша! К тебе просто нельзя относиться плохо! – уточнил Бейбарсов с самой милой, с самой ослепительной улыбкой из своей роковой коллекции.

– Да, но…

Глеб прищурился. Глаза у него стали холодными.

– Что «но»?

Тане захотелось боднуть его лбом в нос, чтобы он был не таким красивым.

– Хорошо, Глебушко, я узнаю! – пообещала она, передразнивая Абдуллу.

У Бейбарсова дрогнуло веко. Он был обидчив.

– Очень на это надеюсь. Это и в твоих интересах! – сказал он и, повернувшись, вышел.

За ним последовали Шурасик, вспомнивший, что он не окончательно указал Свеколт ее скромное женское место в структуре будущих семейных ценностей, и Гуня, спохватившийся, что в то время, как обед уже где-то там, он еще где-то тут.