Невеста Темного - Елизавета Соболянская

Королева Эльвира прислала дочери письмо. Леокадия пару дней ходила задумчивая, отвечала за столом невпопад, а потом отправила ответ и успокоилась. С той поры гонцы в цветах королевы появлялись на пороге по расписанию – раз в две недели.

Король Изтис с головой ушел в новый проект строительства крепости где-то на перевале, и нас не беспокоил совсем. Темный лорд, правда, ему писал, консультировал установку подъемника, но это меня не касалось.

Король Ализэус окончательно сошел с ума, обвинив в пособничестве Темным собственного сына. Наследник бежал, укрылся в приграничной крепости и собирал силы, чтобы свергнуть отца с престола. Герцог Руэн в конфликт не вмешивался, наблюдал, но иногда делился за столом подробностями, уверяя меня, что скоро все закончится, а принц Руперт не такой идиот, как его отец.

Меня эти политические танцы не трогали – я устало бродила по аллеям, мечтая разрешиться от бремени и страшно опасаясь самого процесса родов. Конечно, я многое знала, но страх не желал меня покидать. Только в объятиях супруга я успокаивалась и забывала обо всем.

Едва начал таять снег, меня познакомили с повитухой – бабушкой Лестой, пожилой, крепкой оборотницей с волчьими желтыми глазами. Потом представили Нинею – нимфу, принимающую роды у матери лорда Пейтона. Следом в замок пришла троллина Саргана, а за ней – гоблинша Иссира. Каждая повитуха одобрительно смотрела на мой высокий живот, хвалила будущего наследника и предлагала свои услуги. Я вежливо приглашала их остаться в замке до родов и…пряталась ото всех в любимой оранжерее или в саду. Пусть ведут беседы у камина, пьют сладкое вино из замковых запасов и не трогают меня, как можно дольше.

Наконец, весна развернулась во всей красе – крестьяне вышли в поля, деревья зашелестели молодой листвой, а у меня наступило горячее время в замковом саду. Полдюжины лепреконов и садовников расчищали, перекапывали и обрезали, повинуясь нарисованным за зиму планам. Я же вместе с пажом решила расчистить клумбу с ирисами, тянущими из земли зеленые стреловидные листья.

Весеннее солнышко, легкий ветерок, растущая куча засохшей листвы и сломанных за зиму веток… Я даже запела, радуясь хорошей погоде и своему настроению, а потом вдруг спину скрутило, и я, ничего не понимая, замерла в неприличной позе. Паж отреагировал сразу:

– Началось, миледи? – пак подскочил ко мне, схватил за руку и оглядел сад.

Недавно прозвенел обеденный колокол, все ушли в замок, оставив нас одних, зная, что я не терплю, когда меня отвлекают от любимого дела. Лорд Бедивир и лорд Пейтон с утра уехали на другой конец герцогства, чтобы осмотреть дамбу и мельницу при ней. Принцесса Леокадия мучилась тошнотой и не покидала своих комнат. Даже неустанно Цвиргус отпросился в троллье поселение, навестить отца.

Я растерялась и на вопрос пажа смогла только кивнуть. Ноги не держали, и я опустилась на тропинку, радуясь тому, что пышные юбки не дают холоду подобраться к телу. Пак оценил мое состояние, свои силы и расстояние до замка, а потом вдруг склонился в поклоне:

– Простите, миледи, но так будет лучше, – один жест и… я провалилась под землю!

Испугаться не успела, со всех сторон набежали эльфы, подхватили меня на руки, уложили в постель и уставились огромными темными глазами.

– Господа, – я старалась не высказывать страха и опасений, – мне бы повитуху…

Вперед вышла дама постарше, поклонилась, все так же блюдя молчание. Я даже растерялась, но ситуацию спас пак, он подобрался ближе и зашептал мне на ухо:

– Темная леди, мой клан своим молчанием высказывает Вам безмерное уважение.

– Спасибо, конечно, – выдохнула я, – но мне нужна помощь. Платье мокрое, и постель я испачкала.

Меня услышали. Принесли ширму, чистую сорочку, удобный халат, а пока я умывалась и меняла одежду, постель перестелили, отгородив от комнаты пологом. Я невольно залюбовалась – сверкающая паутина, кое-где украшенная сухими листьями и коробочками физалиса, смотрелась очень нарядно.

Потом мне с реверансами поднесли шипучий мед, и пак шепотом подсказал, что нужно сделать хотя бы три крошечных глотка, чтобы магия сида помогла мне. А дальше все смазалось в череду болезненных схваток, стонов и воркующих уговоров. Мне было плохо, страшно и не хватало воздуха. В короткий период затишья я оперлась на спинку кровати, повисла, переводя дыхание и услышала:

– Темному лорду послали ворона, он скоро будет здесь.

– Скорее бы, леди без него не хватает сил.

Когда я подумала, что у меня не осталось ни капли сил, и умереть хотелось больше, чем жить, под землей раздались крики, быстрые шаги, и в комнату ворвался мой муж. От облегчения я заплакала:

– Вы здесь, мой лорд, Вы здесь… – вцепилась в его плащ, мокрый от дождя, прижалась и выдохнула длинным стоном, стараясь избавиться от той ноши, что тяготила меня уже девять месяцев. Повитуха радостно всплеснула руками:

– Вы вовремя, милорд! Еще чуть-чуть, миледи!

«Чуть-чуть» растянулось на десяток долгих, болезненных потуг, но я справилась. В какой-то миг вдруг стало легко-легко, и от этой легкости закружилась голова.

– Девочка! Миледи! Поздравляю, у Вас девочка! – выпалила темная эльфа, и ее голос подхватил весь сид.

Темный лорд сначала крепко прижал меня к себе, а потом отодвинул и недоуменно спросил:

– Как девочка? У Темных лордов рождаются только наследники.

Ему поднесли крохотное красное тельце в шелковой пеленке, продемонстрировали так, что сомнений не осталось – девочка. Темные слипшиеся волосики на макушке, зажмуренные глазки… Я потянулась к ней, и повитуха вложила малышку в мои руки и захлопотала вокруг, приговаривая:

– Ничего страшного, милорд, сначала девочка, потом мальчик. Ваша леди жива-здорова, полна сил и сможет родить Вам еще много детей! – приговаривала эльфа, помогая мне приложить к груди маленькую Темную леди.

Кажется это «много» ввергло моего супруга в прострацию. Он долго смотрел на нас, а потом протянул руку и нежно погладил малышку по макушке:

– Я буду рад, если предсказания моей прабабки сбудутся.

До меня же с опозданием дошло то, что было написано в книге. «Три сердца» – значит, у нас будет еще двое детей?