Паучья Королева - Дж. Э. Уайт

«Мы её спасём! Честное слово».

Кара внимательно изучала лица ведьм в поисках Бетани. Но её нигде не было видно.

– Я явилась в эту вашу гнусную клоаку, рассчитывая получить две простые вещи, – объявила Риготт и принялась загибать пальцы на руке, обтянутой перчаткой. – Мои гримы. И девчонку. А вы ухитрились упустить и то, и другое!

Сафи улыбнулась, явно радуясь разочарованию Риготт. Кара, осознав, что её подруга продолжает сопротивляться Паучьей Королеве, обрела новый источник сил.

«Нет, Риготт не сломила тебя! – с восхищением подумала Кара. – Ты победила!» Торжество юной ведьмы помогло Каре воспрянуть духом.

«Раз Сафи смогла выстоять против Риготт, значит, и я смогу!»

– Однако же ещё не поздно заслужить прощение, – продолжала Риготт. – И чтобы продемонстрировать вам своё милосердие, я дарую вам всем шанс помочь. Сейчас вы сообща прочешете это здание, всё до последнего дюйма, отыщете девчонку и приведёте её ко мне. Однако же время дорого, друзья мои, так что разрешите вас подбодрить. За каждую минуту промедления я буду отсылать одного из ваших детей в липкий туман. Быть может, потом вы позволите им вернуться и разнести среди вас эту вашу очаровательную заразу. А может быть, вы повернётесь к ним спиной и дадите им умереть там, в темноте – они будут выкрикивать ваши имена и стучать в стекло своими маленькими ручонками. Да, решение непростое! Мне в самом деле любопытно знать, что же вы выберете.

Услышав это объявление, толпа заворчала и встряхнулась, точно огромный зверь, пробуждающийся ото сна. «Да! – оживилась Кара, решив, что угрозы Риготт наконец-то побудят их к действию. – Помогите нам! Вместе у нас есть шанс!»

Однако её надежды на союзников тут же развеялись: стоило ведьмам раскрыть гримуары, как толпа смолкла: страх угасил пламя бунта.

– Буду предельно откровенна, – продолжила Риготт, смерив жителей Катта безжалостным взглядом. – Возможно, кто-то из вас умрёт, возможно, даже все. Мне это безразлично. Я всё равно уйду отсюда с тем, за чем пришла.

Десятки фигур в чёрных плащах принялись проталкиваться сквозь перепуганную толпу, наугад хватая детей. Зал наполнился воплями и рыданиями. Молодая мать, нарушив все обычаи, прижала сына к себе, отказываясь его отдавать. Полыхнула красная молния, женщина отлетела в другой конец зала.

Кара, наблюдая за всем этим, уже знала, что она должна сделать.

– Вы двое, бегите к тем щелям в стене и выбирайтесь на поверхность, – велела она мальчикам. – Прямо сейчас. Пока никто не смотрит. А я вас догоню чуть позже.

– Ещё чего! – воскликнул Тафф.

Лукас кивнул.

– Не бывать этому.

Кара притянула их к себе. Даже сейчас, несмотря на царящий внизу хаос, она не рискнула говорить громче.

– Если я не сдамся, погибнут люди! – сказала Кара.

– Нельзя сдаваться! – ответил Лукас. – Она же тебя убьёт.

Кара с напускной отвагой пожала плечами.

– Она уже пробовала. Пока ничего не вышло!

Она положила руку на сумку Лукаса и встретилась с ним глазами.

– Вы должны уйти отсюда как можно дальше! От этого зависит всё.

Лукас замотал головой.

– Должен же быть другой…

– Но его нет! – перебила Кара. – Нет другого выхода. И обсуждать это некогда.

Она нагнулась к Таффу, отвела упавшую ему на глаза чёлку.

– Разыщи папу, – продолжала она. – Оставайся с серыми плащами, пока…

– Нет! – выпалил Тафф. – Мы же должны держаться вместе. Мы с тобой. Всегда!

– Ты не бойся, – сказала Кара, шутливо ткнув его пальцем в нос. – У меня есть план!

Она подняла глаза на Лукаса.

– Жизнь моего брата – в твоих руках. Береги его.

Лукас был готов разрыдаться, но сдерживал слёзы. Услышав, обращённые к нему слова, он расправил плечи и чуть заметно кивнул.

– Хорошо, – ответил он срывающимся голосом.

И торопливо, боясь передумать, потащил Таффа назад по сетчатому мостику. Малыш всю дорогу отбивался и брыкался.

– Тсс! – успокаивающе шептал ему на ухо Лукас. – Давай уж доверимся ей. С ней всё будет в порядке. Ну ты же знаешь свою сестру! Она с чем угодно способна справиться.

Лукас в последний раз посмотрел в глаза Каре, а потом они проскользнули в воздушную щель и исчезли в неведомых глубинах за пределами музея.

«Они спасутся, – подумала Кара. – Не могут не спастись!»

Она выбралась из своего укрытия за скульптурой и приготовилась обнаружить своё присутствие, как вдруг сквозь гвалт внизу прорезался новый голос.

– Моя королева!

Грейс с высоко поднятой головой прошла сквозь расступившуюся толпу и поднялась на панцирь по ребристому хвосту черепахи. Кара замерла, не зная, что теперь делать.

Грейс преклонила колени перед Риготт.

– Вот ваши гримы, – произнесла она, обеими руками протягивая ей сумку. – Я добилась успеха там, – она мельком взглянула на близнецов, – где другие потерпели поражение. Известно ли вам, моя королева, что две эти дуры пытались убить Кару тогда на ферме? Они погубили бы весь ваш план! Быть может, они и меня бы убили.

– Это правда? – осведомилась Риготт, переведя гневный взгляд на близнецов. – Вам ведь велено было лишь создать видимость опасности, чтобы помочь нашей беловолосой ведьме втереться в доверие к вексари!

«Так вот почему Грейс предупредила нас тогда на ферме! – сообразила Кара, сложив два и два и в очередной раз ощутив себя жалкой оттого, что не догадалась сразу. – Это всё с самого начала было спланировано, чтобы убедить меня в её искренности! Однако Грейс права: невзирая на приказ, близнецы явно не собирались оставлять нас в живых».

– Они полны зависти, моя королева! – продолжала Грейс, улыбаясь с нескрываемым удовольствием. – Они завидуют мне. Провидице. Каре. Любому, кого вы считаете важнее их самих. Бедняжки не понимают, что они лишь сторожевые собаки!

Услышав слова Грейс, близнецы ощетинились и что-то завопили на своём странном, шипящем языке, подхватывая и договаривая фразы друг за дружкой, словно они были двумя половинками одного существа.

– Довольно! – велела Риготт, вскинув руку. – С вашим проступком разберёмся позднее.

Она одарила Грейс улыбкой. Девочка просияла.

– А ты молодец, – отметила она, опуская руку в сумку и извлекая на свет красную шкатулку. Она выдернула белый волосок из головы Грейс и превратила его в крохотных червячков, которые в мгновение ока проели одну из стенок шкатулки насквозь. – Корешок «Вулькеры»! – торжествующе провозгласила Риготт, демонстрируя узкую полоску кожи с вытисненной на ней розочкой. – Самый маленький из гримов – но не менее важный, чем все прочие!