Ледяная цитадель - Павел Корнев

– Без колдуна не поедем, – сразу предупредил старший лейтенант, раскуривая очередную папиросу. – Мало ли на кого наткнемся.

– Понятно, – вздохнул я и отвернулся к судорожно сглотнувшему слюну Напалму. – Чего ты?

– Да так. – Пиромант искоса глянул на прислонившуюся к стене Веронику и сунул мятую сигаретную пачку обратно в карман. – Курить охота, сил никаких нет. Аж скулы сводит.

– Мне бы твои проблемы.

– Ты-то чего дергаешься? – удивился парень. – У тебя ж все хорошо, наслаждайся жизнью.

Все хорошо, да не очень.

Но говорить об этом я, разумеется, не стал. У меня ведь действительно всегда все хорошо. А то и замечательно. В крайнем случае – нормально. А как оно на самом деле, кому какая разница? Это уже мое личное дело.

Поэтому, ничего пироманту не ответив, я отошел к гаражу в тщетной попытке найти хоть какой-нибудь защищенный от ветра закуток.

– Евгений, ну чего ты? – и не подумал отстать Напалм. – Расслабься и получай удовольствие.

– Расслабиться и получать удовольствие? – прорвало вдруг меня. – С чего бы это? Меня заказали и пытались убить, компаньон оказался сукой, я жутко замерз, и, ко всему прочему, придется лезть на промзону под бандитские пули!

– Слушай, Жень, ты на все это как-то повлиять можешь? Нет? Вот и расслабься. Чего дергаться? – Напалм обернулся, настороженно глянул на подругу и полез в карман за сигаретами: – А вот я могу попытаться втихаря покурить и, если ты немного сместишься в сторону…

– Сигареты в покое оставь, – предупредила его Вероника.

– Какие сигареты? – удивился пиромант.

– Плохо понял?

– Видишь? Вот это проблема. Как тот осел, у которого перед носом морковку повесили. Видит око, да зуб неймет.

– Ты-то хоть не мерзнешь, – буркнул я и начал подпрыгивать на месте, пытаясь немного согреться.

– Толку-то? – пожал парень плечами. – А тебе, может, тот самый шанс выпал. Главное – клювом не прощелкай.

– Какой еще шанс? – не понял я, потом вспомнил вчерашний разговор и поморщился: – Ты об этом! Да ну, припрягли на общественных началах. Даже не за харчи.

– Зато новыми связями обзаведешься. Если все срастется, многие влиятельные люди будут тебе весьма признательны.

– А другие влиятельные люди уже сейчас мозги мне выбить желанием горят. Да и вилами на воде писано, что хоть кто-то спасибо скажет.

– Писями по воде виляно, – поправил Напалм и хохотнул. – Сказать скажут, может, даже руку пожмут. Вот с материальным поощрением не все так радужно.

Я хотел было в подробностях рассказать, где видел это самое поощрение, но вовремя сообразил, что никто не обязан выслушивать мое нытье, и махнул рукой:

– Ладно, видно будет. Лучше скажи, чего ты сам как удав спокойный? Не на антидепрессантах, случаем, сидишь?

– А чего дергаться? Как говорил товарищ Гной: «Прорвемся!» – фыркнул пиромант и вздохнул: – Покурить бы только…

– Для тебя прогулка на промзону – это ерунда, что ли?

– Работа как работа. Бывало и хуже. Да и не изменить уже ничего, карты розданы. И смысл себя накручивать?

– Тоже верно, – кивнул я, начиная постепенно успокаиваться. – Ладно, что ни делается, все к лучшему.

– Само собой.

Тут к машинам подошел невысокий дядька лет сорока в меховой шапке и теплом кожаном плаще до пят. Он огляделся по сторонам и крикнул:

– Юрий Аркадьевич! Куда пропал?

– Здесь я, здесь, – вышел из гаража старший лейтенант. – Где тебя черти носили?

– Амулеты подбирал, – объяснил дядька, в котором я с первого взгляда опознал колдуна. – Сами-то вы готовы?

– Мы, как пионеры, Павел Геннадьевич, всегда готовы.

– Амулеты у парней проверил?

– Только вчера заряжали.

– Поехали тогда. – Колдун с кряхтением забрался на гусеницу, распахнул дверцу «Нивы» и уселся рядом с водителем, но сразу же выглянул обратно – Шевелитесь, а то магическая буря приближается. У меня аж зубы ломит.

– Давайте к нам, – предложил мне старший лейтенант.

Я отказываться не стал, а вот Напалм покачал головой:

– Не, мы лучше в грузовике.

– А чего так?

– Меньше народу, больше кислороду.

– Ну как знаете…

Я залез в «Ниву», замкомроты уселся рядом, а стоило Напалму и Вере забраться в кузов к десятку рассевшихся там по лавкам патрульных, как заранее прогретые автомобили зарычали двигателями и отъехали от гаража.

– Заходи вечером, – обернулся к Юрию сидевший на переднем сиденье колдун. – В шахматишки сыгранем.

– Не, я к Людке сегодня, – отказался старший лейтенант.

– Разве? – удивился Павел Геннадьевич. – Она вроде с Самойловым в Форт умотала.

– Вот ведь паразит! – выругался расстроившийся патрульный. – Не, тогда напьюсь. У меня пол-литра заначено. Буду стресс снимать.

– А какие проблемы? Ты с бутылкой и заходи. Я рыбы пожарю, мне с Нижнего хутора передали.

– На рыбу приду, – поерзал на не шибко удобном сиденье Юрий и, почесав заросший рыжеватой щетиной подбородок, повернулся ко мне: – А чем, если не секрет, Дружину Бородулин заинтересовал?

– Вы за Бородулиным? – удивился колдун. – Головастый мужик.

– Да он свидетелем по одному старому делу проходит, – не стал придумывать лишних подробностей я. – Сейчас по нему подвижки появились, надо срочно показания уточнить.

– А-а-а…

Старший лейтенант сразу сообразил, что ему вешают лапшу на уши, но лезть с расспросами не стал. И неладного не заподозрил – настоящий дознаватель в подробности дела тоже вдаваться бы не стал. Если вообще соизволил бы что-нибудь ответить. Патруль как-никак под Дружиной числится, а не наоборот.

Тут я ненадолго прикорнул и потому был лишен сомнительного удовольствия слушать треп гимназиста и патрульного, а заодно и лицезреть вызывающие дрожь виды полуразрушенных цехов. Снег, бетон и ржавое железо. Брр…

Разбудили меня, когда автомобили въехали в какой-то заметенный снегом двор, и остановившийся в воротах грузовик заблокировал проезд. В кузове остался только расчет крупнокалиберного пулемета да двое автоматчиков, а остальных патрульных тут же принялся гонять старший лейтенант.

Одних туда, других сюда. Боевое охранение выставить, огневые позиции занять…

Спросонья мне в смысл его распоряжений вникнуть никак не удавалось, но я не очень-то и старался. Единственное, что в очередной раз отметил – о какой-то единой форме в Патруле даже речи не было. Нет, одевались парни кто во что горазд. Пуховики и фуфайки, белые полушубки и зимний камуфляж. И с оружием ситуация аналогичная. Многие предпочли автоматам охотничьи ружья, пара человек остановила свой выбор на пистолетах-пулеметах. И почти у всех холодное оружие. Короткие сабли и напоминающие мачете тесаки, топорики и изогнутые кукри.