Долгая дорога домой - Игорь Чужин

В Горное убежище колонна Милорна должна добраться только к вечеру, поэтому я решил провести воздушную разведку, а заодно и ознакомить Парлана с окрестностями. Мы облетели магический купол долины по часовой стрелке и, убедившись, что вокруг всё спокойно, набрали высоту. Ещё в бункере я проинструктировал Парлана, что в долину можно пролететь только через брешь в магическом куполе, и он как привязанный держался за мной, запоминая маршрут полёта. Нам без происшествий удалось пролететь через разрыв в куполе и приводниться на озере рядом с посёлком хуманов. После посадки я выслушал доклад Парлана о полёте и, сделав несколько замечаний, отправился разыскивать Ингура.

Брат, которого не оказалось у себя дома, нашёлся совершенно случайно. Проходя мимо лазарета, я услышал возмущённый голос Лауры, доносящийся из распахнутого окна. Брат получал очередной нагоняй от своей невесты:

– Ингур, ты как маленький ребёнок! Ну зачем ты полез на эту бешеную лошадь? Ведь знающие люди тебя предупреждали, что с этим чёртом невозможно совладать, и конь запросто мог тебя убить!

– Лаура, прекрати кричать на меня! Да, я дурак, что позволил себя сбросить, но это произошло случайно! У меня нога из стремени выскочила, а так бы я с коня не свалился. Кроме меня, никто здесь с эльфийским конём не справится, а чтобы отдать такого красавца в чужие руки, нужно быть полным идиотом.

– Вот и дождался бы Ингара и вместе с ним объездил эту лошадь, а то – я сам, я сам!

Услышав этот разговор, я вошёл в лазарет и увидел обнаженного по пояс брата, который сидел посреди комнаты на табуретке. Правая рука Ингура была уложена в лубки, и Лаура подвязывала её бинтом к шее пациента. Вся левая сторона его лица представляла собой сплошной синяк, а глаз заплыл и не открывался. Завершал эту художественную композицию замазанный эльфийской зелёнкой левый бок Ингура, который был ободран почти до рёбер. В первый момент у меня создалось впечатление, что брат попал под грузовик, но на Геоне такого транспорта ещё не придумали.

– Привет, Ингур. Кто это тебя так отделал? – поинтересовался я.

– Ой! – взвизгнула Лаура. – Ингар, ты меня напугал. Не подкрадывайся ко мне со спины, а то магией по башке получишь!

– Значит, Ингур к тебе со спины подкрался, и ты его магией по башке?

– Да нет, это он сам себя чуть не убил. Решил на лошади покататься, а та не захотела катать на себе такого придурка.

– Какая лошадь? – переспросил я.

– Ингар! Ты не поверишь, но мои воины поймали в лесу настоящего эльфийского коня! Я такого только один раз в жизни видел, и то когда жил на Тароне. Это просто чудо какое-то, а не конь!

– Вот это чудо Ингура с себя сбросило и так наподдало, что сломало руку, ободрало весь бок и глаз подбило. Твой братец два часа без сознания валялся, я даже перепугалась, что он умер! – вмешалась в разговор девушка.

– Но не умер же. Со мной всё в порядке, а царапины заживут, – примирительно сказал Ингур и положил голову на грудь Лауры.

– Ладно, горе моё, на первый раз прощаю, но если снова на это чудовище залезешь, сама убью, – ответила девушка и погладила брата по голове.

– Голубки, хватит ворковать! Лаура, уступи мне пациента, я сейчас попробую привести его в норму, а ты смотри, как я буду лечить переломы и рваные раны, тебе это пригодится.

Следующий час я посвятил травмам Ингура, а Лаура внимательно следила за моими действиями и задавала вопросы. Полностью вылечить брата мне не удалось, но при хорошем уходе его перелом должен срастись за пару дней, а синяки и царапины пройдут к утру.

Закончив лечебные процедуры, я рассказал Ингуру, что караван дроу уже на подходе к Горному убежищу, и приказал ему готовиться к встрече. Брат быстро оделся и отправился заниматься размещением дроу. Ингур отдал несколько команд воинам, дожидавшимся его на улице, и через несколько минут в посёлке началась суета.

Покинув опустевший лазарет, мы с Лаурой решили навестить Стасика и Дэю, но дети спали, и мне не захотелось им мешать. Я коротко поговорил с Альфией о самочувствии своих наследников и, убедившись, что с детьми всё в порядке, вышел на улицу. На ступенях дома Ингура меня поджидали Акаир с Парланом, которые смотрели на меня голодными глазами, и я попросил Лауру позаботиться о пилотах драконов.

Девушка увела «проклятых» в столовую, а я решил прогуляться по посёлку. Жители Горного убежища, завидев Великого князя, почтительно кланялись и уступали дорогу, а я раздавал ответные поклоны. В какой-то момент моё внимание привлекли громкое конское ржание и испуганные крики людей. Я направился на шум и, повернув за угол какого-то сарая, вышел к загону, по которому огромными прыжками скакал чёрный эльфийский конь. Четверо хуманов пытались удержать коня за верёвку, привязанную к его шее, но тонконогий красавец легко таскал конюхов по загону. Я несколько мгновений с интересом смотрел на это зрелище, и меня словно ударило молнией.

– Шалар!!! – заорал я и бросился к изгороди загона.

Мои инстинкты завладели разумом, я одним движением преодолел двухметровую изгородь, лишь слегка оперевшись рукой о верхнюю жердь, и побежал к коню. Услышав мой крик, Шалар встал как вкопанный и повернул голову в мою сторону. Через мгновение конюхи полетели в разные стороны, как кегли в кегельбане, и конь понёсся мне навстречу.

Время остановилось, и окружающий мир растворился в тумане. Я долго стоял, обнимая Шалара за шею, и чувствовал, как дрожит его могучее тело. По моей спине ручьем текли слёзы коня, насквозь промочившие мою рубаху. Только полностью бесчувственное бревно могло сдержать эмоции в такой момент, и я не отставал от своего четвероногого друга. Мне было абсолютно наплевать, как это выглядит со стороны и что подумают обо мне наблюдавшие за этой сценой воины.

Главным в этот момент являлось то, что ко мне вернулся друг, которого я считал погибшим, и в мою оледеневшую душу пробился первый луч солнца. Неожиданно перед глазами всплыла улыбающаяся морда Тузика, который тоже радовался возвращению Шалара, и я решил, что у меня окончательно съехала крыша. Однако странное видение растворилось, словно утренний туман, и я осмотрелся по сторонам. Пока мы с Шаларом обнимались и переживали нашу неожиданную встречу, вокруг загона собралась большая толпа любопытных, с интересом наблюдавших за расчувствовавшейся парочкой.

Постороннее любопытство разрушало интимную обстановку, и я, обрезав кинжалом верёвку на шее коня, вскочил ему на спину. Шалар мгновенно понял моё желание убраться подальше от посторонних глаз и одним прыжком вынес меня за пределы загона. Конь скакал быстрее ветра по лесным тропам, полянам и лугам, переносясь, словно на крыльях, через ямы и ручьи. Закончилась эта сумасшедшая скачка на вершине холма, откуда открывался великолепный вид на долину Нордрассила.

Я мешком свалился под ноги Шалара, потому что скачка без седла – ещё то удовольствие, и с непривычки у меня болела вся нижняя часть моего помятого организма. Место было мне незнакомо, и я с удивлением рассматривал развалины какого-то алтаря, рядом с которыми бил родник, давая начало маленькому ручейку. Я напился воды и уселся на торчащий из земли камень, чтобы перевести дух. Конь подошёл ко мне и ткнулся мордой в мою руку, словно приглашая к разговору. Погрузившись в транс, я попытался установить мысленный контакт с Шаларом, и через некоторое время мне это удалось. Конь не мог говорить, как это умели малхусы, но обмен мысленными образами мне удалось наладить.