Моя мама - боевой лекарь - Лира Алая

— Какого такого? — улыбнулась я. — Ладно-ладно, шучу, конечно, не скажу.

Кай прекрасно ориентировался в этом приюте, несмотря на немалые размеры, шел уверенно. И скоро мы подошли к комнате с изображением медицинского креста.

— Это кабинет врача или медсестры? — удивилась я, недоумевая, зачем он тут, если в этом мире есть лекари и зелья для восстановления здоровья.

— Это кабинет алхимика, — улыбнулся Кай. — Человека, который делает разные зелья, в том числе и зелья исцеления. Детям, знаешь ли, приют дает не слишком большие карманные деньги, а зелья стоят довольно дорого. Поэтому тут работает алхимик Мина, которая выдает нам эти зелья.

— И часто воспитанникам приюта нужны эти зелья? — спросила я, внутренне напрягаясь.

— На самом деле, очень редко, — сказал Кай, рассматривая дверь кабинета с легкой улыбкой. — Разве что на тренировочных сражениях, когда не получается найти лекаря. Но мне же эти зелья нужны были постоянно. Так что я тут был частым гостем.

— Вот как. Ладно, знакомь меня с этой барышней, которой ты надоедал, — пошутила я.

— А вот и не надоедал, — подхватил мою шутку Кай. — Кроме зелий тут еще и лазарет находится. Мина не только алхимик, она кто-то вроде детского психолога. Если есть какие-то проблемы, то можно приходить и с ней поговорить. Правда, многие ребята считали это зазорным, и тут почти всегда пустовало. По работе Мина не может покидать кабинет, поэтому моему присутствию она радовалась, как и ее фамильяры.

— Ладно, знакомь уж, — улыбнулась я.

Кай громко постучал в дверь, после чего раздался нежный мелодичный голосок:

— Входите-входите!

Мы зашли в кабинет, который и кабинетом-то назвать трудно: непонятные конструкции из трубок, колб и других лабораторных штуковин громоздились прямо на столах. Бумаги в полном беспорядке валялись по всему кабинету, в том числе и на полу. Над всей этой конструкцией летали три попугая, которые умудрялись переругиваться друг с другом. Справа я заметила длинную белую ширму. Наверное, там и есть лазарет?

— А тут ничего не изменилось, — улыбнулся Кай.

— Кай! Ты вернулся! Как дела? Как здоровье? Как твой опекун? Ты рано? Сдал экзамены заранее?

Хорошенькая блондинка в синем лабораторном халате возникла буквально из ниоткуда и засыпала Кая вопросами.

— Кай вер-р-рнулся!

— Негодник!

— Пар-р-ршивец!

— Кр-р-расавчик!

Три попугая окружили Кая, выкрикивая ругательства вперемешку с комплиментами.

— И я рад вас видеть.

Я не удержалась и улыбнулась — теперь я знала, что в этом приюте хотя бы один человек относился к Каю очень хорошо. И, судя по всему, три его фамильяра тоже весьма любили моего сына.

— О! Кр-р-расавчик пришел с кр-р-расоткой! — возвестил зеленый попугай, кружа над моей головой.

— Это моя мама, — радостно сказал Кай. — А это Мина, о которой я рассказывал.

Я глянула на очаровательную девушку, которая выглядела как ангел с картин: светлые волосы, голубые глаза, милое личико и красивая фигурка. И один вопрос бился в моей голове. Почему Кай назвал феей не эту прекрасную девушку, а Итана?!

— Очень приятно! Давайте я вас чем-нибудь угощу, — Мина тут же взяла инициативу в свои руки.

— Да, было бы здорово. Составим тебе компанию. Тут все так же тихо, как и раньше, да? — спросил Кай, без капли стеснения проходя в глубь комнаты, откуда вытащил парочку складных стульев из угла.

— Да если бы. У нас тут сейчас весело в кавычках, — вздохнула Мина. — За чаем расскажу.

Однако чай мы выпить так и не успели, потому что без стука в кабинет сразу за нами ввалились три рослых подростка. Двое за руки держали что-то бормочущего себе под нос подростка, который казался болезненно бледным.

— Госпожа Мина, он снова несет этот бред про то, что ему от света больно! Мы его сразу привели, как вы и сказали…

— Да что же это такое! Посидите, пока я разберусь, — ругнулась Мина, подбегая к подростку. — А вы сделайте запрос на лекаря, попробуем лечить не зельями, а заклинаниями. Только бы лекарь быстрее приехал.

— Госпожа Мина, моя мама лекарь, может, она попробует? — спросил Кай, робко поглядывая на меня.

— Да! Спасибо! — обрадовалась Мина. — И как я сразу по одежде не сообразила, что вы лекарь. Меня эти случаи совсем выбили из колеи.

— Тогда… что мне сделать? — тут же спросила я. — Использовать на нем заклинание исцеления или еще какое-то?

— Да, лучше всего будет использовать самое сильное исцеляющее заклинание, на которое вы способны. Все серьезные болезни, которые получены в этом мире, в том числе и душевные, лечатся избытком исцеляющей энергии. Иногда для этого собирают целые группы лекарей, если кто-то не может восстановиться одними зельями, — пояснила Мина, а потом сказала тем, кто притащил с собой подростка: — Посадите его на кровать и подержите на всякий случай!

Кай подошел к ребятам, намереваясь помочь, после чего удивленно воскликнул:

— Дрен?

— Свет, убери свет!

Общими усилиями подростка усадили на кушетку, а я достала свой посох. Покопавшись в памяти, я выбрала наиболее сильное из всех своих заклинаний. Читалось оно две минуты, а до следующего использования должно было пройти не менее суток. Итан шутил, что оно способно и мертвого поднять.

Глубоко вздохнув, я прочла заклинание и направила всю силу в этого бедолагу Дрена. Он громко закричал, а потом словно бы вырубился. Так, спокойно, Кьяра, спокойно. Ты же не могла его убить? Атакующих заклинаний у меня нет от слова совсем.

— Он?..

— В порядке, — улыбнулась Мина, подходя к подростку поближе. — Отключился. Такое бывает, если исцеляющая магия слишком сильна.

— Он точно не умер? — подозрительно спросила я, а Кай подошел к пострадавшему (надеюсь, не от моей исцеляющей магии) и помахал перед его лицом руками.

Веки мальчишки Дрена дрогнули, он поднял голову и в упор посмотрел на меня, отчего я едва не заорала — почему-то зрачок был аномально большим. Неожиданно он вскочил, сбросив двух удерживающих его друзей на пол, а потом закричал:

— Что вы со мной сделали?! Мне больно!

— Эй, успокойся, — тут же заговорила Мина. — Мы всего лишь хотели тебя вылечить, использовали заклинание и… ай!

Мина едва успела пригнуться от летящего в нее предмета: Дрен схватил кувшин со стола и кинул.

— Ты совсем оборзел, а?! — возмутился Кай. — Что ты творишь?!

— Почему?! Почему тебе не больно от света?! Ты же должен тоже болеть! — заорал Дрен, а после бросился на Кая.

Мой сын не растерялся, ловко уклонился от широкого замаха, но и я не осталась в стороне — выбросила посох вперед, стукнув мальчишку по руке, после чего зашла сзади и ударила под коленкой, заставив упасть. Но Дрен не угомонился. Я успокоила свою совесть, которая истошно вопила от самого факта, что я посмела стукнуть ребенка, после чего ударила Дрена посохом по затылку, вырубив.