Горе господина Гро - Макс Фрай

«Так это твой знакомый?»

«Старый приятель, — сказал я. — Хороший человек. И знахарь отличный. Но ты все-таки спроси».

— Как и следовало ожидать, хозяин пекарни у Собачьего моста благополучно скончался, — сказал я Джуффину.

— Да, я слышал, — кивнул он. — Извините, Кофа. Обычно я ваши разговоры не подслушиваю. Но сейчас решил сэкономить время.

А я, кстати, и не знал, что Джуффин Халли умеет подслушивать чужую Безмолвную речь. Не то чтобы сомневался в его возможностях, просто как-то в голову не приходило, что ему это интересно.

— Ладно, — вздохнул я. — Тем лучше. Вообще-то, когда вы меня сюда пригласили, я как раз шел в Дом у Моста, чтобы порыться в полицейских архивах, посмотреть отчеты знахарей — кто у нас в последнее время умирал в своей постели и от каких болезней. Думал потом послать своих людей, чтобы вызнали, не слонялись ли поблизости наши славные детишки. И не заходил ли добрый знахарь, готовый облегчить душевные муки безутешных родственников. И знаете что? Мне кажется, это дурная работа. То есть сделать ее все равно придется, но я заранее знаю, каков будет результат. Дети, безусловно, сидели где-нибудь поблизости, играли в эту свою «молчанку». И знахарь, конечно же, приходил, смуглый и зеленоглазый. И помог, спасибо ему.

«Смуглый и зеленоглазый, все верно», — эхом повторил женский голос в моей голове. Я даже не сразу сообразил, что это Кали. Спросила, значит, насчет знахаря. Ну и кто бы сомневался.

— Ну вот. — Я печально уставился на Джуффина. — Картина более-менее ясна. И при этом не лезет ни в какие ворота. Можете сколько угодно рассуждать о том, что мы не знаем ни других людей, ни даже себя, но Габа Гро добрейший человек, к тому же знахарь с подлинным призванием и убивать людей не станет ни при каких обстоятельствах, хоть режьте его на кусочки. Я еще как-то могу вообразить, что под видом его внучки все эти годы скрывался какой-нибудь ссыльный колдун. Но Джуффин, вы способны представить пусть даже Младшего Магистра из провинциальной резиденции какого-нибудь задрипанного Ордена, который долгие годы скрывается, прикинувшись ребенком, и при этом не догадался немного поднапрячься и сделать вид, что ребенок взрослеет? Просто чтобы не привлекать внимания. Я — не способен. Такие клинические идиоты в Орденах не задерживались… Ну и потом, кто все остальные дети? Их же, судя по всему, довольно много. Как минимум, две группы, в каждой примерно дюжина человек или чуть больше. Что, тоже мятежные Магистры? Какая прекрасная маскировка, однако! И все это только для того, чтобы убивать мирных обывателей, не связанных ни с Орденом Семилистника, ни с покойным Королем и вообще не принимавших участия в войне за Кодекс. При этом мой приятель Габа, терзаемый, надо думать, муками совести, бегает по следам преступлений и как может утешает скорбящую родню… Нет, вы как хотите, но совершенно невозможно.

Все это время Джуффин Халли терпеливо меня слушал. Ни разу не перебил, а это на него, честно говоря, не похоже. И только когда я умолк, сказал:

— Вы совершенно правы, Кофа. Конечно, мятежные Магистры тут ни при чем, к моему величайшему сожалению. Если бы все было так просто!..

Я адресовал ему вопросительный взгляд. Дескать, если непросто — что ж, давайте, объясняйте. Но Джуффин только плечами пожал.

— Я не собираюсь строить никаких предположений, пока своими глазами не увижу этих ваших таинственных детей. Что толку фантазировать?

— Ну, во всяком случае, допросить Габу можно прямо сейчас, — вздохнул я. — И будет лучше, если это сделаете вы. Мне он, по старой дружбе, до утра будет морочить голову.

— Допросить — дело хорошее. Но я бы и на него сперва просто поглядел. И на его внучку, конечно. Очень интересно, как они проводят время, когда думают, что их никто не видит? Этим, пожалуй, и займусь, прямо сейчас. Улица Пузырей, восьмой дом, верно? А вы, Кофа, разыщите детишек, чем скорее, тем лучше. Это сейчас главное.

Ну, это мне, положим, и так было ясно.

— Одновременно поройтесь в полицейских архивах, как собирались. Важно понять, когда это началось. Ну и проверка домов, изнанку которых мы с Абилатом сегодня привели в порядок, тоже не помешает. Ну что вы так на меня смотрите, Кофа? Это вы, между прочим, сами предложили.

— Больше всего мне нравится слово «одновременно», — проворчал я. — Это же на сколько кусков мне разорваться?

— Полудюжины, я уверен, будет вполне достаточно, — оптимистически заявил Джуффин. — Впрочем, у меня для вас хорошая новость. В моем кабинете сейчас дежурит сэр Шурф. На него возложена ответственная миссия — проследить, чтобы коллеги из Городской Полиции не растащили мою уникальную коллекцию черствых кексов из «Обжоры Бунбы». Некоторыми экземплярами я весьма дорожу. Так вот, по моим расчетам, с минуты на минуту он дочитает книгу, которую прихватил с собой. А у меня в кабинете не то что других книг, даже свежей газеты не найдется. Поэтому сэр Шурф с энтузиазмом отнесется к любому вашему поручению.

— О, вот это хорошая новость! — усмехнулся я. — Первая за весь вечер, ну да лиха беда начало.

— Рад был вам угодить. И как только обнаружите детишек, пришлите мне зов, с удовольствием к вам присоединюсь. Рани, а ты отправляйся домой и следи за ветром. Не хмурься, я не требую невозможного, делать тебе ничего не придется. Если что, позови Абилата, он сам все исправит. А я побежал.

— Адреса, — напомнил я.

Джуффин уставился на меня с откровенным недоумением.

— Ну, адреса домов, на изнанке которых вы… — Я поморщился, поскольку не люблю рассуждать о вещах, которых не понимаю. Но особого выбора не было, и я четко, почти по слогам выговорил: — Где вы с Абилатом латали рваный ветер. Если уж мы решили выяснить, что там происходит.

— Дырку надо мной в небе, — покаянно сказал Джуффин. — Ну конечно.

Извлек откуда-то из-под стола самопишущую табличку, небрежно приложил к ней ладонь, метким щелчком отправил список через весь стол, прямо ко мне, и тут же исчез — ушел Темным Путем, не вставая с кресла. Обычно для этого даже очень опытному мастеру пару-тройку шагов сделать надо. Выпендривается он, конечно, знатно, кто бы спорил.

Мы с леди Рани остались вдвоем.

— «Домой» — это на Темную Сторону? — спросил я.

— Бросьте, Кофа. — Я почувствовал, что она улыбается. — Какая разница, что человек называет своим домом? Вас же не шокирует, когда ваши знакомые перебираются жить за город?

— Как раз это меня очень даже шокирует. Вообразить не могу, что творится в голове у человека, который добровольно соглашается променять городскую жизнь на деревенскую. Я бы, пожалуй, на второй день рехнулся. Клекот индюшек в унавоженных сумерках навевает на меня мистическую печаль. Темная Сторона по сравнению с этим — вполне разумный выбор.

— Вот то-то же! — рассмеялась леди Рани.

Она наконец покинула свой темный угол, подошла к окну, с удовольствием вдохнула ночной воздух, по-кошачьи потянулась и обернулась ко мне.