Принц Терний - Марк Лоуренс

Я ударил мечом первого атакующего. Ледяной холод проник в меня через рукоять, но я не собирался сдаваться. Надо больше двигаться, тогда не замерзну. Скелет рассыпался на мелкие кусочки. Времени порадоваться этому у меня не было, из-за пелены тумана появился новый противник.

Итак, сражение началось, часы остановилось. Мы застряли в холодной темнице, где значение имели лишь раздробленные кости и взмахи наших мечей. Каждый раз, когда я разрубал призрачную плоть, холод проникал в меня все глубже и глубже. Клинок в руке наливался тяжестью, пока не стал свинцовым.

Я видел, как погиб Роддат. Скелет настиг его, заметив ошибку в обороне. Костлявые пальцы сомкнулись вокруг головы, от них расползлась белизна. Живая плоть отмирала, соприкоснувшись с призрачной. Он был верткий, этот Роддат. Я с удовольствием разрубил убившего его мертвеца пополам. Сзади кто-то закричал. Похоже, брат Джоб. После такого крика вряд ли поднимешься.

Макин пробился и встал рядом, нагрудник у него покрылся инеем, губы посинели.

— Их становится больше.

Сзади раздался дикий рев. Туман вроде поглощал звуки, но этот рык пробился и сквозь него.

— Райк? — Пришлось орать, чтобы меня услышали.

— Горгот! Ты бы его видел! Он просто чудовище! — прокричал в ответ Макин.

Я не мог не улыбнуться.

Их становилось больше. Еще и еще, ряд за рядом, они наваливались из темноты. Возле меня кто-то упал. Кто именно, сказать не могу.

Мы расколошматили с двести ублюдков, но их стало еще больше.

После очередного удара мой меч застрял в ребрах скелета. Сил не хватало его вытащить. Плавным движением Макин перерубил мертвецу шею.

— Благодарю. — Из-за онемевших губ я говорил неразборчиво.

«Здесь я не умру», — постоянно проговаривал я про себя. И всякий раз со все меньшей убежденностью. «Здесь я не умру». Слишком замерз, не до раздумий. «Только не здесь. Ударить пониже, обрубить тянущиеся руки. Эти ублюдки ничего не чувствуют. Зато сука почувствовала, когда я разбил ей лицо».

«Эта сука».

Когда в чем-то сомневаешься, позволь ненависти вести тебя. Обычно я не следовал этому совету. Он делает тебя предсказуемым. Но в мерзком зале костей мне было наплевать на это. Ненависть — единственное, что согревало. Я разрубил очередной скелет и понесся вперед.

— Йорг! — закричал Макин позади, темнота сделала меня незрячим, а туман накинул толстое покрывало на развернувшееся сражение.

Ох, как же здесь было темно. Эта темень проникала внутрь, стирая воспоминания о цветах. Иногда после взмахов мечом слышался хруст ломающихся костей, бывало, я рассекал пустоту и, ударив по колонне, выронил проклятую рукоять из промерзших пальцев. Пока закоченевшими руками лихорадочно искал меч, почувствовал: лицо понемногу отходит от холода. Постепенно до меня дошло, что скелетов здесь нет. Костлявые пальцы уже не тянутся во тьме. Не имея ни малейшего представления, куда двигаться дальше, я поковылял вперед без меча.

«Эта сука». Она должна быть где-то рядом. Точно. Выжидает, готовясь поймать наши души в ловушку, как только мы протянем ноги. Тогда она насытится.

Я остановился и замер, стараясь унять дрожь. Некромантка, должно быть, отодвигает занавес. Именно так, как рассказывал нубанец: отодвигает занавес между мирами, и через него проходят мертвые. Если остановлю ее, они перестанут прибывать. Прислушался, усердно внимая бархатной тишине. Я продолжал стоять неподвижно, собранный и сосредоточенный: во что бы то ни стало нужно ее отыскать.

— Гвоздика, — шепот слетел с моих губ. Я сморщил нос. Может, духи из гвоздики? Ориентируясь по запаху, двинулся вперед. Еле уловимый, в пылу сражения неощутимый, теперь я чувствовал его. Позволил аромату вести себя, забирая то вправо, то влево. Я вертел головой, чтобы вернее определить, откуда он исходит.

Руками я нащупал узкий проход и через него попал в комнату, которую освещал выпавший из чьей-то руки факел.

Сомнений не было: запах распространялся отсюда. Недалеко от факела валялся арбалет нубанца, тетива натянута, рядом на каменном полу лежала выпавшая стрела. Он покинул братьев, чтобы найти ее, и опередил меня.

— Некромантка, — позвал я.

Она стояла у спуска в одну из шахт Зодчих. Квадрат зияющего провала располагался позади нее, слабый свет не позволял определить его разверзшуюся глубину. Она удерживала нубанца перед собой, впившись зубами в его шею. Я видел, как напряжены его мускулистые руки со скрюченными пальцами, у ног лежал палаш, рукоять зависла над краем шахты.

Некромантка приподняла голову от шеи нубанца. С зубов капала кровь. Сколько бы она уже ни высосала, но этого хватило, чтобы вернуть ей прежний облик. Полные губы перепачканы кровью, стекающей на ее восхитительное горлышко.

— Послал свежатинку, чтобы убить меня, принц Йорг, — сказала она. — М-м-м-м, приправлен языческими специями. Благодарю.

Я присел и поднял арбалет нубанца. Его вес, как всегда, поразил. Вернул стрелу на место. Челла передвинулась, прикрываясь жертвой, словно щитом, к самому краю пропасти.

— Ты замерз, мой принц, — заметила она. Неожиданная напевность ее голоса застала врасплох, сложные вибрации проникали внутрь. — Хочешь, согрею?

Мое измотанное тело затрепетало от растлевающей мелодичности. Пришлось представить лицо Гейнса, наползающее на ее кишащую червями плоть, чтобы не поддаться призыву. Я поднял арбалет. Знал, что долго удерживать его не смогу.

— Внутри тебя могильный холод. — Голос превратился в злобное шипение. — Он тебя убьет.

Она улыбнулась мне из-за плеча нубанца, наслаждаясь его беспомощностью.

— Ты весь дрожишь, Йорг. Опусти арбалет. Вряд ли ты сможешь убить своего друга, не говоря уже обо мне.

Прозвучало заманчиво. Я опустил арбалет.

— Он мне не друг, — сказал я.

Она покачала головой:

— Он готов умереть за тебя. Чувствую по его крови.

— Ты играешь со мной не в ту игру, мертвечина. — Я вскинул арбалет и прицелился. Из-за дрожи в руках прицел все время сбивался. Чуть переборщишь, стрела снова выпадет из желоба.

Она рассмеялась:

— Я вижу нити, связывающие живых. У тебя лишь два друга, принц Йорг. Ты привязан к этому человеку со сладкой кровью, как сын к отцу.

«Принеси жертву».

Пальцами она заткнула красные отверстия на шее нубанца.

— Отдай мне остальных. Отдай их жизненные соки, и вы с ним сможете остаться со мной. Будете помогать собирать дань с левкротов. Здесь есть еще несколько своевольных племен. Есть и другие некроманты, против которых объединяются живые. Решительный человек вроде тебя очень бы пригодился.

«Играй в игру».

Она улыбнулась, и снова пламя похоти разгорелось во мне.