Замок Россия - Вадим Денисов

Шамиль все еще в больничке — сказали, неделю еще подержат. Потом его ждут две недели реабилитации — ну это я преувеличил: легких работ. Монгол стонет, злится — это он-то! Однако сделать ничего нельзя, иначе врачи не дают гарантии на продолжение сталкерской деятельности.

Сам Сотников три дня не выходит из башни.

Во-первых, он сорвал себе поясницу, свалился прямо на поляне. Вместе со вторым взводом они таскали бревна от штабеля до замка. На пупе волокли по бревну до кромки леса, а там цепляли к «газону» и волокли на место. Инцидент прокомментировала примчавшаяся к грузовику Зенгерша:

— Вы чего добиваетесь? Все членами меряетесь? Вам что надо, мужики, — чтобы он тут с вами эти тяжеленные бревна таскал или чтобы свою работу качественно выполнял?

Во-вторых, у него страшенный облом, и через это дело, как я подозреваю, на шефа накатил депресняк, но уже на всю голову. Дело в том, что Смотрящие обломили нас с любым «летательным средством». Даже маленькие беспилотники мы не смогли взять. Мотодельтаплан можно, в разборе в габарит плиты он входит, а что толку? Нет желающих-умеющих. Предлагал шефу взять один в запас до поры, но он затащил в этом лимите вертикально-сверлильный и заточные станки. А брать надо! Вдруг завтра и «дельтики» закроют. Буду убеждать.

Облом ударил по нашим ожиданиям крепко, особенно по моим. Отказы и раньше случались, но именно этот ушиб особо. Не дадут нам тут жить на халяву. А как мне грезилось… Поднял в воздух машинку, запустил: чик! — и фотоснимок подстилающей поверхности готов, чик! — и тепловизор на брюхе засекает живое. Теперь все предстоит разведывать на нижнем уровне, а это тяжко и, главное, долго.

Поклеили мы, учитывая отсутствие опыта, вполне качественно, так что сегодня можно идти в рейд. Но перед тем мне надо было подняться к Командору, получить цэу — я в его номенклатуре. В башне прохладно, свежо, но на лестнице темень, особенно если с улицы зашел. В который раз отметил, что лестницы в донжоне обыкновенные, пролетные. Всегда читал, что они должны закручиваться по спирали. А у нас вот так, привычно. И хорошо, иначе как бы грузы таскали? На этаже Главного тишина, хата закрыта — спит, что ли? Дверь в кунацкую открыта, Сашка меня заметил, кивнул, встал, пожал плечами, развел руками.

Тогда я решил подняться к радисту Юре, с которым у нас в последнее время сложились приятельские отношения. Да и интересно тут, как в авиадиспетчерской: сплошная аппаратура и вид с высоты. После того как радист отбрыкался от пулемета, он повеселел, с головой ушел в работу. Работа у Вотякова частично сродни нашей — радиоразведка. Днями и ночами сканирует эфир. Они с электриком Димой обосновались, но последний вечно по замку: то генераторы, то проводка. Мутноватый парнишка. Но дело свое знает.

— Привет Кренкелям, как делищи?

— А, это ты, — Юра чуть привстал со стула, стащил наушники с белой матерчатой каймой. — Чай будешь?

Не дожидаясь ответа, сунул ноги в тапки, пошел к электрочайнику. У него всегда энергия есть. Кроме генератора еще и четыре солнечных батареи на крыше повесил. Сполоснув лицо, Вотяков вытер его полотенцем, висевшим на станине адского снаряда.

— Не стреляли еще? — Я кивнул в сторону баллисты.

— Не-а. Новые станции раздаем, учим, настраиваем. Послезавтра стрельнем, порадуем Бероева. Только у него есть явно «гонтовская» мысль: по необходимости привязывать к этим пикам взрывчатку, хотят запускать мины метров на пятьсот. Знаешь ли, мне это очень не нравится.

— Понимаю. Что нового в эфире?

— Да вот думаю, пока не решил: докладывать уже шефу или нет, — поделился сомнениями радист. — Нечего, по большому счету. А по небольшому — есть шумы на несущих частотах, очень похоже, кто-то где-то семафорит. Но сигнал никакой.

— Да… — опять посочувствовал я, не зная, что тут сказать. — А твой чудо-трансивер насколько далеко может связываться?

Юрка посмотрел на меня как на Маугли.

— Этот? — Он указал на станцию с надписью Kenwood TS-2000. — Что значит далеко? Ты чай-то пей, хороший чай, цветочный… На той Земле я таким же ловил переговоры судов в Тихом океане, а связывался со всем миром. Ты же журналюга был, слышал про программу «Острова в эфире»?

— Нет, Юр, как-то мимо прошло.

— Жаль. Ну в общем, эта программа… Ладно. Я что хотел сказать. В общем, сейчас, с этой антенной, откуда угодно можно схватить сигнал — от прохождения зависит.

— Как думаешь, почему эфир до сих пор пуст?

— Сложный вопрос, — прихлебнул Юра. — Печеньку бери. Ну давай прикинем всякие там факторы. Какой процент заброшенных «крупняков», таких, как мы, смогли вовремя организоваться? Вот… Немцы смогли? Почему-то думается, что да. А англичане? Современные голубо-зеленые — уже далеко не факт, зуб ты не дашь. Видишь проблему? Потом, радист нужен в группе, чтобы был антенщик нормальный, ну как я, профи. Антенна — это все! Позавчера наконец-то поставил «кушкрафт»… Нужен Сотников, чтобы не тратить вес на одну крутую биожратву и предметы комфорта или только на оружие для ушибленных о Ганзы, а комплексно, постепенно все дыры прикрывать.

— Думаешь, «сотниковы» не везде получились?

— А чего тут думать. У нас до сих пор кое-кто ноет — мол, а че он, я бы тоже смог… Только все болтались по замку и ничего не делали, шушукались и курили последние сигареты. Стояли кучками — мужики отдельно, бабы отдельно. Никто и не собирался проводить собрание, все сразу начали колоться по группочкам. Да ты и сам все видел. Будь те горцы чуть побыстрей, чем Сотников, собери возле себя хотя бы пятерку молодых придурков, что сейчас во взводах… Что было бы? Захватили бы власть в замке, установили нормальный бандитский порядок. Наверное, где-то так и произошло.

— Значит, допускаешь, что менты-рейдеры — сволота того же порядка?

— Не-а. Не допускаю. Подобные «замки» не должны стоять настолько близко. Эти — случайные, просто ушлые. Так что вот так… Где-то могли взбунтоваться, кого-то могли захватить. Плюс природа. Сухопутный кит влез и все сломал. Или динозвары какие. Да и времени прошло немного.

— Так мы первые? — загордился я.

— Ну вроде получается так, — улыбнулся и он. — Но видишь же, кто-то уже долбится.

— Юр, а дай послушать! — Я прямо загорелся.

Он крутил большое колесо черного трансивера одним пальцем, туда-сюда, и пока еще чистая стратосфера тихо пела ему в ответ. Но вот шипение прервалось, и по комнате пополз слегка гудящий монотонный звук, похожий то ли на стон, то ли на вой, прерывистый, порой пропадающий. У меня по коже побежали мурашки.

— Вот бы узнать, откуда и далеко ли они, — помечталось мне.

— Отстроятся, наладятся — и узнаем, — обнадежил меня радист. — Я им иногда Морзе отстукиваю: вдруг прочитают.

Тут за мной пришли.

— Вас Командор зовет! — крикнул и тут же исчез Сашка-адъютант.

Вот и хорошо, что зовет.