Хранитель трона - Юрий Ландарь

– Не пойдет, – возразил Терес. – Наше основное оружие внезапность. А появление наших разведчиков, сопровождаемое мощным магическим всплеском, вряд ли останется незамеченным. К подходу основных сил противник успеет подготовиться.

Гартош хмуро прервал обсуждение:

– Позже подумаем как быть. Вирон, ты смог найти, кто это сделал?

– В общем, да. В этом замешан барон, его люди, а так же кое-кто со стороны – два, три мага. Причем, очень сильных мага. Полностью свое присутствие они не скрыли, лишь сделали его расплывчатым, размытым. Я не смогу их распознать.

– Куда они ушли?

– След тянется до границы с Жераном, а затем умело обрывается. Приглашающий нужно сказать след…

– Понятно… Они впервые показали, кто за всем этим стоит. Ждите меня в полной готовности, я скоро буду.

– Куда ты? – бросился вслед за Осколом Аруш.

– В Верховный штаб. Может там знают больше. Побудь пока здесь.

* * *

Гартоша, без предупреждения появившегося возле ступеней Верховного штаба, чуть не расстреляли дежурные арбалетчики, и только то, что его сразу же узнали, избавило командора от участи подушечки для иголок.

Он успел как раз к началу совещания, посвященного последнему нападению на элитный легион. Кроме высших чинов, на совещании присутствовало много магов, в том числе и Руткер с Гнивером.

Гартош быстро доложили о последних событиях, и, не обращая ни на кого внимания спросил у Гнивера:

– Ты знаешь, где они?

– Знаю, – после секундного замешательства ответил брат. – Сейчас они уже не скрываются. Они готовы встретить Черный Легион.

– Где они?

– Люди Антуна, барона Третлада, находятся сейчас в Жеране, неподалеку от нашей границы. Там устроили ловушку для вашего легиона.

– Жеранцы понимают, Черный Легион самый опасный для них. У них самих нет ничего подобного, поэтому они сделали все, что бы выманить вас в подготовленную ловушку, – поднявшись из-за стола, сказал Дангал.

– Ты про огненную ловушку?

– Нет. Это была попытка разозлить единорогов как следует, и оставить четкий след, куда ушли виновники, а там вас уже ждет главная ловушка – тридцать тысяч арбалетчиков, кавалеристов и пехотинцев. Жеранские собаки и предатель барон, видимо и сами не ожидали такого успеха в первом же выпаде против вас. Кстати, какие ваши потери?

– В огне живьем сгорели около четырех сотен моих людей с единорогами, – сквозь зубы выдавил Гартош. – Половина выживших получили тяжелые ожоги.

– Мне очень жаль Гатрош, но…

– Покажите мне этих тварей! – прервал отца командор единорогов.

Гнивер посмотрел на отца, тот скрипнул зубами и кивнул. Над большим столом, стоящим в совещательной комнате, по взмаху руки Гнивера, словно разлилась гладь воды, отражающая медленно проплывающую внизу местность – маги Виктании удерживали над нужным местом захваченную магией птицу. Птица летала по кругу, показывая большую крепость на берегу извилистой реки, в латоне от которой находилось несколько сотен народу. Гнивер повел рукой и изображение приблизилось. За несколькими длинными столами, пиршествовали никак не меньше шести сотен человек.

– Празднуют гады… – процедил командор, примечая, где сидят хозяева, где гости.

Особо он отметил местонахождения барона Третлада, который в окружении богато одетых господ, с воодушевлением произносил тост.

– А теперь посмотри на это, – тихо сказал Гнивер.

Сквозь серую дымку, на окружающих пиршество холмах, проступили ровные ряды нескольких тысяч арбалетчиков, сразу за которыми расположились втрое больше тяжелой пехоты. В ближайшей роще, а так же в крепости, ждала своего часа тяжелая кавалерия. Идеальная ловушка. Туда легко попасть, но очень немногие смогут оттуда выбраться.

– То, что ты видел в первую очередь, от нас и не скрывается, – объяснил Гнивер. – А вот что бы увидеть истинное положение дел, нам пришлось очень потрудиться.

– Сколько их?

– Около тридцати тысяч.

– Тридцати отборных тысяч, готовых к вашему появлению, – добавил Дангал. – При мощной поддержки магов.

– Которые нашли способ блокировать, хоть и ненадолго, ваши переходы через подпространство, – в свою очередь вставил лорд Руткер.

– Очень хорошо, что они собрались все вместе, гоняться не придется… – Гартош расправил плечи и бухнул себя кулаком в грудь. – Я отомщу за свой пятый полк, и за остальные легионы, ваше превосходительство!

Дангал тяжело вздохнул и чуть заметно кивнул:

– Иди сынок, и пусть боги будут на твоей стороне.

Когда за Гартошем закрылась дверь, тур-генерал Авитель, командующий Центральной армией, не удержался от вопроса:

– Дангал, ты уверен, что поступаешь правильно, дав добро на эту авантюру? Черный Легион конечно хорош, но шестикратное превосходство…

Главнокомандующий снова тяжело вздохнул, и тяжело опустился в кресло:

– Я его все равно не смог бы удержать. А так у него будет мое благословление, как главнокомандующего, и как отца. Надеюсь, оно поможет Гартошу. И всем нам тоже…

* * *

Покинув штаб, Гартош не послал Агаральда назад в легион, а направился к Дороге Храмов. Он не спеша проехал мимо храма всех богов, за громадиной которого расположились отдельные храмы. Копыта единорога стучали по мостовой, приближаясь к нужному святилищу, но в последний момент Оскол передумал и повернул от храма Терхона – бога войны, к храму Килесы – богини мести.

Он бывал в этом храме всего пару раз, еще в студии, когда их всей группой провели Дорогой Храмов, заводя в каждое святилище, и подробно рассказывая про богов, которым посвящался тот или иной храм. Тогда Оскол не почувствовал особого превосходства всесильных сущностей над обычными смертными. Теперь же он ступал под своды храма как проситель, с пониманием того, к кому он пришел и о чем будет просить. И это повергало его в нешуточный трепет.

В головном зале горело с десяток бездымных ламп, дающих достаточно света, что бы рассмотреть небогатое убранство центрального в Виктании храма богини мести, и саму шестирукую богиню. Килеса держала в каждой руке орудие мести – похожие на пламя кривые кинжалы. Кроме Гартоша в храме находилось еще несколько просителей, но все они не задерживались надолго – бросали в жертвенник энную сумму денег, полушепотом произносили просьбы, и, пряча друг от друга глаза, покидали здание.

Командор дождался, когда он останется один в зале, и, подойдя к статуе богини, припал на колено:

– Прошу о милости великая. Вся моя суть взывает к мести, мести страшной и жестокой. Враги подло погубили моих людей, и я не успокоюсь, пока не отомщу. Не отомщу так, что запомнят на века. Я принесу в твою честь богатые жертвы, пролью реки крови. Только помоги. Помоги моей мести вырваться наружу и повергнуть врагов в прах. Только на тебя вся моя надежда и стоящего за мной легиона.