Четыре всадника магопокалипсиса. Дилогия - Алексей Валерьевич Шмаков

— Привозили мне одного очень интересного парня, который считал себя бобром. Пока его не поймали. Дома всю мебель погрыз, пострадало несколько деревьев в городе и куча карандашей в канцелярском магазине.

Не ожидал, что Мира вот так легко расскажет мне о том, что за задания ей даёт наставник.

— Ну и как помогла парню? Вправила мозги? А то бобры они дерево грызут потому, что у них зубы постоянно растут. Стачивать нужно, — осведомила нас Ленка.

— И помогла, и не помогла. Дерево грызть он перестал, но считать себя бобром — нет, — неохотно призналась Мира.

— Чего мы здесь про бобров говорим, мне нужны утиные перья. Идёте со мной, или я один отправляюсь в парк на их добычу?

— Конечно, идём. Без меня тебе вообще ничего не светит. Если и удастся найти несколько перьев, то это будет большая удача.

— А я пойду проследить, чтобы вы там чего не натворили. Ещё в пруд решите залезть, а это запрещено. Там табличка стоит, и от неё магией тянет.

— Как интересно, — сразу же встрепенулись Ленка. — Почему я раньше об этом ничего не слышала? Быстрее в парк. Утки и на юг улететь могут.

— Сейчас май. Они только прилетели.

— Но ведь могут же улететь?

И ведь не поспоришь с ней. Но мне и самому стало интересно, что там за запрет такой, от которого тянет магией?

Неужели в пруду какие магические твари живут?

Ни разу ничего подобного вживую не видел. Хотя по телевизору часто показывают, как где-нибудь появилось магическое существо. Какой-нибудь водяной, леший и им подобные.

И что самое главное, никто не знает, откуда они берутся.

Одни учёные говорят, что это проявления чистой магии. Другие считают, что просто неудачные или вполне удачные эксперименты, сбежавшие от своих создателей. А третьи считают всё это бредом и больной фантазией перебравших с алкоголем первых и вторых.

Мои родители знали, что я у Миры, её знали, что она у меня, а Ленка и вовсе была под постоянным присмотром. Она приехала на машине с водителем, который заодно был её охранником и сопровождающим. Ездил туда, куда скажет молодая госпожа.

Госпожа захотела в городской парк, и это не вызвало никаких возражений у водителя. К тому же за каждым из нас постоянно наблюдали минимум два оперативника Романова.

Родители об этом прекрасно знали и не переживали, позволяя нам гулять одним.

Не хватало только Гришки, но он сказал, что сегодня не сможет. Получил сложное задание от своего духа и не выйдет, пока не выполнит его. Поэтому сегодня без него.

Минут через десять мы уже двигались вглубь парка, к озеру, где и обитали утки. Ленка летела впереди, периодически присаживаясь в траву и касаясь земли рукой.

Вокруг неё порхали бабочки, скакали кузнечики, а солнечные лучи словно специально светили на рыжую гораздо ярче.

— Долбанная диснеевская принцесса, — словно прочитав мои мысли, выдала Мира.

— Ага, ей сейчас только начать петь, и один в один, — поддержал я.

— Только не петь, — ужаснулась Скворцова. — Я уже была удостоена чести. До сих пор по ночам в холодном поту просыпаюсь.

Тем временем Ленка уже подбежала к небольшому пляжу, который был огорожен не только на берегу, но и в воде. На расстоянии метров тридцати была натянута мелкая сетка, и на ней висели предупреждающие плакаты.

«Заплывать за ограждения опасно для жизни»

На берегу также хватало подобных предупреждающих знаков.

«Купаться или просто входить в воду вне специально отведённого для этого места строго запрещено. Администрация города не несёт никакой ответственности, если вы нарушили это правило»

Таких знаков было несколько, и все установлены в районе пляжа. А дальше по берегу через каждые метров пять были знаки «Купаться запрещено».

— Странно, совершенно не чувствую здесь никакой опасности, — пожала плечами Ленка. — Тем более вон, смотрите.

Рыжая указала нам на кусты дальше по берегу, в которых плавало штук двадцать уток. Как раз то, что мне нужно.

— Раз утки здесь так спокойно плавают, то точно нет никакой опасности.

— Для уток, возможно, и нет, а вот для человека точно есть. Или ты считаешь, что все эти предупреждения здесь зря? — сказал Мира.

— Понятия не имею, зря или нет. Но наши незримые охранники активизировались. Внимательнее посмотрите по сторонам. Особенно в кустах, что возле озера. Сдаётся мне, что они готовы пресечь любую нашу попытку нарушить запреты на купание в озере в неположенном месте.

— А ещё вы заметили, что на пляже вообще никого нет? Да и, судя по совершенно чистому и ровному песку, в этом году здесь вообще ещё никто не купался. Хотя подходящая погода установилась недели две назад.

Мира замерла и закрыла глаза, словно прислушиваясь к чему-то. Но как ни пытался, мне так и не удалось услышать ничего необычного. Стандартные звуки любого городского парка в отсутствии других людей.

Разве что услышал лёгкий запах чего-то очень необычного, но определённо интересного.

— Мне срочно нужно открыть купальный сезон. Вы как хотите, а я пойду окунусь, — выдала Мира и тут же бросилась к воде, оставив нас в недоумении.

Из кустов выскочили люди Романова, но поняли, что мы не собираемся нарушать запретов, всё исключительно в разрешённом месте, и попытались незаметно вернуться.

Не вышло. Мы с Ленкой помахали им рукой.

А Мира к этому времени уже стояла в воде по пояс. Её окутало лёгкое красноватое свечение, устремившееся вглубь озера.

— Не нравится мне это, — произнесла Ленка, и сразу после её слов в небо поднялись надсадно кричащие утки, а следом за ними и вообще все птицы в округе.

Поднялся небывалый гвалт, и в следующее мгновение озёрная гладь взорвалась, выпустив из себя самое невероятное существо, что только можно было ожидать здесь увидеть.

Глава 17

— Это кто? Пикачу? Я совершенно не разбираюсь в покемонах, — сказала Ленка, вместе со мной наблюдая, как из воды показалась огромная черепаха.

Она была действительно очень похожа на одного из покемонов. Вот только я так же был очень далёк от того, чтобы знать хоть кого-нибудь, кроме Пикачу.

— Не, точно не Пикачу. Тот жёлтый и молниями стреляет, а это здоровая черепаха. Интересно, если мы попросим, она покатит нас по озеру? Прикольно, наверное, будет.

— Можно попробовать, — с сомнением произнесла рыжая. — Так-то я с любым животным могу общий язык найти. Только вот эту черепаху вообще не ощущаю. Словно она и вовсе не живая.

— Типа мёртвая? Тогда сюда Гришку звать нужно, всё мёртвое по его части.

— Не, не мёртвая. Но