Тьма древнего леса - Александра Христова

Наконец Дайнэлан завершил прочувствованную речь, выудил из своего мешка прозрачную объемную бутыль с рубиново-красным вином, зубами выдернул пробку и, сделав несколько глотков, протянул бутылку мне. В свою очередь пригубив сладкого до приторности вина, я на миг замер… А потом неожиданно для самого себя выдал длиннющий нецензурный спич сразу на трех языках: родном русском, местном человеческом и заковыристом эльфийском, мешая все слова в кучу. Я высказывал все, что думал о князе, деде и папаше в частности, а также эльфах вместе с их недорубленным на дрова Лесом и хитровывернутыми обычаями в целом, периодически прихлебывая вино из горлышка. Наконец, выдохшись, я присосался к бутылке.

– Эй, мне оставь! – негодующе воскликнул княжич и вцепился в мой локоть. А тебе не положено, мелкий! Мал еще! Эй, отвали, все равно вина не дам!

Из чувства врожденной вредности я перехватил бутылку другой рукой и, сделав еще один могучий глоток, шарахнул ее о ствол ближайшего дерева, припомнив, как это сделал Лир. А в следующий момент нас ослепила яркая синяя вспышка, и я почувствовал, как меня вместе с княжичем затягивает в портал. Что за?!..

Портал буквально выплюнул нас двоих вместе с ошалевшими конями в неизвестной точке и схлопнулся с неожиданно громким треском. Проморгавшись, я огляделся и взвыл:

– Куда ты нас завел своим порталом, Сусанин хренов?!

– Ну что? – внимательно посмотрел на вошедших в кабинет сыновей глава рода Аторре. Округлил глаза, заметив за их спинами эльфийского правителя, но сумел взять себя в руки и поприветствовать старого друга.

– Уехали, – кивнул Раилиар, устраиваясь в кресле. – Да еще так весело…

– Слава тебе, Каирри! – осенил себя знаком богини рыжий патриарх. – Ругались? – хмыкнул он, разливая из стоящего на столе небольшого кувшинчика вино по бокалам.

– Ругались, – спрятал улыбку князь, взяв один бокал и бесцеремонно усаживаясь на подоконник. – Так красочно! От сына я примерно этого и ждал – он мальчик воспитанный и традиции нарушать не будет. Но Раалэс… Не ожидал от него такого красноречия, признаюсь.

– А я ничего из его слов так и не понял… – досадливо поморщился Рай и отпил густого душистого вина. – Нет, я понимаю, что он ругался, но смысла не уловил.

– Неуч! – припечатал Элли, сбрасывая руку старшего братца с подлокотника и устраиваясь на протестующе скрипнувшей боковушке кресла сам. – Даже не удосужился выучить родной язык собственного племянника!

– Ты опять за свое?! – взвился Рай.

– А я еще и не начинал! – ехидно оскалился в ответ Эллисаан.

– Ты!..

Пока братья препирались, а князь внимательно и с интересом прислушивался к их разговору, Анавариан достал из ящика стола небольшой, но увесистый мешочек, тонкое бронзовое кольцо-печатку с небольшим ярко-желтым камнем квадратной формы и лист плотной белой бумаги. Быстро написав несколько фраз, эл'феа аккуратно свернул лист в трубочку и скрепил родовой печатью. И кольцо, и письмо отправились в мешочек, после чего Анавариан открыл миниатюрный портал, предназначенный именно для переброски небольших вещей на короткое расстояние, и аккуратно опустил посылку в синее марево. Портал сыто чавкнул и схлопнулся.

– Вот так, – довольно кивнул Анавариан. – Ну что? За нового полноправного представителя рода Аторре? – весело спросил эльф, салютуя подхваченным со стола последним бокалом.

– И за достойного наследника княжеского рода! – кивнул князь, а Эллисаан добавил:

– За Раалэса!

– И за Дайнэлана, – обронил Рай, с удовольствием глядя на негодующе сверкнувшего в его сторону глазами младшего братца. В этот раз последнее слово осталось за бастардом.

Вечернюю тишину кабинета разрушил хрустальный звон соприкоснувшихся бокалов.