Мать лжи - Дэйв Дункан

Купец был в разноцветном одеянии и подбитой мехом мантии; золотые ожерелья и браслеты украшали его шею и запястья. Почему-то теперь он выглядел еще незначительнее, чем в грязных обносках. Конечно, это особенно подчеркивали два мускулистых Героя, появившихся вместе с ним. Хорт казался старым, больным, напуганным и больше всего походил на мышь. Почему столь богатый человек выглядит так жалко? Не кроется ли в этом какой-нибудь важный урок?

У Снерфрика и Намберсона, охранявших сестру командира от пьяниц, лица были мрачные. Им хотелось присоединиться к пирующим — шум праздника доносился даже с такого большого расстояния, а к закату греметь будет весь город.

Фабия обратилась к Ваэльсу с таким упреком в голосе, словно тот был виноват во всех невзгодах мира:

— Он до сих пор здесь?!

Ваэльс выразительно махнул ребрышком.

— Я слышал, как попросили вскипятить второй чан воды.

Он умолчал о том, что из святилища послали еще за тремя целителями. Потребовалось восемь синаристов, чтобы принять на себя все ранения Бенарда. Ему вообще крупно повезло, что он не умер по дороге в Высокую Балку. Веристы положили его на носилки и весь остаток пути бежали — прежде они никогда не оказывали такую честь непосвященному. О подобных случаях упоминалось лишь в древних легендах.

— Передай, что мне срочно надо его увидеть! — велела Фабия. — Мы будем в золотых казармах охоты Пантеры.

Орлад, Дантио, Ингельд и командир охоты Нильс Фратсон тоже хотела поскорее поговорить с Бенардом. Мстители и Громобои мечтали пронести его по городу на плечах.

— Передам. — Ваэльс широко улыбнулся, надеясь получить ответную улыбку.

Однако его ожидания не сбылись, и он проводил Фабию и ее спутников долгим взглядом, после чего швырнул им через головы свиную кость. Собаки бросились за ней, едва не сбив Хорта с ног. Даже веристы подскочили от неожиданности. Снерфрик обернулся и сделал непристойный жест. Ваэльс весело помахал ему в ответ.

Он успел сгрызть еще одно ребрышко, когда дверь у него за спиной со скрипом отворилась.

Наружу выглянул пожилой целитель.

— Ты ждешь мастера-художника Бенарда? — Он еле говорил разбитым ртом.

— Да. Он может идти? — Ваэльс подумал, что смог бы отнести здоровяка в дом Орлада, хотя предпочел бы этого не делать.

— Конечно. — Старик беззубо усмехнулся и распахнул дверь.

На улицу, моргая от яркого солнца, вышел улыбающийся Бенард. Лицо художника все еще было распухшим и посиневшим… нет, он весь был распухшим и посиневшим, но от боли явно не страдал.

— Рад, что вы меня подождали, господин. — Он говорил не слишком внятно, поскольку потерял половину зубов — их целители восстановить не сумели.

— С удовольствием помогу.

Ваэльс швырнул остатки ребрышек собакам, и вся стая бросилась за новой добычей. Он облизнул пальцы.

— Я бы предпочел, чтобы вы звали меня Ваэльс, мастер-художник.

— Все Герои настаивают, чтобы к ним обращались «господин».

— Но ты особый случай. Ты герой для Героев, потому что заманил в ловушку кабана Косорда! Подобная отвага для нас превыше всего.

Несмотря на синяки Бенард умудрился покраснеть.

— Благодарю. А где Ингельд?

— Играет с огнем в храме. — Ваэльс показал на здание с символами Веслих. — Я получил приказ отвести тебя в казармы и накормить. Мы уже поели.

— Звучит неплохо, но мне бы сначала помыться.

— Пойдем, баня в той стороне.

Когда они зашагали по улице, Бенард спросил:

— Расскажи, что случилось, я плохо помню последние события.

— Досадно! Все прошло так, как ты и планировал. Дантио и Ингельд хотели за тобой вернуться, но Орлад не пожелал об этом слышать. Он сказал, что тебя в любом случае убьют, и нам нужно сделать все, чтобы твоя жертва не стала напрасной. Он велел Намберсону и остальным плыть вверх по течению Врогга, а мы с ним побежали за воинами «Нового Рассвета». — Ваэльс не упомянул о том, что едва не умер, стараясь не отстать от Орлада. Это было очевидно. — Мы нашли командира охоты Нильса, который двигался вдоль берега Молочной реки с полной охотой Мстителей и большей частью охоты Громобоев. Нильс подготовил засаду.

Ваэльс его помнил, потому что они оба росли в Трайфорсе. Из-за родимого пятна Нильс тоже его помнил. Что ж, знакомство с таким командиром не помешает толковому молодому воину.

Бенард скорчил гримасу.

— Припоминаю, что Хорольд принял боевую форму…

— А я это пропустил. Мы были в двух лодках от тебя выше по течению. Он умер достойно; забрал с собой трех Героев. О, то была славная бойня! Молочная река стала клубничной.

Рука не ответил. Они свернули к храму Веру и спустились по берегу, перешагивая через корни деревьев. Русло реки превратилось в трясину, потому что здесь прошло огромное количество людей. Сейчас это было не важно, ведь они собирались помыться. Правда, назад идти придется той же дорогой, что делало их поход в баню не слишком осмысленным.

Ваэльс помедлил у входа — вдруг там кто-нибудь есть.

— Орлад сказал, что у тебя есть ко мне просьба.

— Неужели?

— Да. Он сказал, что не знает, в чем именно состоит просьба, но он спросил у Ингельд, а та только рассмеялась. В любом случае, можешь просить.

— А ты не рассердишься?

— Рассержусь? — Ваэльс хохотнул. — Я не рассержусь, даже если ты прикажешь мне есть землю! Твоя безумная храбрость — пример для Героев. К тому же ты брат моего командира.

Бенард смущенно улыбнулся, обнажив просветы между зубами.

— Не рассердишься, даже если я скажу, что мне нравится твоя улыбка?

У Ваэльса сжались кулаки и челюсти.

— Если бы это сказал кто-то другой, я бы сожрал его живьем.

Бенард искренне удивился.

— Почему? Ты о родимом пятне? Да я его даже не вижу! Все дело в форме. Я поручил заказ на статуи нескольких богов. Мрамор имеет цвет кожи вигелиан. Думаешь, я стану рисовать на нем пятно? Мне нужна лишь форма, а у тебя едва ли не лучшее мужское тело из всех, что мне доводилось видеть. Боги должны быть прекрасными, а твои пропорции безупречны. У тебя превосходно развиты все мышцы. И удивительная таинственная улыбка.

— Да? — смущенно пробормотал Ваэльс. — Благодарю.

— Мой брат думает так же — я вижу, как он на тебя смотрит.

Ваэльс вновь почувствовал раздражение.

— Неужели это заметно?

— Вовсе нет. Просто я очень наблюдательный человек. Но твои товарищи по флангу тоже все знают.

— Пусть. — Если Орладу что-то понадобится, они возражать не станут. К счастью, ему был нужен Ваэльс.