Черновик - Сергей Лукьяненко

Все, что я смог себе позволить, — это подойти к двери оченьнеспешно, открыть ее неторопливо и не сразу впустить человека, который стоял напороге.

Мужчина лет тридцати. Высокий. Обычного телосложения. Развечто физиономия нестандартная — бывают такие люди, у которых форма лица неовальная, не круглая, а какая-то ромбовидная, словно из конструктора «Лего»человека строили. Очень легко одет, словно прохладным летним вечером вышелпогулять, — курточка-ветровочка, какая-то легкомысленная беретка на голове.

— Привет! — Мужчина крепко пожал мне руку. — Ты Кирилл,знаю. Феликс о тебе много хорошего рассказывал. Я — Цайес.

Я еще раз подумал, что жителям Кимгима не везет с фонетикой.А судя по грустному вздоху Коти — мы с Цайесом говорили вовсе не на русскомязыке.

— Но ты меня зови просто — Цай, — доброжелательно продолжилон. — Я знаю, наши имена для вас странно звучат.

— Кирилл, — ненужно представился я. И, невольно заражаясьего манерой, добавил: — Можно Кир.

— Твой друг? — Цайес кивнул на Котю, приветливо махнулрукой. — Замечательно… Куда убежала девушка?

— Туда.

— Пошел я… — Цайес вздохнул и уверенно двинулся к нужнойдвери. Рубчатые подошвы ботинок оставляли на полу комья талого снега. — Если незатруднит, брат, не уходи никуда с полчаса. Я быстро.

Он открыл дверь без всяких проблем. Вышел, огляделся. Пнулногой сброшенную девушкой куртку. И побежал по ее следам — вначале неторопливо,но с каждой секундой все более и более ускоряясь. При этом в его движениях небыло той мрачной механической монотонности, с которой устремляются в погонютерминаторы или вампиры в голливудских фильмах. Нет, он бежал раскованно,свободно, временами без всякой причины подпрыгивая — не то стараясь высмотретьжертву, не то просто радуясь бегу, песку, морю, солнцу.

И вот это было куда страшнее киношных монстров.

— Это функционал-полицейский, — сказал я.

— Я понял, — тихо ответил Котя. — Может, зря ты егопропустил?

— Она ведь пыталась тебя убить.

— Все равно. У нее ни одного шанса нет…

— У меня тоже. Если бы я его не пропустил, он бы сам прошел.

— Ты же на своей территории! — напомнил Котя. — При функции,так сказать!

Может быть, он и был прав. Может быть, я смог бы выстоятьпротив дружелюбного полицейского. Под ним ломался бы паркет… пардон —«массивная доска», на голову падали бы всякие стропила и балясины. Функционалудома воистину стены помогают. Оторванные руки-ноги немедленно прирастали бы комне обратно. Я был бы быстр, неутомим и дьявольски силен. И в итоге победил быполицейского.

Зачем?

— Зачем? — спросил я. — Зачем мне его останавливать? Онпреследует бандита!

— Даму!

— Бандитку!

Я посмотрел на друга и честно сказал:

— Котя, мне он не понравился. Если честно — я испугался.

И Котя сразу поник и перестал наседать. Снял очки, сталпротирать уголком несвежего носового платка. Неохотно сказал:

— Я тоже. И подруга эта мне несимпатична. Только напускатьна нее полицейского — все равно что овчарку на болонку натравить.

Я развел руками:

— Котя, а чем эта болонка думала, когда начинала гавкать?Пошли допивать пиво.

— Ты способен пить пиво, когда где-то убивают женщину? —ахнул Котя.

— А ты способен?

Котя подумал и грустно признал:

— Способен. В мире все время кого-нибудь где-нибудь убивают.Не умирать же от жажды.