Путь к рассвету - Роберт Энтони Сальваторе

— Где Дюдермонт? — спросила Кэтти-бри Гаркла, когда чародей ввалился в маленькую комнату, где девушка сидела с Дзиртом.

— О, где-то там или не там, — ответил смущенный Гаркл. В комнате было два кресла, оба они стояли перед большим окном, выходившим на величественную горную гряду. Дзирт и Кэтти-бри сидели, созерцая великолепный вид. Темный эльф откинулся на спинку кресла и положил ноги на широкий подоконник. Помедлив мгновение, Гаркл, казалось, собрался с мыслями и прошел к окну между двумя сидящими. Жестом предложив Дзирту убрать ноги, он уселся на подоконник.

— Что ж, посиди с нами, — сказала Кэтти-бри с явным сарказмом, очевидным, пожалуй, только для Дзирта, ибо Гаркл лишь молча улыбнулся.

— Вы, конечно, обсуждали предсказание, — сказал чародей. Это было верно лишь отчасти. Дзирт и Кэтти-бри обсуждали еще и новости об уходе Бренора из Мифрил Халла.

— Конечно, предсказание, — повторил Гаркл. — Вот почему я и пришел.

— Тебе удалось расшифровать еще какие-нибудь строки? — спросил Дзирт без особой надежды. Ему нравился Гаркл, но дроу знал, что не стоит ожидать от волшебника слишком многого. Все Гарпеллы отличались непредсказуемостью. Иногда они были очень полезны, как, например, в битве за Мифрил Халл, а в других случаях больше вредили, чем помогали.

Гаркл уловил сомнение в тоне дроу и почувствовал, что ему ужасно хочется проявить себя, сообщить Дзирту обо всем, что содержалось в волшебном дневнике, повторить слово в слово то, что произнесла прорицательница.

Но Гаркл удержался, опасаясь возможных последствий такого поступка.

— Мы думаем, что это Бэнр, — сказала Кэтти-бри. — Тот, кто находится на троне Дома Бэнр, я имею в виду. «Он был дарован Ллос» — вот что она сказала, а кому же, как не тому, кто сидит на троне Бэнр, мечтать о таком подарке для Паучьей Королевы?

Гаркл кивнул, как бы соглашаясь, но в то же время полагая, что они пошли по неверному пути.

— Кэтти-бри думает, что это Бэнр, но провидица говорила о Бездне, и это заставляет меня поверить в то, что Ллос наняла кого-то, — сказал Дзирт.

Гаркл прикусил язык и опять неубедительно покивал.

— У Кэддерли есть осведомитель в Бездне, — добавила Кэтти-бри. — Демон или что-то в этом роде. Он вызовет эту тварь и постарается выяснить для нас имя.

— Но я боюсь, что мой путь… — начал Дзирт.

— Наш путь, — поправила его Кэтти-бри столь твердо, что Дзирт был вынужден уступить.

— Я боюсь, что наш путь вновь приведет в Мензоберранзан, — сказал Дзирт и вздохнул. Он не горел желанием возвращаться туда, это было очевидно, но в то же время очертя голову ринулся бы в ненавистный город ради спасения друга.

— Почему туда? — спросил Гаркл, его голос прозвучал почти яростно. Чародей понимал, как истолковывает Дзирт стихи прорицательницы, и знал, что строка, в которой говорилось о призраке отца Дзирта, заставила дроу думать о Мензоберранзане как об источнике всех напастей. Да, в стихах были ссылки на Мензоберранзан, но там было еще одно слово, заставившее Гаркла предположить, что совсем не город темных эльфов был конечной целью их путешествия.

— Мы уже обсуждали это, — ответил Дзирт. — Кажется, та темная дорога, о которой говорила провидица, ведет прямиком в Мензоберранзан.

— И ты думаешь, что речь идет о слуге? — спросил Гаркл у Дзирта.

В ответ одновременно последовали полукивок и полупожатие плечами.

— А ты? — спросил чародей у Кэтти-бри.

— Может быть, и так, — ответила девушка. — Или о Матери Бэнр. Это моя собственная догадка.

— Но ведь ищет «тот», а не «та»! — возразил Гаркл.

— Да, все ближайшие слуги Ллос — женского пола, — согласилась Кэтти-бри и добавила, подмигнув, чтобы несколько разрядить напряженность: — Вот почему следует опасаться Паучьей Королевы.

— Так же как и всех Матерей — глав Домов, — заключил Гаркл.

Дзирт взглянул на Кэтти-бри: никто из них не понимал, к чему клонит непредсказуемый чародей.

Гаркл неожиданно хлопнул в ладоши, казалось, он вот-вот взорвется. Он спрыгнул с подоконника, чуть не опрокинув Дзирта вместе с его креслом.

— Она сказала «тот»! — вскричал взволнованный чародей. — Слепая ведьма сказала «тот»! Вспомните: «Предавший Ллос, тебя разыщет тот, о котором позабыл ты, чья ненависть к тебе сильнее, чем всех твоих земных врагов».

Гаркл остановился и закашлялся. Затем раздался шипящий звук, и из его кармана появилась струйка серого дыма.

— О боги! — застонал чародей.

Дзирт и Кэтти-бри вскочили на ноги, больше из-за неожиданно логичных рассуждений Гарпелла, чем из-за представления с дымом.

— Кто это, Дзирт? — настаивал Гаркл, ибо внезапно заподозрил, что у него осталось мало времени.

— Тот, — повторяла Кэтти-бри снова и снова, пытаясь подстегнуть свою память. — Джарлакс?

— Кто безмерно грешил, — напомнил ей Гаркл.

— Тогда не наемник, — сказал Дзирт, так как он пришел к заключению, что Джарлакс был вовсе не так злобен, как многие другие дроу. — Берг'инион Бэнр, может быть? Он ненавидел меня с тех пор, как мы вместе учились в Академии…

— Думай! Думай! Думай! — кричал Гаркл, а из его кармана вырывались все новые и новые клубы дыма.

— Что ты жжешь? — спросила Кэтти-бри, пытаясь повернуть Гаркла к себе. К удивлению и ужасу девушки, ее рука прошла сквозь неожиданно утратившую материальность фигуру чародея.

— Не обращай на это внимания! — огрызнулся Гаркл. — Думай, Дзирт До'Урден. Что это за враг, который безмерно грешил, чья ненависть к тебе столь сильна? Кого только ты можешь освободить?