Профессиональный некромант. Мэтр на охоте - Александра Лисина

Возраст и пол бедолаги с первого взгляда определить было сложно, но голос походил на мужской. Правда, он был слабым и хриплым, как у курильщика. Или как у человека, который просто очень долго не пил.

Незнакомец, как мне сперва показалось, был прикован к стене, но потом я заметил обрывки цепи, обратил внимание на неровные сколы железа по краям и понял, что пленника держали не здесь. Исходя из настроя Зубищи, получалось, что именно она поспособствовала его освобождению. Хотя и не очень понятно почему.

— Надеюсь, ты не уснул? — щеря беззубый рот в жутковатой ухмылке, прошепелявил незнакомец. — Не вижу, кто ты. Ха-ха… И как бы я тебя увидел, правда? Глаз-то нет! Но, судя по голосу, лет тебе совсем немного…

Под конец фразы он уже почти рыдал, периодически перемежая ненормальный смех с такими же ненормальными всхлипами, а потом затих и продолжал лишь что-то неразборчиво шептать себе под нос.

— Пф-ф! — пренебрежительно фыркнула Зубища, заискивающе заглядывая мне в глаза, а затем негодующе обернулась к содрогающемуся от каркающего смеха пленнику. — Зсяин халосий! Зсяин ззеся! Мое!

Тот словно не услышал. А я, встряхнувшись, строго посмотрел на обнаглевшую нежить.

— Где поводок, морда бессовестная? Куда его дела, а?!

— Теляла, — виновато потупилась монстриха. С учетом того, что я сидел на полу, а она нависала сверху массивной горой, выглядело это забавно.

— Еще бы ты его не потеряла! — нахмурился я, доставая из кармана кольцо. — Говорил я, надо было на лапе закрепить?! Хотя оно теперь тебе даже на коготь не налезет — отожралась, зараза. Садись!

Зубища, поняв, что наказания не будет, просияла и, пустив слюни, а их теперь у нее было просто ужасающее количество, плюхнулась на зад, даже сейчас возвышаясь надо мной на полголовы.

— Морду убери, — все еще недовольно буркнул я, запоздало накладывая на себя исцеляющее заклинание.

— Эй, ты! — снова подал голос увечный, прекратив бормотать всякую чушь. — Ты что, тоже светлый?! Ах ты… Стоп! Такого не может быть! Почему тогда тебя нежить слушается?!

Хмуро зыркнув в ту сторону, я проигнорировал источник раздражения и, достав ритуальный кинжал, подошел к смирно сидящей нежити. Зубища вела себя примерно, хотя было видно, с каким трудом она сдерживается, чтобы не заплясать от восторга. Синие глазищи горели сумасшедшинкой, следя за каждым моим движением. Громадный зад беспрестанно ерзал. Острые когти нетерпеливо врезались в плотно слежавшуюся землю. А шумное сопение стало совсем взволнованным, когда я принялся ощупывать кожу на ее груди, раздумывая, куда лучше ударить.

— Слушай, зверушка не виновата, что тебя придавило, — отчего-то заволновался слепой. — Она просто рада тебя видеть! Эй, слышишь?! Она тут ни при чем! Сам виноват, что она не рассчитала сил!

— Заткнись, — процедил я, а потом мельком взглянул наверх, где ярко горели глаза твари.

Зубища смотрела с преданностью влюбленного щенка, доверяя мне абсолютно. В ее взгляде сквозила лишь бесконечная нежность и слепое обожание. Она простила бы мне все, вплоть до собственного убийства, потому что я был центром ее мира. Ради меня она жила и готова была сражаться до последнего вздоха.

Я вздохнул и положил свободную руку ей на морду, с новым для себя чувством увидев, как она счастливо зажмурилась, и услышав басовитое урчание.

— Не двигайся. Я тебя немного пораню.

Зубища даже не вздрогнула, когда я рассек ей кожу и мышцы на груди. Невозможное доверие для живого существа. Абсолютное.

Я повертел старое кольцо, заново оценил его размеры, а потом махнул рукой и вместо слабого источника запихнул в рану один из самых емких темных накопителей.

— На. Теперь не потеряешься. А вернемся домой — наложу заклятие ограничения роста, а то вымахаешь величиной с замок, а мне потом оправдывайся перед Советом. Небось половину леса извела, прежде чем сюда пожаловала? Всех сожрала?!

Мое чудовище стеснительно потупилось:

— Посьти.

— Ну да. Только вглубь болота не совалась, потому что там мокро. То-то при виде нас целых два упыря задали стрекача так, что я даже не успел их рассмотреть!

— Диива?! — неприятно удивилась монстриха.

Я фыркнул, все еще ощущая раздражение.

— Я видел двоих. Но, может, кто еще успел схорониться?

На жутковатой морде нежити появилось напряженное раздумье.

— Не, — выдала она после нескольких секунд размышлений. — Диива — миного. Бойсе нету твайей. Зсяин велел мертвых кусь-кусь. И Зубисся усех ням-ням.

Я скептически осмотрел громадную тушу.

— А почему тогда это, — показал ей колечко, — вдруг опустело?

— Игхуська? — недоумевающе посмотрела сверху Зубища.

— Да.

— Ни наю. Теляла.

— А живых зачем съела? Почему лишила меня источника информации?

Зубища моментально нахохлилась, как обиженный ребенок.

— Кусяись.

— Кусались, значит, — неодобрительно покачал головой я. — Понятно, что не в салочки играли. А ты, значит, защищалась?

Она радостно раззявила пасти и закивала. Гордая, как не знаю кто, своим невероятным достижением. И раздулась так важно, будто совершила прорыв в науке. Подумаешь, выросла чуток на хорошем питании! Было б отчего слюни пузырями пускать. Вот уж и правда — дите.

— Ладно, — вздохнул я, с сожалением констатируя отсутствие подозреваемых. — Что с тебя возьмешь? Хорошо хоть сама уцелела — я к тебе привык. А врагов мы еще найдем. Правда?

Зубища, в последний раз кивнув, звучно облизнулась и нерешительно посмотрела на кольцо.

— Мое?

— Твое, — вынужденно согласился я, возвращая подарок. — Все равно ни на что больше не годится — выросла ты из него. Разве что для игрушки сойдет.

— Мр-р, зсяин, — мурлыкнула нежить, мигом проглотив свое сокровище и благодарно прижавшись ко мне плечом. Вернее, хотела плечом, а получилось толстым пузом.

— Иди уж… куда-нибудь, — буркнул я, отодвигаясь от ластящейся зверюги. Ясно теперь, почему она черной казалась — в крови перемазалась, как хрюшка, вот и потемнела. Всю мантию мне изгваздала, поросенок. Теперь надо искать воду, пока не въелось. — А еще лучше — выплюни гадость и приведи себя в порядок. Кстати, что это за тип, которого ты сюда притащила?

— Я не тип, — откликнулся заинтересованно прислушивавшийся к нашему разговору пленник и довольно-таки связно поведал: — Мое имя Каннир Одар. И я некромант. Был когда-то. До того, как эти паскудные твари сделали из меня оракула. Только меня никто сюда не тащил — я тут уже давно обитаю. Можно сказать, с алтаря последнее время не слезал.

Я резким движением обернулся к нему.

— Некромант?!