Путь к трону - Николай Степанов

– Я вам доверял, а вы все знали и молчали?! С меня довольно! Мы уходим сейчас же.

– Ты собираешься нарушить приказ верхнего совета? – Голос Груаба не предвещал ничего хорошего.

– Мне было приказано сопровождать принца, а не самозванца.

– Кого ты назвал… – Барон положил ладонь на рукоятку меча.

– Пусть уходят, – негромко сказал Руам. – С ними действительно поступили нечестно.

– Бойцы, за мной!

Заруч решительно направился прочь. Однако оба горца, которых лжепринц совсем недавно буквально вырвал из лап смерти, не сдвинулись с места. Урядник сделал несколько шагов и остановился.

– Я должен повторять команду?!

– Верхний совет приказал нам сопровождать человека в шлеме, – напомнил один из них. – Задание еще не выполнено.

Второй горец подал кожаный шлем Руаму, прошептав:

– Наденьте, пожалуйста. Мы не желаем уходить, но и ослушаться приказа не имеем права.

Сапожник нацепил ненавистный головной убор, только не стал его застегивать. Уменьшать силы немногочисленного отряда он считал неразумным.

– Что ж, вернувшись в Гайсам, я буду вынужден доложить о нарушении вами воинской дисциплины. Счастливо оставаться!

Заруч пошел с гордо поднятой головой, совершенно не глядя под ноги. Он переступил через горстку оставленных самоцветов, и вдруг прямо из них выросло большое черное облако. Бойцы глазом моргнуть не успели, как человек испарился.

– А камушки-то с зубками! – только и вымолвил Фергур.

– Вы нам с братом второй раз жизнь спасли. – Горец, который упросил надеть шлем, преклонил голову.

– Да я тут при чем? – немного растерялся юноша.

– Вы, да помогут вам горные вершины, позволили нам не следовать за командиром.

– Кто ж знал, что он так кончит, – развел руки в стороны Руам. – И все-таки хоть кто-нибудь догадывается, где мы находимся?

Владелец диковинного меча задал самый животрепещущий вопрос. Никто не нашелся с ответом. Фергур просто пожал плечами, Озург поспешил вывернуть карманы, опасаясь, что там мог заваляться подобный камешек, а братья преданно смотрели на своего благодетеля.

– Я не знаю, куда мы попали, – отозвался Груаб, – но печенкой чувствую – в этих краях долго оставаться на одном месте нельзя. Руам, раз уж ты нами руководил, продолжай и дальше. Только делай это быстрее.

– Я? – Сапожник обвел людей недоуменным взглядом и в глазах каждого прочитал полное согласие со словами волшебника. – Хорошо. Идем на север.

Юноша вытащил из земли клинок, спрятал в ножны и, несмотря на страшную слабость во всем организме, решительно двинулся в сторону, противоположную той, куда уходил Заруч. Люди так же уверенно пошли за своим командиром.

– Руам, а ты уверен, что север именно там? – посмотрев на небо, обратился к приятелю барон.

– Ферг, в сложившейся ситуации я считаю твой вопрос бестактным. Или ты хочешь услышать, что мы идем куда глаза глядят? Пожалуйста, мне не жалко.

– Да я просто так спросил. Не мог понять, как ты тут сориентировался. Солнце прямо над головой…

– Я успел заметить, – перебил приятеля сапожник. – И цвет неба, между прочим, тоже. Так вот, в здешних местах, куда мы идем – там и север.

– Хорошая примета. Надо будет запомнить.

Драгоценные камни продолжали преследовать идущих на север. То рубин подмигнет красным оком, то сапфир к себе поманит. Реже путники находили изумруды – их среди колючек зеленого покрова рассмотреть было сложнее. Однако никто больше не пытался даже приблизиться к драгоценностям. Наоборот, их старались обходить стороной.

Озург замыкал шествие небольшой группы и шел с поникшей головой. Обнаружившаяся подмена принца ударила не только по Заручу. До этого момента командир охранников не жалел сил, чтобы показать себя храбрым и умелым воином. Он был уверен, что теперь каждый шаг приближает его к удачной воинской карьере. И вдруг все рухнуло в один миг. Наследник не видел, как он сражался, как рисковал жизнью…

Через час прямоствольные широколистные деревья стали попадаться чаще, но ни дорог, ни следов людей или животных путешественники так и не видели. Только зелень хвои, разбросанные по ней гладкие булыжники и самоцветы.

– Да не свалиться мне с кобылы по имени Удача, что за убогая местность?! Ни холмика, ни ручейка. Я скоро взвою от тоски и запрошусь обратно. Там, с жандармами, и то веселей было. А тут даже солнце не движется. Висит на одном месте, будто его к небу гвоздями приколотили.

– Можно, конечно, попробовать вернуться, – не стал возражать юноша. Он извлек клинок из ножен. – Груаб, ты как?

Однообразие окружающего ландшафта начинало угнетать всех. Особенно настораживала нависшая над беглецами тишина. Ни дуновения ветерка, ни стрекота насекомых, не говоря уже о птицах и животных.

Попытка оружейника воззвать к рунам меча успехом не увенчалась. Не отозвался даже верхний слой рунописи.

– Я так и думал. Мы исчерпали весь запас энергии, – развел руками волшебник. – Надо ждать. Сколько – я не знаю.

– Час от часу не легче! – хлопнул себя по коленке барон, и почти сразу заметно потемнело, словно кто-то прикрыл небесное светило плотной занавесью. – Ого! А ведь на небе ни тучки, pax…

Происходящее вокруг заставило его поперхнуться на полуслове. Марлонец закашлялся, наблюдая диковинные метаморфозы.

Сначала люди обнаружили, что оказались на берегу широкой реки. Одновременно поменялась и растительность под ногами: разом пропали все колючки, уступив место разнотравью, кустарникам и низкорослым деревьям. Округлые булыжники образовали многочисленные холмы. Тут же проявилась дорожка со следами колес и копыт. Пожалуй, только прямоствольные высокие деревья с широкими продолговатыми листьями остались неизменными.

– Ты посмотри, что творится! – Барон, откашлявшись, первым обрел дар речи. – Кто это нам обстановочку поменял?!

– Ты просил убрать однообразие. Заказ выполнен, – пояснил Руам. – Теперь видишь, насколько правильно я выбрал путь? Тут тебе и река, и дорога.

Мир вокруг изумленных путников очень быстро наполнился жизнью. Однако, завидев людей, эта жизнь старалась как можно быстрее убежать от чужаков. И животные, и птицы, и даже насекомые. Лишь один раз отряд успел рассмотреть вблизи представителя местной фауны, который просто не мог убежать из-за обширной рваной раны на одной из шести конечностей.

– Груаб, что за магия изувечила этого оленя? – спросил Руам. – Трехрогого мне доводилось видеть, но шестиногого и двухголового…

Волшебник направил на зверя самые безопасные чары, но тот прямо на глазах рассыпался пеплом.

– Я, конечно, тоже за гуманное отношение к животным и не люблю, когда они страдают, но мы могли бы его хотя бы на мясо пустить. Зачем было превращать…