Баба-яга Бессмертная - Елена Никитина

– Ммм?… – поинтересовалась я, пытаясь одним сонным глазом разглядеть тех, кому меня ставили прямым укором, но, кроме Катерины, никого в комнате больше не обнаружилось.

– Ты меня провожать собираешься? – встала надо мной девушка.

– Куда?

– На тот свет!

– А не рано?

– Самое оно, солнце уже высоко.

– Я в смысле возраста…

– Ты издеваешься?! – В ее голосе прорезались раздраженные нотки.

Я приоткрыла и второй глаз, на всякий случай. Хоть Катерина и не захватила с собой меч (о чем, кажется, уже жалела), но вполне вероятно, что она не преминет расправиться со мной и голыми руками.

– А что случилось-то? – сладко потягиваясь, спросила я, и тут моя память услужливо напомнила, что подруга сегодня уезжает в Расстанию. Как же я могла забыть, склерозная?!

Пришлось быстренько подскочить, одеться, причесаться и бежать вниз. Пылающий гневный взор подруги служил мне хорошим ускорителем. Подгонять меня пинками ей не позволяло хорошее воспитание. Вот в чем преимущество благородных семей – даже если тебя захотят послать куда подальше, то сделают это максимально культурно.

– Алена, черт тебя побери! Что ты тащишься, как старая больная черепаха по отвесной скале?

Хотя из каждого правила есть свои исключения…

Завтракали на скорую руку. Подозреваю, что из-за моего опоздания. С нами за столом сидел приехавший за Катериной Данила. Ничего интересного он из себя не представлял. Невысокий коренастый парень с выгоревшими до неопределенности волосами и жиденькой щетинкой, на гордое название бородки даже не тянувшей, у цыпленка под хвостом и то пуха больше. На вид ему можно было дать лет восемнадцать, но по рассказам все той же Катерины я знала, что ему все двадцать пять и он давно уже положил глаз на мою подругу и даже не пытался этого скрывать.

Виктор был молчалив И мрачен, как суслик, обнаруживший, что его запасы исчезли в неизвестном направлении, но после завтрака послушно вышел провожать Катерину вместе со всеми. Моя подруга заметно нервничала, несколько раз проверила сумки – не забыла ли чего, раз двадцать пообещала Александру вернуться сразу после сдачи экзаменов и нигде не задерживаться по дороге, и вообще совершала кучу совершенно ненужных движений. Но время не резиновое, и растянуть его еще никому не удавалось. Тяжко вздохнув, Катерина вскочила в седло, улыбнувшись Даниле самой обаятельной улыбкой, от которой Виктора перекосило так, словно у него болел зуб.

– Поехали, Данила. – Катерина подобрала поводья, а ее провожатый уже направился к открытым воротам. Она нехотя последовала за ним.

– Неужели на какое-то время в замке станет немного спокойнее? – облегченно вздохнул советник.

Вот даже в плохом настроении он не может удержаться от едких замечаний. А ведь мог бы девушке что-нибудь приятное на прощанье сказать. Я же вижу, что она чего-то ждет от него. Ага, как бы не так! Не на того напали!

– Виктор, а когда у тебя день рождения? – полюбопытствовала я, глядя на закрывающиеся за Катериной ворота.

– В конце осени, – машинально ответил он, но тут же почувствовал какой-то подвох. – А что?

– Хомячка тебе подарю, – усмехнулась я.

Александр тоже взглянул на меня вопросительно. Он так пока и не научился следить за ходом моих Мыслей и с интересом ждал дальнейших разъяснений.

– Зачем мне хомячок? – удивился советник.

– Для тренировки. Чтобы ты научился ухаживать и заботиться хоть за кем-нибудь. Если ты его загубишь или он от тебя сбежит, то будет не так жалко, да и разочарований меньше. С девушками у тебя пока как-то не очень получается.

Князь от нас поспешно отвернулся, и по его вздрагивающим плечам я поняла, что живописная картина «Виктор и хомячок» слишком ярко встала у него перед глазами. У меня, собственно, тоже.

– Да, Виктор, – наконец высказал свое мнение Александр, безуспешно стараясь скрыть улыбку, – тебе действительно не мешало бы быть немного поучтивее с дамами.

– Почему ты всегда поддерживаешь ее? – Виктор возмущенно ткнул в меня пальцем.

– А мне до сих пор казалось, что вам обоим доставляет удовольствие пререкаться друг с другом. Или я не прав?

Я фыркнула, а Виктор махнул на нас рукой и, насупившись, ушел. Мы с Александром переглянулись и, недоуменно пожав плечами, в обнимку направились к замку.

А через пару дней уехали и Александр с Виктором, оставив меня на попечение Сеньки. С кота взяли клятвенное обещание за мной присматривать и не дать разрушить замок до основания. Кот опрометчиво такое обещание дал, в чем потом очень раскаивался, потому что, по его словам, со мной быть в чем-то уверенным до конца нельзя никогда.

– Поездка займет, самое большее, дней пять. – Мой жених уезжал с явной неохотой. – Но я постараюсь сократить ее до минимума.

– Да ладно тебе, – напутствовала я его. – Что со мной сделается? Я же как никак Баба-яга!

– Вот именно поэтому.

Такое впечатление, что он оставляет меня не в своем родовом замке, напичканном самыми древними, а оттого самыми мощными охранными заклинаниями, а в диком лесу, где под каждым кустом меня поджидает особенно кровожадный монстр. Ну что со мной тут может случиться? Тем более я себе уже и занятие нашла – у меня давно наметилось несколько интересных снадобий, которые нужно доработать и, соответственно, приготовить. Даст бог, скучать не буду, да и Сенька рядом.

А вот на общество мохнатого бабника я зря понадеялась. Он нервно продержался ровно сутки, развлекая не столько меня, сколько поддерживая себя рассказами о своих очаровательных избранницах, и на утро следующего после отъезда князя дня удрал по своим амурным делам. Наверное, его успокоило мое хорошее поведение (я никуда не влезла и ничего не разгромила), и он посчитал, что может ненадолго оставить меня один на один с моими баба-ягинскими экспериментами, наивно полагая – руки заняты, голове легче. Это он про приготовление снадобий так выразился.

А у меня в тот день как раз все буквально валилось из рук и ничего не получалось. То нужные травы не желали находиться, то почему-то я бросала в зелье совсем не те ингредиенты, которые собиралась, а то и вообще с дозировкой перебарщивала. Уговорить меня отложить столь сомнительное дело до лучших времен было некому, а я уступать так не вовремя проснувшейся невезучести не собиралась. Я упертая. И только когда ближе к вечеру весь замок заволокло едким желтовато-зеленым дымом, а слуги в ужасе выбежали на улицу, чихая и кашляя от удушливого навозного запаха, я поняла – сегодня не мой день и надо завязывать с варевом, пока я всех тут не перетравила.

Ночью я никак не могла уснуть, а когда уснула, мне снились русалки, леший, Сенька, Забытки и прочие мелочи, связанные с моей теперь уже прошлой жизнью. Сны были короткими и отрывочными, никакой взаимосвязи между ними не прослеживалось, но душу они мне разбередили основательно. Остаток ночи я протаращилась в окно на полную луну и звезды, а на рассвете не выдержала и встала. Валяться в постели дальше сил уже не было, все бока отлежала.