Один дракон – три парня. Дилогия - Дарья Сорокина

— Ты жалок, — процедил Гарен, глядя на заходящегося кашлем Драя. — В твоих руках огромная сила и власть, а ты придерживаешься старых клятв и мучаешь сам себя.

— Это не твоё дело, — юноша вытер кровь с уголков губ, и не без труда поднялся на ноги.

— Сколько ты продержишься без своих воплощений? — с тревогой спросил тёмный.

— Столько, сколько потребуется. Зачем мы прибыли в Диогронд? В мире много целителей, они помогли бы Стерше...

— Не помогли бы. Нет таких лекарей. А твоя сестра уже мертва, — холодно изрёк Гарен.

— Из-за тебя! Она погибла из-за тебя, — Драй бессильно сжал кулаки, если бы не покоящееся на руках Гарена тело и собственная слабость, он непременно бы врезал организатору турнира.

— Как мило! Воинствующий братец. Твоя сестра умерла не сегодня. И это случилось задолго до турнира. На арене произошло то, чего я очень боялся, — задумчиво говорил себе под нос мужчина.

— Что за бред? Стерша была жива ещё этим утром и во время поединка...

— Если бы. Но нет твою сестру убили много лет назад. Просто я не мог с ней расстаться, до сих пор не могу, — Гарен ласково убрал прядь с бледного лица девушки.

— Ты ненормальный! Зачем мы здесь?

— Смерть необратима, милый Айнзам. Она как неизлечимая болезнь, но это не значит, что надежды нет. Даже сильный недуг можно купировать и выиграть время, если знаешь способ, — продолжал тёмный.

— Хватит говорить загадками, — нервно бросил Драй и снова схватился за горло и закашлял.

— Ах, прости, ты ведь не в курсе! — с пониманием отметил хозяин арены. — Не напрягайся, путь неблизкий. Поведаю тебе сказку о любви, о драконах и людях, чтобы скрасить наше путешествие.

— Ты? О любви? — с сомнением покачал головой юноша, но Гарен проигнорировал скептицизм своего спутника-поневоле и перехватил тело девушки. Он легко держал бездыханную Стершу, словно она ничего не весила. Затем, не глядя на слабеющего Драя, направился вглубь леса.

— Хотел бы посмотреть на эти земли в момент расцвета тёмных драконов, — Гарен обвёл глазами разрушенные дома, из которых прорастали деревья, увитые лианами. Из-за сырости на стволах и развалинах буйствовал пушистый серо-зелёный мох. Под сапогами хлюпала болотистая почва, и оба двоих путников быстро промокли.

— Река подмывала скалу, и огромный кусок камня перегородил русло. Вода не пошла в обход, а разлилась вокруг, превратив всё в топи. Но это произошло уже после побега тёмных, — рассказывал Гарен.

— Решил заняться моим образованием. Я много знаю о той войне.

— Да-да, непросто знаешь, ты важно условие перемирия. Вместилище силы всех драконов. Единый — надежда и опора! Хранитель клятв, — скрипуче смеялся мужчина, а Драй лишь стиснул зубы.

— Всё было хорошо, но идиллия длилась до тех пор, пока один эгоистичный хранитель не бросился на поиски возлюбленной. Он начал хаотично открывать порталы в другие миры, пока, не наткнулся на место, куда ушли тёмные, — Гарен сделал небольшую паузу, чтобы Айнзам догадался, о ком идёт речь.

— В том мире, драконы жили уже не одно поколение. Многие забыли о своём прошлом, хранили лишь невнятные легенды. Но всё ещё ждали чего-то. Я был одним из них. Слышал что-то о драконах, но верить в такое не решался, — мужчина погрузился в воспоминания и улыбнулся сам себе.

— Но однажды весь мир пронзили странные золотые нити, которые больше никто не видел. Любопытство оказалось сильнее, и он поймал одну из них, и очутился в новом чуждом мире.

Перед путниками появился небольшой мутный ручей. Гарен свернул и побрёл вдоль течения.

— Тот наивный юнец потерял всё: семью, друзей, даже невесту. Но вскоре новая жизнь поглотила его с головой, и он вычеркнул прошлое, ни о чём не жалея. Всё складывалось слишком удачно в новом мире. Он нашёл работу, зажил среди других людей и наивно полагал, что это место идеально.

Вскоре мужчины дошли до мостика через речушку, Драй цеплялся за ограду и с трудом переставлял ноги.

— А затем появилась она, — Гарен с любовью посмотрел на девушку.

— У вас были отношения? — догадался юноша.

— Больше чем отношения. Мы любили друг друга. Твоя сестра оказалась очень проницательной. Она сразу догадалась, кто я такой.

— И кто ты, — хрипел Драй, едва поспевая за Гареном.

— А то вы с Региной не догадались? — ухмыльнулся мужчина.

— Яйцо.

— Ага, именно. Чувствуешь, как играет с нами судьба, Айнзам? Ты влюбился в тёмную, как и твоя сестра, когда связала свою жизнь со мной. Забавно, правда?

Драй не ответил, и упорно следовал за Гареном.

— Так вот. В силу определённых обстоятельств я уже не мог превратиться в настоящего дракона, но в моих жилах всё ещё текла кровь тёмных. Твоя сестра не испугалась этого. Но, сожалению, забыла рассказать о суровых законах вашего мире, по которому такой союз подставил под удар нас двоих...Вру... Троих...

— Кто третий? — перед глазами Драя всё поплыло.

— Держись, Единый, почти пришли, — Гарен кивнул на полуразрушенный замок впереди, так же покрытый мхом и деревьями.

— Кто третий...

— Чёрт надо было брать твоё умное воплощение с собой. Хотя странно, что ты не заметил изменений в своей сестре. Слишком сильно был поглощён поисками идеальной половинки? — злобно бросил мужчина. — Хотя чтобы ты изменил? Ты самая большая жертва клятв этого мира.

— Хватит загадок, Гарен!

— Ребёнок... у нас был ребёнок. Яйцо, рождённое светлой от тёмного. Новая жизнь и новая сила.

— Невозможно, — глаза юноши расширились от ужаса.

— Начинаешь понимать да? Но откуда нам было знать тогда об опасности такого дитя. Мы не промышляли захватом мира, властью или интригами. Просто хотели жить, как обычная семья. Не подозревая о грозящей опасности, терпеливо ждали, когда малыш появится на свет, — тёмный вновь мечтательно улыбнулся.

— Уверяю, твоя сестра была счастлива.

— Что случилось дальше? — отрешённо спросил Айнзам.

— Тебе ничего не сказали? Видимо, испугались, что из-за Стерши нарушишь клятву, и тогда, кто знает, что случилось бы с законами мира. К нам направили синих. Они больше всех радели за чистоту крови драконов, — Гарен злобно сверкнул глазами. — Их и тогда уже было немного, а после... Ну, ты и сам знаешь.

— Не понимаю...

— И я тоже не мог понять, за что? Сначала уничтожили яйцо, прямо на глазах Стерши, а затем убили её. Не побоялись твоей мести, считали, что правда за ними. Но всё равно не предали огласке расправу над светлой.

— А почему оставили в живых тебя?

— Опять же клятва. Тогда я был больше человеком, чем драконом. Они не смогли поднять на меня руку, просто оставили среди обломков нашего дома, рядом с угасающей Стершей и горсткой скорлупы.