Наука и проклятия - Анна Орлова

Как жаль, что я не могу позволить себе ничего не значащий легкий роман! Будь это мимолетное увлечение, можно было бы не думать ни о странностях Донала, ни о его выходках. Не вариант. Но как он на меня смотрел!..

Понять бы еще, что нужно от меня Доналу? Я не была наивной и отлично, хоть и теоретически, знала, что происходит между мужчиной и женщиной. Вот только Донал не был похож на человека, готового предать барона ради проходной интрижки.

Любовь? Или он склоняет меня к измене, чтобы Фицуильям мог получить развод? Нет, глупо. Во-первых, меня в этот брак втравили не без помощи Донала, а во-вторых, для героя-любовника он ведет себя слишком несмело. Мы часто остаемся наедине, однако он не пытался идти на приступ.

Одно понятно: покушался на меня не он, иначе не стал бы спасать. Разве что анонимные угрозы ему можно приписать…

Проворочалась я до рассвета. С закрытым окном мне было душно, с открытым сквозило. Под одеялом было невыносимо жарко, но я мерзла, стоило его откинуть. Кошки мешали, а без них было пусто…

Когда меня наконец сморил сон, где-то неподалеку глухо бумкнуло. Я подскочила на постели, таращась в балдахин очумелым спросонья взглядом. Что?! Из смежной спальни донеслась приглушенная ругань. Фицуильям!

Как была, в одной сорочке и босиком, я слетела с кровати и заколотила в соседнюю дверь. Какой-никакой, а все же муж. К тому же, случись с ним что, меня заподозрят первой.

— Фицуильям! — позвала я, торопливо дезактивируя магический замок. — С вами все в порядке?

И ухо к двери приложила, отчего чуть не полетела носом вперед, когда она возьми и распахнись.

— Маргарита? — Барон вовремя поймал меня и придержал за талию. — Я вас разбудил? Простите.

— Ничего, — машинально отозвалась я, столкнувшись взглядом с застывшим за спиной хозяина Доналом. — Все равно скоро завтрак. Как дела на заводе?

Бьющий в окно солнечный свет неумолимо подтверждал, что все равно придется вставать. Вчера я в запале пропустила и обед, и ужин, так что теперь в желудке неприятно посасывало.

— Все в порядке, благодарю вас, — разжав руки, барон деликатно отвернулся. — Вам стоит привести себя в порядок, дорогая.

На шее Фицуильяма макарониной болтался галстук, рубашка была измята, а вид такой, будто он беспробудно пил до утра. Впрочем, перегаром не пахло, так что, скорее всего, он попросту был на ногах всю ночь.

— Конечно, — пробормотала я, сообразив, что щеголяю в одной тонкой батистовой сорочке, даже не прикрывающей плечи и коленки. — Увидимся.

Сдав задом в свою спальню, я поскорее захлопнула дверь.

Чтобы привести себя в божеский вид, пришлось потратить уйму времени и сил. Бетти лишь руками всплеснула, узрев меня — всклокоченную, отекшую и красноглазую.

— Миледи, как же так?! — Она чуть не плакала. — Побледнели-то как, и щеки прямо ввались. Совсем вы себя не бережете!

Я только хмыкнула. Хоть кто-то за меня искренне переживает.

— Принеси, пожалуйста, кофе и чего-нибудь пожевать, — попросила я, решив, что пить кофе на пустой желудок не стоит. Еще станет дурно, а свекровь возрадуется, решив, что дождалась вожделенного внука. Нет уж, радовать дорогих родственников в мои планы не входило.

Наоборот, пора расставить все точки над «и».

Вниз я спустилась минута в минуту. Заботами Бетти чувствовала я себя сносно, а выглядела еще лучше. Чуть-чуть румян, капелька туши на ресницы, легкий блеск на губы — и помятое лицо в зеркале преобразилось. Распущенные рыжие волосы струились по плечам крупными локонами, насыщенный синий цвет платья шел мне необыкновенно. После утреннего фиаско это было необходимо мне, как воздух. Женщина я или нет?!

Мой цветущий вид оценили разве что дамы. Фицуильям скользнул по мне равнодушным взглядом и отвесил дежурный комплимент, Донал и вовсе мрачно жевал, не поднимая глаз от тарелки. Зато Джорджина одарила меня улыбкой, а Хелен кивнула. Свекровь поджала губы. Нежный сиреневый оттенок помады ей не шел, придавая желтоватому лицу неприятную мертвенную бледность.

— Прекрасно выглядишь, дорогая, — процедила она с таким видом, будто вместо сока хлебнула уксуса.

В ответ я ограничилась сухим «спасибо».

— Как дела с лабораторией? — осмелилась подать голос Хелен, когда лакей оделил меня жареными колбасками.

Свекровь зыркнула на дочь так, что она подавилась булочкой и раскашлялась. Джорджина теребила бахрому скатерти и гоняла по тарелке кусочек ветчины.

— Прекрасно, — заверила я, еле сдерживаясь, чтобы не наброситься на еду. — Надеюсь, в скором времени будут подвижки. Кстати, дорогой, ты подготовил ответы?

Барон сначала удивленно поднял брови, затем вспомнил и передернулся.

— У меня не было времени.

— Очень жаль, — ответила я, взяв с общего блюда свежую булочку. — Это важно.

Барона это не обрадовало, он сумрачно кивнул и отодвинул свою порцию.

— Дорогая Маргарита, — вмешалась свекровь, кроша на тарелку печенье. — Что за глупости? Зачем делать какие-то… анализы? Вы с Фицуильямом такая чудесная пара! Уверена, у вас родятся прекрасные детки.

Мы с мужем оторопело переглянулись. Чудесная пара? Что это на нее нашло?

Хелен наблюдала за матерью с приоткрытым ртом, Джорджина меланхолично плела косички из бахромы, а Донал стиснул вилку так, что пальцы побелели.

— Разве вас не раздражает, что я простая мещанка? — полюбопытствовала я, гадая, какая муха укусила свекровь. Ядовитая, не иначе.

Ее кислая физиономия не очень-то вязалась с приторной любезностью.

— Ах, какие глупости! — Она махнула сухой рукой, похожей на птичью лапку. — У всех свои недостатки, дорогая. Из тебя выйдет вполне сносная баронесса… при должном усердии, конечно.

Я усмехнулась. Ну-ну. Вопрос только, хочу ли я в угоду свекрови становиться сносной? Прислушалась к себе… Нет, сейчас я хочу разве что десерт. Творожный пудинг с изюмом и ванилью.

Жестом подозвав лакея, я попросила:

— Пожалуйста, передайте кухарке мою просьбу приготовить на ужин творожный пудинг.

Почтительно склонившийся лакей побледнел, поняв, что снова угодил меж двух жерновов. Свекровь неприлично громко звякнула вилкой и напряженно улыбнулась.

— Маргарита, дорогая, боюсь, на кухне творога нет.

— Почему же? — поразилась я.

Это что-то новенькое.

Она недовольно поджала губы.

— Молочник совсем распоясался, безобразно разбавляет молоко! И недавно я видела, как он залез в банку грязными руками. Разумеется, мне пришлось его рассчитать!

Надо думать, возмущенный таким поклепом молочник смертельно обиделся и растрезвонил на всю округу, что иметь дело с чокнутой миссис Скотт чревато. Так что другие поставщики к нам соваться опасаются, а ей того и надо.