Остров невиновных - Ирина Шевченко

У природников статистика своя. Ведьм и ведунов больше, но и сила их иного толка. О лордах и вспоминать не нужно — сложно сказать, что из известного о выходцах с Архипелага правда, а что нет. Фаулер вспомнил бы оборотней… Но что их вспоминать? Не лорды, конечно, но свои секреты, не вошедшие ни в один учебник, имеются и у них. Особенно у кланов. Хотя и Кену, никогда не знавшему отца и росшему вне клановых законов, нашлось бы чем удивить…

Однако данные статистических сводок всплыли в памяти по другому поводу.

Он думал о менталистах. О менталисте.

Обо всех сразу и о том одном, что обосновался на Карго-Верде.

Мудрое решение в каком-то смысле.

Каждого новорожденного проверяли на возможность проявления магических способностей. Этим занимались в родильных домах или, если роды прошли дома, — при первом внесении в храм. Положа руку на сердце, храмы давно уже являлись оплотом магии, а не веры. Магии и имперской власти. Создавшие этот мир боги спят на дне морей, и так крепко, что ни одна из последних войн не потревожила их сна, а маги, лорды и император бдят. С ними бдят храмы, школы и приюты, бдят больницы и занимающиеся частной практикой врачи. Бдят городские советы и полиция. А вездесущие и всевидящие старушки-соседки переплевывают по бдительности всех вышеназванных. Ребенок и его родители еще ничего не подозревают, а артефакторы уже готовят будущему магу браслеты-ограничители. Незарегистрированных магов не находили уже лет пятьдесят по официальным данным, но и неофициальные вряд ли сильно отличаются. Одаренные не идиоты и понимают: пусть лучше тебя учтут, чем вычтут. Даже если родственники скрывали тебя ото всех, став взрослым, ты в состоянии сам сообщить о себе. Тогда тебя, самое худшее, запечатают. Попадешься на магических действиях, не имея отметки о том, что дар проверен и стабилен, запечатывание станет лучшим, на что можно рассчитывать. До середины прошлого века закон позволял своим служителям убивать незарегистрированных магов на месте. Сейчас он немного смягчился: их также могут казнить, но уже после проверки. И виной тому именно менталисты. Магов, способных без подготовки, без плетения заклинаний, без чтения наговоров и без того, чтобы опоить жертву зельями, влезть в чужую голову и внушить любую идею, опасались даже лорды. Магия островов защищала самих истиннокровных от подобного рода воздействия, но не способна была уберечь их от всего и сразу. Например, от кинжала собственного оруженосца. Он разъяренной толпы. От падения в пропасть вместе с лошадью, решившей вдруг сигануть с обрыва, — некоторые менталисты могли управлять и действиями животных. А особо сильные — подчинять себе других магов. Их боялись, но власть, которую давал подобный дар, была слишком лакомым кусочком, чтобы запечатывать нового менталиста в момент выявления. Ребенок, показавший соответствующие способности, становился собственностью империи. После введения всевозможных ограничений и наложения защитных печатей, обеспечивающих его послушание и безопасность стоящих над ним людей, у такого мага оставалось только два варианта: служба короне или смерть. Так что, если какому-то менталисту удалось скрыть свой дар, укрыться на ничем не примечательном острове было действительно мудро. Было бы, явись он сюда за спокойной жизнью и используй свой дар, чтобы получать скидки на фермерский товар и пополнять кошелек, обыгрывая местных в карты. А он убивает людей и собирает силу…

Предположение, что этим занимается не скрытый, а работающий на империю менталист, было слишком диким, но и оно промелькнуло у Фаулера в голове в вихре тысячи других мыслей. Следовало привести их в порядок, но в доме Кристин сделать это не удавалось.

Тело уже увезли, но запах крови растекся по комнатам, забившись в самые отдаленные уголки и заставляя Кена мечтать хотя бы на миг ощутить снова удушливую вонь инсектицида. А уйти он не мог, нужно было проверить все еще раз, и они с Джо разделились, чтобы управиться скорее.

— Есть что-то? — подошел со спины Раннер.

Мускусная терпкость его одеколона немного перебила запах смерти, но Фаулер все-таки открыл окно.

— Ничего, — ответил, с высоты второго этажа глядя на толпящихся у дома людей. Интересно, чего они ждут?

— Совсем? — уточнил шеф.

— Совсем.

И это хорошо. След убийцы найти нереально — это он понял сразу. Повторный осмотр имел иную цель: убедиться, что против него не осталось других «улик».

— Давно у вас с Гарнет?

— Что? — уточнил Кен, не оборачиваясь.

— Ну, что там у вас…

— Секс по дружбе, — вспомнилась формулировка Джо, и самого передернуло. — Бывает иногда.

— Не умеешь ты врать.

Фаулер развернулся всем телом:

— На что ты намекаешь?

— Я не намекаю, — хмуро выдал Раннер. — Прямо говорю: за идиота меня не держи. В городе что угодно могут болтать, но я как знал, что ты с этой ведьмой не спишь, так и до сих пор знаю. Тут ни магом, ни оборотнем быть не нужно, у меня на такие дела особый нюх. На свою бабу так не смотрят, как ты на Джо.

— Да? — криво усмехнулся Кен. — Наверное, у меня с глазами что-то. Или у тебя. Но я знаю, у кого зрение получше нашего. У охранников. У того, что дежурил в банке, и у того, что в мэрии. Не сомневаюсь, что они видели мою машину этой ночью у башни. Поинтересуйся.

— Поинтересуюсь. Но если и не видели… Думаешь, я поверю, что это ты Кристин?..

— К чему тогда этот разговор?

— К тому, что врать мне не нужно, Фаулер, — выговорил шеф. — Особенно в том, что касается этого дела. Все, что нарыл, к завтрашнему утру должно быть у меня на столе. Ясно?

— Кому отдашь?

— Бьюзу.

— Не жалко? У него жена-красавица, сыну года нет…

— На что намекаешь?

— Я не намекаю, Стив. И за идиота тебя не держу. Просто подумай, с чего псих, раньше убивавший бродяг на пустырях, пришел в город за моей бывшей женой? Именно за моей? Подумай и скажи, кого из парней ты готов сделать следующим. Или давай у них спросим? Может, у кого-то есть надоевшая бывшая?

— У меня. — Раннер скрипнул зубами.

Смотрел он при этом в окно, туда, где остановился на месте недавно отъехавшего фургона коронера старый пикап Эдны Кроули, а над приоткрытой пассажирской дверцей нависла с микрофоном Вэнди.

— Убью сучку, — пообещал Фаулер, поняв, кто сидит в машине рядом с Эдной.

— Буду благодарен, — мрачно отозвался шеф.

Джо следовало послать свободную прессу подальше и конкретнее. Сейчас, увы, вмешиваться было поздно. Оставалось надеяться, что кто-нибудь отпихнет беспардонную репортершу от машины, но пока зеваки лишь прислушивались к тому, что говорила Вэнди. При желании Кен тоже мог услышать, но подобных желаний он и близко не испытывал.

Дверца, на которую опиралась журналистка, распахнулась так широко и резко, что странно было, как Вэнди удержалась на своих каблуках. Но удержалась. Лишь отшатнулась в сторону и тут же ринулась обратно, но где ей было угнаться на таких ходулях за выскочившей из пикапа девчонкой.