Гонка на двоих - Ханна Хаимович

— Конечно, — согласился он. — В таком случае сейчас вы пойдете со мной и остановите Ненависть. Ваш… удачный эксперимент показывает, что воскрешать его было рановато.

— Не могу, — Кьярра сильно сомневалась, что он убьет ее на месте, но все же ощутила некое облегчение. — Я сейчас без магии. Почему бы вам не остановить Ненависть самостоятельно? «Серой мглой», знаете. Вы сами видели, что она работает.

— Вот вы и покажете, как воздействовать на него «серой мглой», — сказал Магистр и вдруг одним неуловимым движением оказался у Кьярры за спиной.

Она не успела дернуться, как ее запястья обхватили стальные пальцы, а руки заломили за спину — пока еще не больно, но весьма надежно. В шею уперлось что-то острое, то ли нож, то ли, может быть, когти…

— Забирайтесь на алтарь, — велел Магистр. — Кажется, выход в нем?

— Послушайте, вы с ума сошли, — Кьярра вяло дернулась, но он лишь крепче сжал ее запястья. — Радикс — естественная среда обитания стихий, их не нужно останавливать…

— Разумеется. Пошевеливайтесь.

Кьярра закусила губу. Стало жутковато. Гибель ей не грозила, а вот то, что сайтаррцы не смогли осадить Ненависть «серой мглой»… Хотя, если стихия поглотила их магию… нет, а батарейки? Ненависть сожрал и батарейки? И как Магистр так быстро нашел нужную сферу бытия?

— Может, вам помочь? — прошипел он над ухом и сгреб Кьярру в охапку, забрасывая на алтарь. Она снова рванулась, пользуясь тем, что он ослабил хватку, и вдруг услышала:

— Назад!

Голос показался знакомым. Кьярра обернулась и увидела Левиани. Тот не собирался разводить болтовню. Он молниеносно выхватил импульсный пистолет. Выстрел просвистел с ослепительной вспышкой.

Теперь уже Магистру пришлось рывком бросаться за алтарь, спасаясь от заряда. Импульс ударил в стену и рассыпался мелкими искрами. Камень угрожающе затрещал, а в следующий миг стена медленно, как-то лениво обрушилась водопадом обломков. Облако пыли закрыло обзор, мельчайшие частицы набились в рот, в нос, в глаза, заставляя жмуриться и надсадно кашлять.

В непроглядной мгле рядом что-то промелькнуло, а потом нижняя часть облака загорелась грязно-алым. Кажется, светилось на месте жертвенника. Кьярру охватила паника при мысли о том, что будет, если Магистр в этой пыли сейчас столкнет ее в жертвенник, и она поспешно скатилась на пол.

Внезапно все стихло. Кьярра сидела у алтаря, опасаясь шевельнуться. Плечо холодил камень. Ни Левиани, ни Магистра было не слышно.

Пыль медленно оседала.

Кьярра не сразу сообразила, что облако занимает не весь зал и из него можно просто выйти. Потом встала и осторожно прокралась вдоль стены.

— А, ваштамар! Дан, ты бы хоть сказал, что уже все чисто.

Левиани стоял посреди зала, не опуская импульсник. Он пристально вглядывался в тающую пыль. Увидев Кьярру, он не сразу отвел глаза.

— Сбежал. Проклятье! Чего он хотел?

— Чтобы я остановила Ненависть, — она неверяще уставилась на алтарь, очертания которого уже проступали сквозь завесу. Действительно, Магистр сбежал. Похоже, ему ничего не оставалось, он не рассчитывал встретить Левиани с оружием. А собственная магия сайтаррцев не работала в сферах бытия, и если Магистр отступил, значит, батареек у него не было. Странно. Очень странно. Неужели там все так серьезно? Кьярра не сомневалась, что Ненависть остановят почти сразу, и надеялась лишь, что тот успеет досадить Смерти достаточно, чтобы не дать ей больше воздействовать на инсданских солдат.

— Остановила? Ты? Почему именно ты… погоди, или ты ее и оживила?

— Его. Ненависть — это он, — зачем-то напомнила Кьярра. — Да, я оживила. И застряла здесь, потому что выложилась до донышка и не могу вернуться в Радикс. Дан, что там происходит?

— Аворовы космы! — помощник опустил оружие. — Так это была ты… М-да… А может, все-таки остановишь его? Я думал, это сайтаррцы. Кто еще мог нам подложить такую свинью? Хотя если ты не знала… ну да, Талек же толком ничего не рассказал.

В этом потоке сознания Кьярра понимала лишь отдельные слова, но никак не всю картину. Она вскинула руку:

— Дан, кончай говорить загадками. Что натворил Ненависть? И что там со Смертью?

— А на Смерть его тоже ты натравила? Аворовы яйца! — Левиани побрел к алтарю и уселся на него, свесив ноги. — В Радиксе сейчас светопреставление. Я так понял, Ненависть первым делом напал на сайтаррский лагерь. Сайтаррцы хотели отбиться с помощью Смерти. Он ее сожрал. Картина была еще та, конечно. Кипящее небо и… нет, это надо было видеть. Потом оно все как-то рассеялось, сайтаррцы затихли, и я решил, что они его и оживили. Потом Блэкберн кинулся в свою пещеру, которая ведет в сферы бытия. Я подумал, он там договаривается с Ненавистью. Взял моб, полетел следом, хотел его поймать, чтобы он прекратил все это, — Левиани рассеянно взглянул на импульсник в своей руке. Вооружился, наверное, на всякий случай, зная о силах, которые сайтаррцы могут черпать из батареек.

Кьярре надоело стоять, и она вспрыгнула на алтарь рядом с помощником.

— Чтобы прекратил что? — спросила она. — Что такого началось, когда Ненависть сожрал Смерть?

Сожрал Смерть. Это звучало так дико, что даже язык не поворачивался произносить.

— То и началось, — нахохлился Левиани. — Смерти теперь нет. А мир без смерти — это, оказывается, препаскудное место.