Декан моего сердца - Екатерина Каблукова

Дориан лично приехал расследовать покушение на ректора. Подтянутый, застегнутый на все пуговицы форменного темно-синего с золотом мундира он всем своим видом олицетворял закон и порядок. Хранителя сопровождала свита служащих Департамента. Услышав об их прибытии, я слегка запаниковала — среди этих людей могли быть и те, с кем я встречалась раньше.

Но мои опасения были напрасными: никого из них я не знала, кроме Дориана, но он сделал вид, что не знаком со мной.

С прибытием делегации занятия в академии вновь были сорваны, на этот раз из-за допросов.

Допрашивали всех, без исключения. К кабинетам следователей выстроились длинные очереди из адептов и преподавателей. Возбужденные, ошарашенные происходящим, они охотно обсуждали происшедшее, выдвигая массу теорий. Каждый раз, когда кто-то выходил из кабинета, где проводился допрос, толпа устремлялась к нему, выдыхая:

— Ну что?

Ответом, как правило, было лишь пожатие плеч и бормотание про магическую подписку о неразглашении. После чего оставалось лишь сочувственно кивать: магическая подписка, если ее пытались нарушить, лишала голоса в лучшем случае до конца дня.

Меня тоже допросили. Приятный молодой человек задавал вопросы, после каждого из ответов внимательно всматриваясь сначала в мое лицо, а потом в кристалл правды.

Нет, не видела. Шла из кампуса, услышала крики, пошла вместе со всеми к кабинету. Все. Я повторила это несколько раз, прежде чем меня отпустили, наказав в ближайшее время не уезжать.

— Это — Академия, и у меня контракт, — напомнила я следователю, кладя руку на артефакт считывания ауры: серый кристалл в оправе из серебра. Камень реагировал, когда объект, которого он “запомнил” отдалялся более чем на пятьдесят миль и мог одновременно отследить около сотни аур.

— Тогда тем более, вы ничего не теряете, — сухо отозвался он, ставя пометку напротив моего имени в списке. — Пригласите, пожалуйста, следующего и помните о неразглашении!

Я вышла, тоже пробормотала про подписку о неразглашении и направилась к кабинету декана. Я не видела Ройса с того самого момента, когда он довел меня до дверей моего кампуса и, что уж тут таить, скучала по нему. Кабинет оказался заперт.

Я подергала ручку, постучала и, не получив ответа, направилась к выходу.

Эль догнала меня уже у дверей, над которыми два гнома вешали артефакты — кристаллы, наподобие тех, что были в кабинете у следователя. На меня они радостно зажглись зеленым.

— Трикс, вот ты где! Весь день ищу! Тебя уже допросили?

— Что? А, да, — я вытянула шею. Показалось, что на лестнице мелькнул Ройс.

— И что?

— Ты же знаешь, что они требуют подписать документ о неразглашении и скрепляют магией.

— Я также знаю, что следователи департамента задают стандартные вопросы, — отмахнулась эльфийка. — и, поскольку уже была в кабинете, то представляю, о чем тебя спрашивали, и даже что ты ответила.

— Ты — страшный человек! — отозвалась я, наблюдая, как охрана останавливает одного из адептов. Кристаллы над его головой полыхнули алым, что означало, что он не прошел допрос.

— Но я хотел просто на пять минут выйти! — возмущался адепт.

— Не положено, — прогрохотал тролль— охранник, разворачивая юношу по направлению к лестнице. — Приказ Департамента Магического контроля!

Для пущей важности он поднял вверх палец.

— Я вообще не человек! — Эль бросила задумчивый взгляд на все еще возмущавшегося адепта. — Как ты думаешь, он что-то знает и пытается утаить? Или просто дурак?

— Скорее, поспорил с однокурсниками, — я кивнула в сторону притаившихся за углом молодых людей.

На их лицах застыло глумливое выражение.

— Дети! — эльфийка покачала головой. — Им бы все шутить! А ведь именно сейчас Север стоит на краю гражданской войны!

— С чего ты взяла?

— Как ты думаешь, кого выберут на Совете исполняющим обязанности ректора?

— Полагаю, что одного из проректоров…

— Да сейчас! — фыркнула Эль. — Твоего декана. Ройса.

— Он не… — под пристальным взглядом подруги я прикусила язык.

— Ладно, не для кого не секрет, что ты с ним спишь! — Эль усмехнулась, заметив, что мои щеки заливает предательский румянец. — Но не думаю, что роман с южанкой сможет ему помочь!

— Помочь в чем?

— Ройс не хочет становиться новым правителем Севера.

— Подожди, — нахмурилась я. — Но ведь правителей Севера давно уже нет… Северные земли стали частью империи.

Эль вздохнула:

— В том-то и загвоздка! Часть кланов думает иначе. Они желают вновь обрести независимость и хотят избрать себе правителя, с которым и поднять восстание. Ройс подходит почти идеально!

— А при чем тут ректор? — я окончательно запуталась. — Зачем кому-то убивать старика?

— Правителей Севера всегда избирали на Большом Совете кланов. Потом, когда южане захватили наши земли, Совет был упразднен, а уж когда герцог Нортлендский проиграл королю родовой замок… — эльфийка махнула рукой и, видя, что я не понимаю, продолжила. — По обряду тот, кого избрал совет, должен пройти обряд посвящение, чтобы стать истинным правителем. Один из атрибутов обряда — огромный камень, по преданию, упавший с неба, когда кланы выбирали первого правителя. В последствии один из герцогов Нортлендских приказал сделать из этого валуна трон…

Я нахмурилась, невольно вспомнив каменное кресло, в котором сидел ректор Норрик на совете. А ведь зал был очень старый…

— Хочешь сказать, что, если Ройса выберут, он обязан будет занять это каменное кресло… э-э-э трон? — изумилась я.

— Даже если он этого не сделает, это не поможет. Так сложилось, что в Академии сейчас присутствуют представители всех кланов Севера. Гномы, эльфы, тролли… все они выберут Ройса… и тогда у Севера появится предводитель. А ты понимаешь, что это значит?

Я вздрогнула.

— Ройс может отказаться.

— Возможно. А возможно, он жаждет абсолютной власти… не даром же его третий час допрашивают!

— Что? — я ухватилась за последнюю фразу. — Допрашивают? Где?

— В кабинете ректора, — Эль пожала плечами. — Так сказать, на месте преступления…

— Ройс не убивал ректора! — запальчиво возразила я.

— Ему и не надо делать это лично, — Эль с превосходством посмотрела на меня. — Ты же понимаешь, что очень многие почтут за честь служить своему королю. Пусть даже будущему.

Я поджала губы и промолчала. Эльфийка была права. Север все еще бурлил, жил воспоминаниями о былом могуществе и величии.

— Как же все это глупо! — воскликнула я.