Наследие драконьей крови - Анна Минаева

Я с таким рывком шагнул к девушке, что та даже отпрянула, а в глазах ее мелькнул испуг. Воспользовавшись этим, я затолкала аристократку в помещение и захлопнула за нами двери.

Аудитория оказалась пустой, если не брать во внимание большую спящую птицу ярко-зеленого окраса в серебряной клетке.

— Что ты делаешь? — На пальцах чародейки вспыхнуло алое пламя.

— Угомонись, — шикнула я на нее. — Будешь вести себя тихо, и никто не пострадает.

— Ты мне угрожаешь, приютская? — охнула Элиза.

— Пока только предупреждаю, — осадила я ее и указала на ближайшие стулья. — Присядем. А то что-то мне подсказывает, что разговор будет долгим.

Второкурсница колебалась всего несколько мгновений. Потом подавила страх в своих глазах и затушила пламя на пальцах. Прошла к ближайшему столу и как-то по особому величественно опустилась на простой стул.

Я буквально заставила себя сесть напротив. Так и хотелось остаться стоять, начать угрожать, может быть позвать Итана. Но вместе с тем я прекрасно понимала, что простым откровенным разговором добьюсь большего.

— Хорошо, — выдохнула наконец. — Ты подслушала. Что дальше будешь делать с этой информацией?

Элиза удивленно вскинула брови:

— То есть это правда? Ты дракон?

— Да, — спокойно отозвалась я.

— И именно потому Алан с тобой так носится? — недоверчиво уточнила второкурсница.

Почти…

— Да.

Расписывать ей еще и о незапланированном влиянии на метаморфов как-то чересчур.

— Серьезно? — упавшим голосом еще раз уточнила она.

Судя по лицу дочери графа ви Олье, открывшаяся правда все никак не хотела укладываться у нее в голове. Думаю, она бы с легкостью приняла что угодно, но не это.

А я пока даже не знала, стоит ли разводить панику. Элиза, конечно, не подарок. Но если заинтересовать ее чем-то, то она не станет рассказывать о том, что узнала, на каждом углу. Вот только чем можно завлечь эту избалованную девочку из высшего света?

— И ты так просто об этом мне рассказываешь? — В ее глазах промелькнул страх.

Опять.

И я прекрасно понимала. Ведь если сейчас я так охотно делюсь информацией, то потом могу попытаться убить. По крайней мере, именно об этом она сейчас просто обязана думать.

— Но ты ведь… приютская, — произнесла она и осеклась, а я даже усмехнулась.

— Думаешь, драконы не отказываются от своих детей?

Боги, мама и папа, простите меня за этот тон и то, что я говорю. Сейчас мне надо убедиться в том, что Элиза сохранит мой секрет, как я сохранила ее.

Не услышав ответа на этот вопрос, я подалась вперед и протянула:

— Предлагаю сделку, Элиза.

— Я никому не говорю о том, что узнала взамен на?…

— Нет, можешь рассказывать о чем хочешь, — отмахнулась я. — Кто тебе поверит-то? Да и если растрезвонить об этом, вряд ли, сможешь надеяться на счастливый финал с Аланом.

Сказанное вызвало у графской дочери такую реакцию, на которую я даже надеяться не смела. Она резко отпрянула от меня и посерела лицом.

— Думаю, что даже, узнай он, что ты подслушала и пыталась меня шантажировать…

Заканчивать эту фразу попросту не имела никакого смысла. Элиза резко выпрямилась, свела лопатки вместе и тяжело на меня посмотрела.

— Чего ты хочешь, приютская?

А вот это уже правильный вопрос. Только я понятия не имею, чего с нее стребовать уже за свое молчание. Но реакция вышла отличная. Я сама до последнего сомневалась, что у меня получится так вывернуть всю эту историю.

— Почему ты так не любишь приютских? — ради интереса спросила я.

Нет, оно понятно, что к нам никто особой любовью не пылает. Но интересно же, чем именно могли насолить такие как я такой как она.

Элиза фыркнула и отвернулась. Я думала, что не дождусь ответа, но второкурсница заговорила спустя несколько мгновений.

— Много лет назад, когда я еще была совсем ребенком, отец взял из приюта ребенка. Девочку. Она была ребенком казненных за какое-то преступление людей. Отец пожалел ее, дал еду и кров. А через месяц она украла столько золота, сколько смогла поднять, и сбежала. Ее до сих пор не нашли.

Я кашлянула и удивленно вскинула брови:

— И все?

— Это не так уж и мало. — Мотнула головой фыркнула девушка. — Дети преступников тоже преступники. Это в крови.

— Но не все приютские такие, — заступилась я. — Знаю, что попрошу у тебя.

— И что же? — усмехнулась она. — Принять и полюбить всех приютских?

— Нет, — я широко улыбнулась, стараясь не пропустить реакции Элизы на мою просьбу. — В один из дней ты пойдешь со мной в приют и подаришь каждому ребенку, живущему там, подарок. Может что-то небольшое, может даже просто сладость. Но ты сделаешь это.

Она нахмурилась:

— И все? Этого тебе будет достаточно, чтобы ты перестала шантажировать меня Аланом?

Какое громкое слово. Я просто спасаю свою задницу.

— Да. Это все. — Кивнула я. — Согласна?

— Согласна! — Элиза рывком встала со стула. Кажется, она уже была не рада подслушанному. Ну или тому, что решила прижать меня этой информацией. — Я никому ничего не скажу. А ты не скажешь Алану, что я знаю.

— По рукам.

Стребовать с нее клятву на магии или не стребовать? Вряд ли она рискнет тем, что Алан отвернется от нее. А он это сделает. Я просто уверена, что сейчас, пока ректор не нашел способ бороться с притяжением, я буду для него на ступень выше Элизы.

Низко это, конечно, пользоваться такими особенностями. Но мне ни капельки не стыдно.

— Я еще спросить хотела, — поспешно добавила, пока Элиза не успела сбежать.

— Что еще? — Обернулась она с недовольством на лице.

— Я одного не поняла, ты не так давно говорила, что от нежеланного замужества тебя удерживает только помолвка с Виорским. А как же договор с академией?

На эту мысль меня натолкнул случай с Марен. Ее семья не могла распоряжаться ее судьбой из-за этих бумаг. А я только сейчас связала эти две ситуации.

Элиза фыркнула:

— Лиа, ты правда думаешь, что мой отец не сможет заплатить достаточно золота ректору, чтобы этот договор признали недействительным? А если не выйдет, то обратится к королю. Мы все подданные короны и обязаны подчиняться.

— И тебя от всего этого спасает одна только помолвка? — Окончательно запуталась я.

— Мы получили благословение магии. Что значит — наши гипотетические дети будут очень сильными колдунами. А это все же стоит для моего отца выше выгоды в золоте. Но любой удар по репутации нашей семьи, и он даже на это не посмотрит.