Хильдегарда. Ведунья севера - Светлана Шёпот

Времени до обеда осталось мало, а приготовить нужно было довольно много.

– Сегодня мы будем готовить бешбармак, – оповестила я всех, а потом быстро пояснила, что это такое.

С тестом мудрить не стала, взяла самое что ни на есть простое, состоящее из воды, соли и масла. Им занялись сразу несколько человек, так как народу в замке жило немало. Еще несколько женщин мелко порубили мясо и репчатый лук. Отправили все это жариться. Казан с тканью на время убрали, а вместо него на огонь поставили большой котелок с водой.

Раскатывать сочни слишком тонко не стали, а затем порезали еще и на удобные ленты. Некоторые предпочитают тонкое, почти прозрачное тесто, которое после готовки расползается на вилке, но я так не люблю.

К обеду новое для этого мира блюдо было готово. Самое простое, но сытное. Сваренное тесто выложили на большие продолговатые блюда, сверху добавили жареного мяса с золотистым луком. Конечно, кроме этого были еще и неизменные каши и хлеб.

Когда мы все сели за стол, я заметила, как женщины, участвовавшие сегодня в приготовлении обеда, с нетерпением поглядывают на мужчин. Те оправдали все наши ожидания. Сначала многие удивились, начали переговариваться, осторожно пробовать, а потом с удовольствием уплетать. Женщины заулыбались, довольно переглядываясь.

– Твоя работа? – спросил Тор, накладывая себя в тарелку тесто с мясом и луком.

– Мы все готовили, – ответила я.

– Этому тоже на западе учили? – поинтересовался он, прожевав. – Это ведь тесто? Неожиданно, но вкусно.

– Не совсем, – ответила я туманно. – Просто я наблюдательная и любознательная. Если меня что-то интересует, то я не боюсь задавать вопросы.

– Это замечательно.

– Ты сегодня как никогда хмур. Что-то случилось?

– Из Унграба пришли неутешительные вести, – спустя пару секунду признался муж. Я же чертыхнулась про себя. Мне бы еще кто-нибудь сказал, что это такое – Унграб. Спросить я не могла – муж произнес это название так, будто я должна была знать и сама.

– Что за вести? – постаралась спросить как можно более естественно.

– Ярл Унграба вместе с семьей погиб во время бунта. Говорят, что новым ярлом стал человек, выдающий себя за бастарда. Вот только народ сомневается в его словах.

– Почему?

– Во-первых, уж больно черняв и непохож. Во-вторых, появился внезапно в конце осени. И в-третьих, старый ярл не признал его своим сыном, но позволил остаться в замке до весны, за что и поплатился.

– И как же ему за такой короткий срок удалось перетянуть на свою сторону достаточно народу для того, чтобы убить ярла вместе с семьей? – удивилась я.

Тор хмуро на меня поглядел. Я поняла, что его тоже крайне беспокоит этот вопрос.

– Я тоже об этом думал. Не могу сказать, насколько хорош и справедлив был Тогвуд, но я никогда не слышал, чтобы люди жаловались на него. Мне сложно поверить, что воины, служившие и дравшиеся с Тогвудом бок обок столько лет, так просто предали его, перейдя на сторону врага. Для этого Тогвуду нужно было совершить нечто поистине ужасное.

Тор замолчал, возвращаясь к ужину. Я же задумчиво покатала мысль в голове, а потом решила ее всё-таки озвучить.

– Мне кажется, стоит узнать, как обстоят дела у остальных ярлов.

– Ты ведь не думаешь?.. – Тор сжал вилку так, что та согнулась в его кулаке.

– Почему? Думаю. Если бы не ты, Асгрим тоже принадлежал бы не пойми кому. К тому же во время «битвы за Асгрим» кто-то ведь ударил меня по голове так, что я едва пришла в себя.

 Лицо Тора потемнело.

– Думаешь, это как-то связано? – оглядевшись по сторонам, муж вздохнул и залпом выпил целую кружку пива.

Я тоже огляделась. Люди веселились, вроде бы не обращая внимания на нас. Да и сидели все довольно далеко, так что наш разговор вряд ли при таком шуме кто-то мог бы услышать.

– Слишком много странностей в последнее время, не находишь?

– Предатели, – тихо прогудел Тор. – Но откуда? Северные народы вряд ли бы пошли на такое. Они слишком…

– Юг, – отозвалась я, а потом поднялась. – Я устала, муж мой, сегодня был долгий и утомительный день.

Тор тоже встал и, прижав меня к себе, звонко поцеловал в губы. Люди вокруг одобрительно загудели. Не знаю, к чему такие жесты, но здесь так принято.

Стоило нам войти в комнату, как мы оба, словно заговорщики, понизив голос, продолжили разговор.

– Ты думаешь, юг? – слегка сомневаясь, спросил Тор.

– Впрочем, это вполне может быть и восток. Но не запад, отец не стал бы отправлять меня туда.

– Только неясно, почему он оставил тебя в замке и уехал.

– Думаю, он посчитал, что зимой со мной здесь ничего не случится. Наверное, он планировал вернуться ранней весной. А уехал… Зачем же он мог поехать к возможным врагам?

– У меня есть только одно предположение – договариваться.

– Это если он действительно отправился к врагам.

– Другой причины, чтобы вот так резко уйти в поход, я не вижу, – Тор лег на кровать, закинув руки за голову. Я тоже забралась на постель и легла ему на грудь. – И ударили тебя, потому что хотели избавиться, как и от отца.

– Тогда зачем Глауд пришел к замку?

– Полагаю, он был с ними заодно. Асгрим все-таки весьма непростой замок. Он стоит на стратегически важной точке. Ты им не нужна была, даже в виде жены Глауда. Ведь ты всегда могла убить своего мужа и поднять восстание.

– Не боишься? – спросила лукаво, подняв на него взгляд.

– Нет, – хмыкнул Тор. – Мне тебя предсказали, так что не боюсь.

– Предсказали? – удивилась я.

– Как-нибудь потом расскажу, – пошел на попятную муж, и я не стала его торопить. Захочет – расскажет. Всё-таки у меня и самой есть от него тайна.

– Как скажешь.

– Осталось понять, как их вычислить, – задумчиво пробормотал Тор, поглаживая меня по спине.

– Для начала, думаю, нужно разослать гонцов и узнать, как дела в других замках. Но надо сделать это так, чтобы не вызвать подозрений. А вычислить… – я задумалась, а потом нахмурилась. – Говоришь, бастард тот чернявый больно?

– Верно, – Тор кивнул. – Наверное, южанин, они все волосами черны да кожей смуглы, – сказал он и замер. – Южанин!

– Учти, что предателями могут оказаться и свои люди. Купить можно любого, нужно лишь знать цену. К тому же никто не отменял шантаж, – торопливо предупредила я.

– Ты права, но это уже кое-что.

– Согласна.

Мы замолчали, а я вернулась мыслями к письмам. Что-то мне подсказывало, что говорить о них Тору не стоит. Если прежняя Хильдегарда на самом деле склонялась к предательству во имя своей первой любви, то это может бросить тень на меня. Понятно, что девчонке просто заморочили голову. Если эта история всё-таки по невероятному стечению обстоятельств всплывет, стану все отрицать. Проклятие! А ведь письма могли сохраниться не только у меня.