Рождение героев - Олег Маркелов

С этими словами стражник шагнул в камеру, поднимая деревянную дубину над плечом для короткого тяжелого удара. Гном продолжал бесноваться на цепи, поэтому огромный детина шагнул чуть в сторону, получше примеряясь – куда бы ударить. Совершенно пренебрегая сломленным на вид юношей, он размышлял, сумеет или нет завалить крепкого гнома с одного удара.

– Как же я люблю, когда вы даете повод, – оскалился стражник. – Единственное, почему я еще служу у этого кретина Ай-Генса, – это возможность хорошенько намять бока такому отребью, как ты! Жаль, мой напарничек уснул, а то бы вместе повеселились…

И тут произошло совершенно неожиданное, спутавшее все планы громилы. Юноша, терпеливо дождавшись, когда стражник окажется в загаданном им месте, стремительно вскочил на ноги, распрямляясь, как пружина, и со всех сил толкая тюремщика в плечо. Если бы не эффект полной неожиданности, скованному кандалами Нарлингу вряд ли удалось столкнуть с места такого громилу. Но момент юноша улучил верный, и поэтому дюжий охранник от такого толчка не удержал равновесия и буквально вбежал в объятия беснующегося гнома. Расстановка сил мгновенно изменилась. Только что здоровенный детина, лениво замахиваясь крепкой дубиной, собирался размять мускулы, дубася скованного по рукам и ногам безоружного пленника. Но в следующий миг тюремщик, словно муха в лапах паука, оказался один на один с силой, которая не шла ни в какое сравнение со всей его молодецкой куражливой удалью.

Даже не поняв, что именно произошло, Регнар среагировал молниеносно. Он рывком направил пытающегося найти равновесие охранника в стену, к которой был прикован, а едва тот с гулким стуком врезался лбом в необработанный камень кладки, выверенным коротким ударом огромного кулака сломал тюремщику позвоночник у самого основания черепа. Так и не издав ни звука, громила бесформенным мешком сполз по стене.

Не торопясь, но и не медля, Регнар отстегнул связку ключей от пояса тюремщика и, определив нужный ключ на глаз, отомкнул замки на своих цепях. Сбросив цепи и разминая мускулы, он двинулся к Нарлингу со взглядом мясника, прикидывающего, как лучше разделать очередную тушу.

– А ты молодец, – нервно усмехнулся Гефорг, вдруг испугавшись того, что увидел в Регнаре. – Я боялся, что ты не сумеешь справиться с таким здоровяком. Да и топор твой невесть где сейчас…

Тяжелый удар похожего на кузнечный молот кулака буквально снес Гефорга с ног, отозвавшись болью во всем теле. Если бы гном так ударил в голову, то мозги Нарлинга вполне могли уже стекать с каменной стены. Но, видимо, понимая силу своих ударов, гном влепил кулак в грудь юноши. Впрочем, и этого хватило, чтобы ребра затрещали, а в глазах Гефорга помутилось и он едва не потерял сознание.

– Это тебе задаток, дружочек, – пообещал гном совершенно спокойным голосом. – Остальное получишь с процентами, если еще раз позволишь себе так неуважительно со мной разговаривать. Семья Нарлингов стала для меня родной. Но ты – не Вердис, и я по праву друга отца всегда могу тебе вправить мозги. И не притворяйся. Я не так сильно ударил, как ты заслуживаешь. Вставай. Нам надо выбираться отсюда.

Когда туман боли рассеялся, Нарлинг попытался встать, опираясь на холодные каменные стены. С трудом выровняв дыхание, он подошел к открытой двери.

– Следовало бы задать тебе хорошую трепку, чтобы ты вспомнил, как родители учили тебя уважать старших, – тихо прорычал Регнар и, медленно высунувшись из дверей, внимательно осмотрел коридор. – Нам повезло – нас посадили не в самую дальнюю камеру и не в самый глубокий подвал.

Коридор, разбегающийся от их камеры в две стороны, в одной из них заканчивался видимым тупиком. Второй конец коридора раздавался неким подобием овальной комнаты, из которой вверх поднималась каменная лестница. В этой же комнате, привалившись плечом к стене, дремал на грубой лавке второй тюремщик. Стены коридора на всем его протяжении зияли зарешеченными проемами окон в дверях, ведущих в соседние камеры. Гном, удовлетворившись осмотром, убрал голову назад, в камеру.

– Может, это оттого, что у стражников нет в планах долго держать нас тут, – ответил Гефорг. – Скорее всего, в самое ближайшее время нас отправили бы на костер.

– Они не посмели бы отправить на костер гнома, тем более посла Туманных Вершин! – рявкнул гном.

– Ну и что теперь? – спросил Гефорг, чувствуя, как предательская волна липкого страха вдруг проявилась бегущими по спине струйками пота и дрожащими руками.

– Ничего теперь. Просто возьмем и уйдем отсюда. Мне не нравится этот город и то, как тут встречают послов, – ответил Регнар, осматривая камеру в поисках чего-нибудь похожего на оружие. – Мы должны забрать наши вещи. Грамота, которую мне дал этот тупой идиот Баргнер, из-за тебя осталась в дорожном мешке на том постоялом дворе. Но мой шлем с волосами из бороды моего славного предка и мой боевой топор не достанутся никому! И если эти поганцы утащили их из тюрьмы куда-то в другое место, я разнесу по камням весь этот город.

На глаза гнома попалась дубинка, валяющаяся рядом с трупом тюремщика. Гном подобрал ее и задумчиво взвесил в руке. Сделав пару взмахов, он покачал головой, но дубинки не выкинул, а вернулся к двери.

– Послушай, Регнар, ты не объяснишь мне, за что ты так не любишь своего короля? – задал вдруг не к месту вопрос Нарлинг.

Гном зло сверкнул глазами, посмотрев на молодого человека взглядом, не сулившим ничего хорошего.

– Ладно, ладно. Не хочешь говорить – не надо, – пошел на попятную Гефорг, вдруг явно вспомнив недавний удар, которым Регнар едва не вышиб из него дух.

– Хватит болтать. Арраг любит не тех, кто на заднице мозоли натирает, а тех, кто от усилий жилы надрывает, – глухо прорычал гном и выметнулся прочь из камеры.

Скорее всего, Регнар пытался бежать тихо, но удавалось ему это плохо. Гефорг неотрывно следовал за гномом и внутренне буквально сжимался от мысли, что от грохота шагов Регнара сюда сбегутся все стражники тюрьмы. Но то ли у страха не только глаза велики, но и уши, то ли тюремщик в комнате в конце коридора спал особенно крепким сном, только гном успел добежать до этой комнаты, прежде чем горе-охранник проснулся, почуяв неладное.

– Просыпайся, – рявкнул Регнар, повергая в шок Гефорга.

Охранник продрал глаза и с удивлением обнаружил над собой разъяренного гнома. Рука стражника потянулась и схватила валяющуюся рядом с лавкой алебарду. Но реакция толстого охранника была слишком медленной.

Дубинка свистнула, рассекая воздух, раздался перемешанный с хрустом удар, и тюремщик, едва начавший подниматься с лавки, с проломленным черепом рухнул обратно, забрызгав кровью каменные стены.

– Любители избивать закованных в цепи! – рявкнул Регнар. – А как насчет честной схватки?!

Кроме лавки и штабеля подготовленных факелов, в комнате ничего не было. Поэтому Регнар, не задерживаясь, устремился по лестнице вверх.

Выбежав с лестницы на новую площадку, Регнар нос к носу столкнулся с двумя мирно болтающими стражниками. Мгновенно сориентировавшись, гном взмахнул дубинкой, и один охранник без чувств покатился вниз по ступеням. Не успел первый охранник скатиться с лестницы, как второй стражник, оглушенный, рухнул на пол.