Укрощение строптивого ректора - Александра Чиликина

— Отлично! — хлопаю в ладоши, когда оба потерявшихся парня тоже склоняются над бессознательной девушкой. — Я считаю, мы отлично справились для первого раза! Как минимум, мы смогли собраться в одной точке!

Угрюмая тишина мне в ответ. Какие же они все неоптимистичные!

— Что с ней случилось? — слышу тихий шепот нашего предводителя.

— Не знаю, я был неподалеку, когда услышал её крик, но не успел ничего понять. Когда я добежал, она уже лежала в сугробе, а этот снежный дьявол склонялся над ней.

— Значит, с ней всё в порядке, — снова оптимистично вмешиваюсь. Когда на меня ничего не дует, я вообще очень оптимистичная.

— Почему это? — спрашивают меня, поджав губы, всякие там небеснокрылые личности.

— Исключительно по логике, — важно поясняю, — после совершения преступления обычно разгибаются, а не склоняются.

Молчание.

— А почему она тогда без сознания, юный гений логики? — звучит прекрасный вопрос. И как водится у прекрасных вопросов, у меня нет на него ответа.

— Уверены, что мне стоит выяснять? — с сомнением кошусь на эльфийку. До этого мне как-то не приходилось оказывать первую помощь, в моем случае первой помощью обычно является немедленное перемещение меня подальше от жертвы. Всегда помогало.

— Нет, — звучит сразу три голоса, и я даже немного умиляюсь. Как быстро мы стали одной командой и начали принимать единогласные решения!

— Она не просыпается, — взволновано произносит минуту спустя пытающийся отогреть эльфийку демон.

Не удивительно. Если бы он меня так нежно тряс, я бы тоже с утра не проснулась.

Милу бы сюда…

— А кто-то вообще понял, что именно мы должны здесь сделать? — проявляю любознательность, решив подойти к проблеме с другой стороны.

— Какая сейчас разница? — тут же рычит дракон. — Надо помочь Малике.

Смотрю на него, ущербного. Всегда знала, что драконы — слабый пол.

— Так и быть, слушай. Сейчас ты узнаешь, что такое логическая цепочка. — Воодушевленно и с выражением начинаю свой маленький урок, испытывая непередаваемое удовольствие от наблюдения за бесящимся драконом, у которого даже дым из ноздрей повалил. — Смотри. Объективно, помочь Малике мы не можем, значит, нужно доставить ее к тем, кто может, а чтобы ее доставить, надо выбраться отсюда, а чтобы отсюда выбраться надо выполнить задание. Вот я и интересуюсь. А что у нас вообще за задание? — Все недовольно молчат. — Вот и я не знаю, — довольно заканчиваю. Нравится мне здесь учиться. Бабушка всегда говорила выбирать компанию правильно, с пользой для самооценки, то есть так, чтобы ты всегда был немного умнее всех собравшихся.

Кажется, именно по этому принципу моя сестра у себя в комнате аквариум с рыбками поставила.

Да.

— Может, и нет какого-то определенного результата, который мы должны достичь? — блеснул мыслью демон. — Возможно, здесь просто проверяют, как мы поведем себя в нестандартной ситуации? — парень с надеждой посмотрел почему-то на меня.

— Не знаю как у вас, а у меня все последние дни — исключительно нестандартная ситуация. — Не могу не заметить.

Молчим.

— Метель совсем стихла. — Нарушает паузу дракон, начиная оглядываться. — Мне кажется или там крепость? — прищурившись, вдруг указывает куда-то вбок.

Смотрю в том же направлении. Красота-то какая! Сугробы кругом, скалы, горные вершины… а вот крепость не вижу.

Хорошая у нас подобралась команда — я слышу то, чего не слышат остальные, дракон вон видит то, что не видят другие. Начинает закрадываться подозрение, что нас сюда вместе сгрузили в принципе забирать и не собирались.

— Слишком далеко, — мотает головой наш оборотень-предводитель с идеальным зрением. — Пешими не доберемся.

— А что, вы тоже не можете принять вторую ипостась? — живо интересуюсь. Не то чтобы я пробовала, но есть четкое ощущение, что не получится.

Ребята мотают головой.

Н-да. Собрались двуликие и не могут форму истинную принять. Патовая ситуация для всех, кроме эльфийки. Впрочем, та даже сидячее положение принять не может, я уж не говорю про еще какие-то бонусы.

Кошусь на нашу бессознательную.

В принципе, чтобы не сильно выделяться, она вполне может сойти за дерево. Во-первых, по расовому признаку, во-вторых, она сейчас весьма молчалива и неподвижна.

Двадцать минут спустя к моему глубочайшему шипению из-за неимения других вариантов было решено (не мной, я протестовала) всё-таки отправиться к той самой загадочной крепости, которую всем нам таки удалось разглядеть. Крепость, к слову, мне не нравилась. Не то чтобы я имела что-то против крепостей, но тот факт, что её обнаружил дракон, удручал. Мы, змеи, как впрочем и сами драконы, очень болезненно переносим ситуации, когда наши исконные враги оказываются в чем-то лучше нас.

Не то чтобы я расистка, но… драконы совершенно ужасная раса. И даже то, что мой ледяной ректор тоже относится к данному виду, ничего не меняет.

* * *

В общем, я расистка, да.

Бредём.

Ноги глубоко проваливаются в снег при каждом движении, яркое солнце, сменившее хмурые тучи, слепит глаза, заставляя постоянно смаргивать невольные слезы, а внутренняя регенерация уже не справляется с охватившим тело морозом, и конечности стремительно начинают терять чувствительность.

— Мне кажется или ветер снова усиливается? — оборотень по-звериному ведет носом.

Везучий. Я вот уже совсем не уверена, что у меня вообще есть нос.

— Предлагаю рыть сугроб, — хмуро кошусь по сторонам. Глаза слезятся почти нестерпимо.

— Зачем? — дракон на время забывает о том, что он со мной не разговаривает.

— Будем закапываться. Давайте, вместе теплее, норку себе обустроим, демона подожжем — будет у нас вместо костра.

Демон оскорбленно хрюкает.

— Меня вообще-то Арсон зовут.

Киваю. Но прозвучавшее имя не вспомню даже под пытками.

— Лучше дойдем до крепости, там мы сможем найти защиту понадежнее. — Оборотень вдумчив и серьезен.

Их надо с Демьяном познакомить, эти два зануды точно найдут общий язык.

— Успев немного познакомиться с нашим преподавательским составом, рискну предположить, что если мы что-то там и найдем, то только свою смерть. — Ветер снова начал дуть, и я опять поймала пессимистичное настроение.

Так вот что такое метеозависимость, о которой всё время говорит бабушка!

Мы шли.

Шли и шли.

А вокруг снова начала закручиваться яростная метель…

— А вы не думаете, что метель означает близость этих странных существ? — спрашиваю неожиданно для самой себя. Видимо, мой мозг, осознав высокую вероятность нашего скорого вымирания экстренно активизировался едва ли не впервые в жизни. Не нравится мне тут учиться, что я потом с этим активизировавшимся мозгом буду делать? Быть умной в этой жизни не выгодно.