Сладкое искушение - Венди Хаггинс

"Они вокруг меня, кружат, как стервятники.

Они хотят сломить меня и смыть краски окружающего мира."

"My Demons" Star set

В первую неделю меня дико ломало от боли. Меня трясло как гребаного наркомана, стоило ощутить чью-то похоть. Также не помогало и то, что в студии мы пока не были. Дважды в день я забегал в спортзал, и изводил себя там до состояния изнеможения. Ночами мечтал напиться до полной отключки, но тем не менее, я старался оставаться чистым. Потому что стоило мне надраться или накачаться чем-то, как мой палец сразу тянулся нажать на имя Анны на экране моего телефона. Я не могу позволить себе глупостей. Я уже сменил номер телефона, ради ее же безопасности, и сам должен держать себя в руках.

С ребятами из группы мы посещаем все местные злачные места, встречаемся с шишками из музыкальной индустрии и знакомимся с сексуальными фанатками, но ничто из этого меня не волнует. Внутри сплошная пустота от потери. С девушками я общаюсь только при появлении шептунов. А когда демоны уходят, ухожу и я.

Это не жизнь. Даже с учетом предпринятых мною перемен, я не получаю никакого удовольствия от нее. Есть только опустошенность и страх, и они как дурная привычка — не избавиться.

Майкл, Радж и Беннет арендовали дом, там же стоит моя ударная установка, но я предпочел снять себе отдельную квартиру. Каждый день мы репетируем, но мне этого мало. Майкл сильно удивился, когда однажды я остался после репетиции, чтобы оценить песни, над которыми он работает. Раньше к подобному я не проявлял интереса. По я не могу возвращаться к себе, ведь там меня сожрут собственные мысли.

Одна из песен представляет собой, пока что, всего лишь один куплет, но он занимает все мои мысли. И слова начинают появляться сами собой. Я выхватываю у Майкла пожеванную ручку и, склонившись над листом бумаги, яростно переписываю их. Едва заканчиваю — Майкл выхватывает у меня лист.

Так непривычно, мне не по себе. Я постукиваю ручкой по ноге. замечая, как Майкл начинает покачивать головой, а на его лице появляется ухмылка.

— Чувак, это круто.

Я пожимаю плечами.

— Не надо. Я делаю это всего один раз, друг. — Текст вышел слишком личным. Не хочу, чтобы кто-то знал, что написал его я.

— И что еще ты умеешь? — спрашивает Майкл. Я качаю головой и лгу:

— Ничего.

— Йоу, Радж, Беннет! Тащите свои жопки и готовьте уши. У нас тут такое.

Наконец мы отправляемся в студию и начинаем понимать что к чему. Понятия не имею, подпишут ли с нами контракт на запись — слишком высока конкуренция, но наш менеджер, который тусил в одном братстве с сыном какого-то крупного босса, уверяет, что нам не о чем беспокоиться. Ну что ж, посмотрим.

Мы записываем сингл, который практически от и до написал я, и Майкл вовсе не против, что авторство целиком и полностью припишут ему.

Нас отводят в помещение, а там девушка с медового цвета прямыми волосами настраивает микрофоны и проверяет звук. Она невероятно миленькая и с хорошей, довольной аурой, и это зрелище выбивает из меня весь воздух. Она поднимает голову и лучезарно улыбается нам.

— Привет, ребята! Вы как раз вовремя. Я сейчас принесу вам воды, и если вам что-то понадобится — зовите. Кстати, меня зовут Анна Мэлоун.

Кажется земля начинает уходить у меня из под ног. Черт возьми… ну почему этот мир так ненавидит меня? Почему?

Она жмет руки парням, а когда доходит до меня, ее аура вспыхивает ярко-оранжевым с примесью красного. Она всматривается в мое лицо и краснеет. Я быстро отпускаю ее ладонь и, отвернувшись, прячу руку в карман.

Фантастика. Вот только этого мне не хватало.

Она оставляет нас, и Радж пихает меня в живот.

— Чувак, она тебя хочет.

Майкл задирает подбородок.

— Говорил же, здесь тебе любая будет рада дать.

Я мотаю головой.

— Предпочитаю не смешивать работу и удовольствия.

— И правильно. — Фыркает Беннет, ероша свои синие волосы. — Нам только сталкерш Кая в студии не хватает.

— Вот-вот, — бормочу я.

Анна, сотрудница студии, принадлежит к тому типу девушек, у которых друзей-парней гораздо больше, чем девушек. Она очень естественная, да еще и обладает отличным чувством юмора. Она — девушка, с которой приятно проводить время. Ну, в нашем случае, парням-то приятно, а вот я предпочитаю дистанцию. И держать ее становится сложнее, учитывая, как часто она приходит на наши репетиции и потом присоединяется в клубах. Радж явно положил на нее глаз, правда, она с ним лишь невинно флиртует, большего она хочет со мной, и не важно, что я тщательно избегаю ее.

Было бы гораздо легче, не будь она такой милой. Или не появляйся она каждый день. А если бы еще и так не напоминала Анну. Или не желай я секса, как бешеный кобель.

Серьезно. Я продолжаю надеяться, что не поддаваться плотским утехам станет не так трудно, но пока легче не становится. Я постоянно испытываю боль. Проще просто поддаться желанию. Броситься к десятку готовых на все девушек, так и сочащихся похотью ко мне, и забыться.

Но затем я вспоминаю все то, что чувствовал в прошлом году, когда, вернувшись из той небезызвестной поездки, спал с кучей женщин. Пронизывающее чувство вины и отвращения к себе. Я не хочу снова проходить через это. Впервые я бросаю себе вызов, и я не могу сдаться.

Если Коуп научился не поддаваться этому проклятому искушению, то и я смогу.

Прошло уже шесть месяцев, и, должен признать, я так чертовски горд собой — хоть кричи об этом всему миру: Уже целых шесть месяцев я воздерживаюсь!

Правда, сомневаюсь, что это кого-то впечатлит. Кроме Анны. И, по правде говоря, только ей мне хочется рассказать. Кучу раз я оказывался на грани звонка, особенно когда наш первый сингл стал хитом местного радиоэфира и нас пригласили обратно в Атланту для заключения контракта.

Я люблю тебя. И хочу одну тебя.

А затем перед глазами всплывает лицо Белиала и мне приходится напоминать себе, почему мы не можем быть вместе. Я с ужасом представляю, что Анна могла забыть меня. Я не обижусь, если она перестанет любить меня, но сам никогда не перестану любить ее.