Мой бывший темный - Екатерина Вострова

Стоило ей повернуться, как я ее узнала. Ну конечно! Та самая балерина, что нравилась Герману.

— Меня зовут Вероника, я тут… просто мимо прохожу.

— А я Ирина Эльтова. Я тут работаю, — она замолчала, а затем словно забыла разом о моем существовании и снова отвернулась к стене.

Неужели это Виктор с ней сделал? Или еще кто-то? Ужас какой!

— Герман Игнатьевич пригласил меня сегодня на свидание, но у него сейчас встреча, он просил подождать, — неожиданно произнесла она безразличным тоном.

Когда все закончится, нужно будет обязательно уточнить насчет нее у Виктора. Учитывая, что Нагицкий попросил загипнотизировать девушку как раз в тот момент, когда я была рядом, то я невольно чувствовала себя виноватой во всей этой истории.

Открыв дверь в зал, чуть поколебавшись, зашла внутрь, ожидая увидеть там что угодно. Людей, нелюдей, волков или летающих монстров. Кого угодно. Вот только в зале никого не было. Совсем. Пустой амфитеатр. Пустая сцена.

Я прошла вниз. Куда все делись? Может быть, я ошиблась и Виктор не здесь. Или если здесь, то в другом помещении. Но ведь стоял же человек на входе, значит, что-то, да охранял.

«Охранял, как же. Даже не спросил, зачем иду…»

Поднялась на сцену по ступенькам по бокам, рядом висели огромные полотнища красного бархата.

Обернулась и замерла. Забыла на мгновение, кто я, зачем здесь.

Напротив начинался амфитеатр, множество полукруглых ложей по бокам венчали зал, и я сама себе начала казаться маленькой, ничтожной, потерянной. А как, должно быть, волнительно чувствуют себя артисты на сцене!

И, вместе с тем, в душе поднимался неясный трепет, что-то захватывающее. Ведь я тоже мечтала выступать. И если бы поступила в театральное, сейчас играла бы на сцене в спектаклях, репетировала.

Легко поклонилась, словно в зале уже сидели аплодирующие зрители.

Малыш внутри толкнулся, напоминая о себе. Момент рассеялся. Покрутила головой в поисках прохода к гримеркам. Может быть, там сейчас идет «высокое собрание»?

За сценой обнаружился проход, за которым тянулся длинный коридор. По одной стороне стояло несколько кресел, по другой шли двери с табличками. Сначала это были имена, чуть подальше — вывески «Общая гримерная», «Костюмерный цех», затем туалеты, душевые.

Мне показалось, что я слышу голоса, и, почувствовав себя увереннее, пошла в их сторону.

Вскоре вышла к большому квадратному помещению. Зеркала на стенах, станки. Должно быть, именно здесь проходили репетиции.

Посередине стояло три кресла. В центре сидел Нагицкий, с двух сторон от него — Раис и Виктор. Позади переминался с ноги на ногу Руслан. Вот уж кто явно предпочел бы оказаться подальше отсюда. Бледное лицо, закушенная губа, руки, сжатые в побелевшие кулаки.

— Вероника Романова, — Герман, увидев меня, удивленно вскинул брови. — Какой сюрприз. Решили разбавить нашу мужскую компанию? Похвально.

— Что ты тут делаешь? — Виктор чуть подался вперед.

Он буквально прожигал взглядом, в котором были и страх за меня, и злость с раздражением за вмешательство.

Я сделала два шага вперёд.

— О, еще один свидетель в мою пользу. Раз уж она здесь, то требую, чтобы осталась! — а это уже Раис. Он выглядел самым довольным из четверых. — Хотя вроде бы и так все уже ясно. Вызывай своих арбитров. Ясно же как день. Алмазов решил, что он самый хитрожопый и может избавиться от меня через людей, а ему за это ничего не будет.

— Я уже сказал, что не имею никакого отношения к тому, что случилось утром. Куда как логичнее мне видится совсем другой вариант. Галавиц подставил мою невесту, заставив ее выкрасть микросхемы с завода. Но в итоге засветился перед людьми и получил то, что получил.

Я на мгновение растерялась, запнувшись об эту его «невесту», и прослушала большую часть того, что он говорил. Он ведь сказал это только из-за Раиса, ведь так?

Что-то словно кольнуло внутри, порождая странное теплое чувство, наполняющее до краев.

— Виктор Альбертович, — насмешливо произнес Нагицикий. — При всем моем уважении, ты брал на себя обязательства. Не хочу, чтобы потом меня обвиняли в предвзятости.

Он кивнул в сторону Раиса.

— Он в своем праве, чтобы вызвать арбитров. Те в любом случае чувствуют, где ложь, а где правда. И вообще, вы оба срываете мне свидание. Не могли затеять все это в другой день?

— Да, действительно. Второй раз девушка вряд ли согласится с тобой куда-либо пойти, — недовольно сверкнул глазами Виктор, но при этом тон его сочился ядом. В нем прекрасно читалось: «Второй раз гипнотизировать не буду». — Арбитры так арбитры. Дураком здесь буду выглядеть не я.

— Можно мне сказать? — сердце невольно пропустило удар. Справиться с минутной слабостью получилось быстро. Я не знала, будут меня слушать или нет, но ведь не зря же я сюда пришла.

— Господа, вы позволите? — Виктор поднялся со стула, прежде чем кто-либо хоть что-то сказал. Очевидно, позволение ничье ему не требовалось.

Он подошел ко мне и сгреб в охапку, буквально вынеся из репетиционного зала. Мы едва свернули за ближайший угол, как он зашипел мне на ухо:

— Ника, какого дьявола ты сюда приперлась? Ты хоть понимаешь, насколько здесь все серьезно?!

— Максим, — едва слышно выдохнула я, надеясь, что он сам все поймет.

— Что? — он нахмурился.

— Это твой брат напал на Раиса утром. И он подкинул ему микросхемы, и меня подставил тоже он. Телефон, с которого мне звонили, принадлежит Марии, я…

— Тшш… — он приложил палец к моим губам. — Ника, я все это знаю.

Теперь настала моя очередь удивляться. Губы округлились, я вся превратилась в немой вопрос, что это, черт побери, значит. Он… знает?! Он что, сам стоит за всем этим?!

Картина мира в очередной раз сделала невероятный переворот. Я была словно выброшенный из поезда жизни пассажир. Поезд мчится все дальше и дальше, а я лишь смотрю на него, сама оставаясь на обочине железной дороги, помятая после падения.

— Максим неплохой финансовый аналитик, но вот затирать следы не слишком хорошо еще научился. Даже ты его раскусила.

— Что все это значит? — сердце словно вырезали из груди и сунули прямо мне в руку. И оно еще трепыхалось, истекая кровью, но это была агония.

— Ника, если ты думаешь, что я за этим стою — то ты ошибаешься. Макс делал все это лишь с одной целью — достать меня. Это из-за меня он стал вампиром и, в общем, похоже, так и не простил мне этого. А с месяц назад я рассказал ему про свои исследования. Что ищу способ заранее выявлять людей с определенным набором генов… И, видимо, он решил остановить меня во что бы то ни стало. Сначала стравил нас с оборотнями, но когда арбитры закрыли на это глаза, начал искать другой способ. Каким-то образом выяснил, что у Раиса появилась дочь, начал это раскручивать…