Я (не) ваша Лия! - Илана Васина

Я прям-таки взрываюсь от этого снобизма! Откладываю в сторону вилку, отодвигаю тарелку, — хорошо, что уже наелась, не жалко! — и, холодно поглядывая на магистра, заявляю:

— Оскорбляя моего избранника, ты унижаешь меня. Что касается твоего предложения… Если ты считаешь меня способной менять женихов, как перчатки, то зачем тебе столь ветреная невеста?

Он нахально пялится мне в глаза, принимая брошенный ему вызов.

— Напротив. Я считаю тебя умной, рассудительной девой, способной не упустить дарованный ей шанс. Полагаю, я в тебе не ошибся.

— Ты ошибся, сир.

— Однако надеюсь, ты достаточно умна, чтобы понять: ваши отношения с кузнецом в данной ситуации обречены. Никто не отпустит Всадницу в руки врага. Сама же добраться до Фрии ты не сумеешь. Однако, если ты убедишь фрийцев сдаться, они станут частью зарождающейся Левийской империи, границы вновь откроются, и тебя с почестями отвезут к жениху. Или же доставят его сюда — как ты пожелаешь.

До моих ноздрей доносится подозрительно знакомый запах вранья. Такой сладковато-приторный, с едва заметной гнильцой. Блефует хитрец! Никакой помощи он мне оказывать не собирается, это уж точно!

— То есть ты хочешь отправить меня на переговоры во Фрию? — уточняю я.

— Разумеется, нет. Твой почерк знаком фрийскому кузнецу. Почтовый креак доставит твое сообщение. Никто не заподозрит подделку. Если же ты добавишь в послание пару деталей, известных лишь вам двоим, то любые сомнения в подлинности письма отпадут.

— Что такого есть во Фрии, чего нет в Левии? — спрашиваю я. — Зачем воевать?

— Это не секрет. Во Фрии есть нераспечатанный источник энергиуса. Легко доить корову, под завязку накачанную молоком.

— Нелегко, если эта корова тебе не принадлежит и ее защищает хорошо вооруженное войско.

— Войско есть и у нас, Всадница! Мы готовы к войне. Осталось лишь выгадать наиболее подходящий момент для ее начала.

— Даже если я напишу письмо… Фрийцы не жалуют магию. С чего ты решил, что они обратят внимание на слова Всадницы?

— Все хотят мира. Ты предложишь фрийцам мир и, возможно, они согласятся за него заплатить. Вопрос лишь в том, сойдемся ли мы в цене?

— А какую цену за мир готов заплатить ты, магистр?

Он виновато улыбается и разводит руками:

— Так уж устроен человек. Мы жаждем получить как можно больше, как можно меньше отдавая.

— Что же… Я подумаю над твоим предложением, сир. Благодарю за ужин, — встаю со стула, давая понять, что беседа окончена и направляюсь на выход. Перед тем, как открыть дверь, оглядываюсь. Магистр сложил руки за спину и хмурится, задумчиво меня разглядывая. Хочу надеяться, что увидимся мы нескоро!

На лестнице меня уже ждет мой верный караул: Мелисса и Ванда. Они отводят меня в комнату — ту самую, в которой я когда-то спала. Здесь все так же чисто и прохладно.

Бросаюсь на кровать и погружаюсь в размышления. Хотя размышлениями мои бессвязные мысленные обрывки можно назвать лишь с очень большой натяжкой.

Мне не нравится мое приданное в качестве статуса Всадницы. С таким приданным никогда не угадаешь, тебя ли человек хочет или тот шлейф преимуществ, который потянется вслед за тобой.

А, с другой стороны, столько людей мечтают оказаться на моем месте — стать знаковой фигурой в чьем-то мире, сделать нечто, от чего судьба всего мира повернется вспять, а я тут фыркаю и кочевряжусь. Для меня ведь все эти громкие звания — всего лишь ответственность, которую предстоит выполнить, один сплошной напряг. Тем более, я абсолютно в себе не уверена, как в дипломате.

Да, своих братьев и сестер я умела мирить виртуозно. Но там было легко. Узнать, чего жаждет визжащая Алинка, что от нее прячет Мишка, и на каких условиях они готовы поделить желаемый ресурс. Такое сейчас не прокатит. Или прокатит?

Мои размышления обрывает легкий стук в дверь. Я подбегаю ко входу, приоткрываю дверь и вижу за ней двух своих верных стражей, зажимающих в руках аппетитные пирожки, и Кривую Амалию с разноцветным пучком веревок. Секунду я с недоумением на них таращусь, пытаясь сообразить, зачем мне эти материалы для юных сапожников, потом вспоминаю:

— Шнурки! Я же просила тебя найти для моего колечка подходящий шнурок! — отодвигаюсь от проема и приглашаю зайти.

Амалия проходит. Раскладывает кожаные шнурки по кровати и предлагает выбрать, который нравится больше. Рассказывает мне о преимуществах каждого, но я и сама их отлично вижу. К чему все эти церемонии? Мы ведь не для этого здесь собрались!

Через некоторое время она снимает с запястья один из браслетов-двойняшек и незаметно надевает мне на руку. Затем демонстрирует мне очередной шнур со словами:

— Делай вид, что тебя по-прежнему интересуют шнуры. У нас мало времени. За нами наблюдают, но слышать не могут. Тебе нужна моя помощь, чтобы перебраться во Фрию?

— Да.

— Напрямую из Левии туда не проскользнуть. Однако в замке есть один портал, ведущий в Шую. Оттуда всего один сон пути до портала, выходящего в приграничном с Фрией Громле.

— Но как мне найти второй портал? Я в картах не сильна.

Та удивленно моргает, мол, а кто обещал тебе карту? И как ни в чем ни бывало, продолжает:

— Шуйцы грубы, но замужних женщин они уважают. По большей части из-за того, что разгневанные мужья не постесняются, отрежут обидчику главное… Впрочем, тебе, дева, знать такого не полагается. Перед твоим отходом сурьмою раскрашу тебе лицо, как делают это замужние шуйки и наряжу тебя в их одеяния. К нам в Храм приходила как-то лечиться богатая шуйка. Вылечилась, а старую одежду взять не захотела. Боялась, что болезнь ее по одежде вспомнит и вернется.

— А где тот портал, по которому я попаду в Шую?

— Даже это забыла? Эх, тяжело тебе придется! Энергиус — и есть портал. Он — первоисточник любой магии, в том числе перемещающей. Верховный настроил его на Шую. На Фрию настроить не удалось бы никому — ведь магия там бессильна.

— Но… Как? Я же была там, рядом с энергиусом… Он меня никуда не перемещал… Я только сознание потеряла…

— С чего это я, глупая, надеялась, что главная звезда Белого Храма знает, как договориться с энергиусом? — ворчит Амалия, с упреком вперив в меня свой негодующий взгляд. — Ладно. Объясню тебе подробно, когда переодевать тебя буду, — и со вздохом снимает с меня браслет и протягивает мне первый попавшийся шнур. Все. Встреча закончена.