Власть несбывшегося - Макс Фрай

— Мог бы, — согласился я. — Если честно, я и сейчас так думаю…

— Но это быстро пройдет, — мягко сказала она. — Гораздо быстрее, чем ты думаешь. Можешь мне поверить, Макс: я знаю тебя гораздо лучше, чем ты сам. Особенно теперь!

— Может быть.

Я вдруг понял, что у меня уже не осталось сил еще куда-то идти, и уселся прямо на краю тротуара. Теххи устроилась рядом. Мимо прошла какая-то симпатичная парочка. Я проводил их удивленным взглядом: эти ребята были такие настоящие! Наверное, куда более настоящие, чем я сам…

— Когда я был здесь в последний раз, этот город напоминал смутный сон, — сказал я Теххи. — А теперь он, кажется, совсем ожил. Или мне мерещится?

— Нет, все так и есть. Еще недавно этот город был только тенью, а скоро ничем не будет отличаться от множества других населенных мест. Хотя все-таки будет: твой город — самое лучшее место во Вселенной! Ты был абсолютно прав, милый: здесь всегда царит твое настроение. Бродить по этим улицам — даже лучше, чем просто находиться рядом с тобой… А парк за городом — самое волшебное место, какое мне когда-нибудь доводилось видеть! Там притаились странные чудеса — твои и не только твои…

— Выходит, я действительно сделал тебе хороший подарок? — печально улыбнулся я.

— Это правда. Самый лучший из возможных и невозможных даров… Знаешь, меня ведь теперь ничто не привязывает ни к этому месту, ни к какому-то еще. Я могу оказаться где пожелаю. Даже самым опытным путешественникам через Хумгат не снились те чудеса, которые видели мои глаза за это короткое время! И все же я то и дело возвращаюсь на эти узкие улицы. У меня нет слов, чтобы описать, как мне тут хорошо! И пока не хватает могущества, чтобы позволить тебе это почувствовать… Наверное, это немного несправедливо, да?

— Что несправедливо? — удивленно переспросил я.

— Мне теперь очень хорошо, милый, — она виновато развела руками и смущенно улыбнулась. — Мне хорошо, а тебе плохо. И я ничего не могу исправить. Я даже не могу оставаться рядом с тобой. Еще немного, и я исчезну, а тебе опять будет больно. Все это ужасно несправедливо!

— Не так давно мне довелось убить одну милую леди — только потому, что у меня не хватило могущества ее вылечить, — сказал я. — Перед тем как умереть, она еще пыталась меня утешать, можешь себе представить!.. Так вот, она успела довести до моего сведения, что человеческая жизнь вообще не очень-то соответствует нашим представлениям о справедливости… Она вовремя позаботилась о моем образовании: теперь я знаю, что такого экзотического блюда, как справедливость, попросту нет в дежурном меню! Впрочем, меня вполне устраивает тот факт, что тебе хорошо. Я, конечно, завистливый парень, но с такой новостью уж как-нибудь смирюсь!

Теххи тихонько рассмеялась. Я посмотрел на нее и заметил, что ее тело стало почти прозрачным. Она уже исчезала, медленно таяла, как утренний туман.

— Можно я еще когда-нибудь приду тебя навестить? — спросил я.

— Может быть, я и сама когда-нибудь приду тебя навестить, — эхом откликнулась она.

Придвинулась поближе и вдруг обняла меня. Теперь ее прикосновение было похоже на дуновение теплого ветра. Неописуемо сладкая волна прошла по моему телу снизу вверх, а потом все закончилось — так быстро, что я не успел осознать: это было прощание.

Наконец я понял, что остался один. Поставил себя на ноги и велел идти — хоть куда-нибудь. Какая-то часть меня настойчиво твердила, что так надо.

Я до сих пор не помню подробностей моего возвращения. Просто в какой-то момент обнаружил себя возле посадочной площадки канатной дороги, сел в одну из кабинок, с облегчением прислонился затылком к холодному дереву обшивки и закрыл глаза.

Когда я их открыл, вокруг была безлунная ночь. Бархатно-черное небо искрилось какими-то незнакомыми мне созвездиями. Странно: когда я гулял по городу, там вовсю светило неяркое осеннее солнце, дело даже не шло к закату. Впрочем, может быть, эта канатная дорога была проложена вовсе не сквозь горные ущелья, а сквозь темноту вечной ночи?.. Я немного подумал об этом, а потом равнодушно пожал плечами — какая, к черту, разница?! От меня не осталось почти ничего, кажется, даже мое знаменитое любопытство тихонько положило на стол прошение об отставке — я и не заметил, когда оно успело…

Я снова закрыл глаза и задремал. Мне снилось что-то бесконечно сладкое: в качестве компенсации за все, что случилось наяву, я полагаю…

— Э, нет, так не пойдет, коллега! Сколько можно болтаться между небом и землей?!

Бодрый голос Махи Аинти прозвучал не в моем сознании, а наяву. Я открыл глаза и увидел, что он сидит напротив меня на узеньком жестком сиденье кабинки, которая действительно болталась между небом и землей — неподвижно замерла над пропастью, дна которой, вполне возможно, вовсе не существовало…

— Откуда вы здесь взялись? — сонно спросил я.

Махи лениво улыбнулся в рыжеватые усы и пожал плечами.

— Странный вопрос… А откуда ты сам здесь взялся, ты можешь мне объяснить?

— Не очень, — растерянно согласился я. — Нет, вообще-то могу, наверное, но это такая длинная и путаная история…

— Ну вот, у меня, считай, тот же случай. А если учесть, что на этот раз я решил встретиться с тобой отнюдь не для чтения лекций…

— А для чего? — насторожился я.

— Представь себе: только для того, чтобы тебя разбудить! — усмехнулся Махи. — Ты выбрал не самое подходящее место для послеобеденного отдыха, коллега. Уснуть на границе двух Миров, еще толком и не родившихся… Да уж, такое, пожалуй, способен учудить только ты! Вообще-то я мог не суетиться: этот шутник Мёнин запихал в твою грудь очень хороший будильник. Еще немного, и тебе бы пришлось проснуться от куда менее приятных ощущений, чем мой голос!

— А мне очень понравилось здесь спать, — вздохнул я. — Не помню, что мне снилось, но так хорошо мне давно уже не было. Может быть, вообще никогда…

— Охотно верю, — кивнул он. — Но не все приятное полезно. И наоборот!

— Вы говорите как доктор, — улыбнулся я.

— Ты хочешь сказать — как знахарь? Ну, считай, что я — он и есть. Тем более что с тобой теперь возни не оберешься! Боюсь, мне придется еще и домой тебя провожать, как юную барышню после танцев… Вот ты уже проснулся, а эта грешная коробка все равно стоит на месте!

С этими словами Махи легонько похлопал по тонкой стенке нашего транспортного средства. Кабинка вздрогнула и медленно поползла куда-то вперед, в густую темноту ночи.

— Что, у меня неприятности? — равнодушно поинтересовался я.

— Ага, — еще более равнодушно подтвердил Махи. — Сон в таком месте никому даром не проходит, даже такому счастливчику, как ты… Могущества у тебя сейчас не больше, чем у какой-нибудь пожилой домохозяйки, которая даже камру толком сварить не может! О своих Смертных шарах, прогулках по Темной Стороне, странствиях через Хумгат и прочей ерунде в таком роде можешь забыть — на пару дюжин дней или даже лет: я пока не знаю, с какой скоростью ты способен восстанавливать силы.