Особый отдел - Татьяна Михайлова

– Да нет, не обращай внимания, – старался вывернуться Денис, но Ирина мертвой хваткой вцепилась в него:

– Не ври, я же вижу! Ты дрался?

– Нет, вернее, да, – кивнул Денис, пытаясь высвободиться, но не смог – девушка смотрела на него с таким сочувствием и жалостью, что врать было просто невозможно.

– Ты поэтому так долго не приезжал?

– Да, поэтому. Прости меня.

– За что? – Ирина осторожно коснулась лица Дениса, и тихо спросила:

– Больно?

– Нет, уже нет, – мужественно ответил Денис, и почувствовал, как в нем откуда-то из глубины, поднимается и заполняет собой все его существо, смешанная со страхом и любовью нежность. Он обнял Ирину, прижал к себе, не желая отпускать ни на секунду. Хрупкие стебли весенних цветов жалобно хрустнули в его сжатом кулаке.

– Почему-то всякий раз, когда я вижу тебя, с тобой что-то происходит, – Денису показалось, что Ирина улыбается, произнося эти слова. Они стояли посреди улицы, и редкие прохожие с удивлением оглядывались – слишком уж эта картина не соответствовала обстоятельствам, казалась неуместной. Но Денису было наплевать на это – ему казалось, что стоит только разжать объятия, и Ирина исчезнет, растает, как первый снег.

Потом они сидели в машине, и Денис, как на исповеди, рассказал девушке обо всем, что произошло с ними в парке рядом с кольцевой дорогой, и о том, что случилось с ним после. Ирина обхватила руками спинку сиденья и сжала кулаки так, что пальцы даже побелели.

– Зачем? Зачем ты пошел с ними? – только и спросила она, когда Денис замолчал.

– А как же? Я не мог остаться, что ты! И пойду еще раз, и еще – столько, сколько надо! – говоря это, Денис вдруг отчетливо увидел ту опасность, которой он еще недавно подвергался. – Да ничего с нами не случится, вот увидишь! Я сам виноват, по глупости нарвался! Да они любого из нас могли… – Денис осекся, прекрасно понимая, что ни Кошмар, ни Чалый так просто, как он, врагу бы не достались. Но говорить об этом не стал, перевел разговор на другое:

– Плохо только, что мы не знаем, где ножи эти искать. Петрович говорит, что перевод и то, что я узнал – это как подсказки, только непонятные. Какой зверинец, какой костер под башней…

– Зверинец, где львы жили… – Ирина смотрела куда-то мимо Дениса за окно на проходившую мимо очередную тяжелую машину. – Я знаю, что когда-то зверинец был во рву перед стеной, там содержали львов и даже слона. Вот только какие башни в то время там уже были построены, сейчас вспомнить не могу. Но зверинец там был, это точно.

– А где, где был этот ров? – Денис не верил своим ушам – Ирина легко и быстро разгадала ребус, над которым Михаил Петрович бился уже несколько недель.

– Как где? Ах, да, я не сказала – там, где кремль. Ров шел от реки вдоль площади и стены, он был засыпан только в девятнадцатом веке. А костер под башней – это, наверное, и правда бывшее капище, только скрытое теперь в подземелье одной из кремлевских башен. Зачем, зачем я все это тебе сказала! Ты ведь опять пойдешь в город?

Ирина чуть не заплакала, у Дениса же в голове творилось черт знает что. Его раздирало между необходимостью немедленно мчаться назад в Озерное, и тревога за Ирину, остающуюся здесь совсем одну. Сделав над собой невероятное усилие, он взял Ирину за руку и заговорил:

– Да, мне придется пойти туда. Ты не представляешь, что происходит рядом с кольцом – людей «забирают» каждый день и каждую ночь. Они уходят туда десятками, уносят оружие, угоняют технику. Чалый даже предполагает, что скоро может дойти до похищения вертолета! – При этих словах Дениса Ирина вздрогнула, но промолчала, а Денис продолжал:

– Мы должны попытаться если не остановить тех, кто остался в городе, то хотя бы понять, как это можно сделать. И потом – я же пойду не один!

Но его слова не произвели на девушку должного воздействия – она старательно сдерживала слезы и даже отвернулась, чтобы Денис не видел ее мокрых глаз. Стараясь не смотреть на Ирину, Денис завел двигатель и повел машину к гостинице.

– Я приеду, обязательно приеду к тебе после того, когда мы вернемся. Подожди меня, хорошо? – сказал он на прощанье.

Ирина кивнула в очередной раз, потом чуть гнусавым от слез голосом произнесла, стараясь не смотреть на Дениса:

– Синяки свои сначала вылечи, тебя с ними издалека видно. И больше так не мажься, это ужасно выглядит и сразу все понятно.

– Ничего, пусть они меня лучше боятся и сразу разбегаются! – улыбнулся воспрявший духом Денис, и, вспомнив про обереги, полез в карман:

– Вот, возьми, это мы там, в городе нашли, – Денис отдал Ирине один из цветных осколков, – Кошмар тебе просил передать.

– Спасибо, – еле слышно ответила девушка и принялась очень внимательно рассматривать подарок. Но вдруг заторопилась, выбралась из машины и почти отбежала в сторону. Она остановилась на площадке перед гостиницей, медленно повернулась и так застыла, прижав к груди остатки букета. Денис отъехал немного и посмотрел в зеркало – девушка зябко съежилась на ветру, закуталась в большую мешковатую куртку и опустила голову. Денис вспомнил, что зимой у нее из комнаты, где она жила вместе с девчонками, пропали вещи. После этого рэксы душевно поговорили с кем-то из местного «начальства», Кошмар собственноручно сменил замок на входной двери, и больше краж не было. Денис почувствовал, что ехать он не может – дорогу впереди застилал непонятно откуда взявшийся туман, сердце колотилось и одновременно разрывалось на куски. Заглушив мотор, Денис выскочил из машины и, даже не захлопнув дверь, побежал назад. Ирина слабо улыбнулась, глядя на него, а Денис, уже не сдерживаясь и не стесняясь чужих взглядов, снова крепко обнял девушку и целовал ее мокрые глаза, теплые губы, волосы. И почувствовал, как у него внутри все сжимается и холодеет только от одной мысли, что эта их встреча могла стать последней. Ирина уже плакала в открытую, и все шептала ему:

– Иди, езжай скорее, только осторожно, пожалуйста, осторожно!

– Хорошо, хорошо, я постараюсь, – тоже шептал в ответ Денис, не в силах отпустить от себя девушку.

Домой, в Озерное, он гнал, не смотря на спидометр. С каждым преодоленным им километром Денис чувствовал, как все сильнее и сильнее натягивается превратившаяся в прочный стальной трос тонкая нить, связывавшая его с Ириной. Расстояние давило на него, затягивая удавку, и Денис в очередной раз поклялся себе, что будет не просто острожен – он не сделает без рэксов ни одного шага. А в том, что они очень скоро снова окажутся в городе, Денис не сомневался, здесь можно было только гадать – выйдут они уже сегодняшней ночью, или подождут до завтра. Пробившись по забитому техникой и застланному дымом дизельных выхлопов шоссе и несчетное количество раз предъявив документы, Денис влетел, наконец, на территорию коттеджного поселка.