Ружья Авалона - Роджер Желязны

— Поэтому я и велел тебе пережидать в фургоне и не идтив бой в случае моего поражения.

— Что с ним теперь будет?

— Я пригляжу, чтобы о нем побыстрей позаботились.

— С ним будет все в порядке?

Я кивнул.

— Хорошо.

Мы проехали мили две, я остановил лошадей и слез на дорогу.

— Не обращай внимания ни на что, — сказаля. — Теперь время позаботиться о Бенедикте.

Я сошел с дороги и встал в тени, достав взятую у Бенедиктаколоду. Перетасовав их, я достал Джерарда и вынул карту из колоды, остальныесложил обратно в обшитую шелком коробочку из дерева с костяной облицовкой, гдеих держал Бенедикт.

Сжимая в руке Козырь с портретом Джерарда, я внимательновгляделся в карту.

Спустя некоторое время она стала теплой, живой, словнопошевелилась. Я почувствовал присутствие Джерарда Он находился в Амбере — шелпо улице, которую я узнал. Джерард во многом похож на меня, только крупнее итяжелее. Он по-прежнему был при бороде.

Он остановился и поглядел.

— Корвин!

— Да, Джерард. Ты неплохо выглядишь.

— Твои глаза! Ты видишь?

— Да, я вижу снова.

— Где ты?

— Иди ко мне, я покажу.

Взгляд его напрягся.

— Не уверен, что могу сделать это. Корвин, я оченьзанят.

— Речь идет о Бенедикте, — сказал я. — Тыединственный, кому я могу довериться, чтобы помочь ему.

— Бенедикт? Он в беде?

— Да.

— А почему он сам не обращается ко мне?

— Не может. Он связан.

— Почему? Кем?

— Объяснять долго и сложно. Поверь мне, ему нужна твояпомощь, прямо сейчас.

Джерард закусил бороду зубами.

— А ты сам не в состоянии справиться?

— Совершенно исключено.

— Думаешь, я смогу?

— Уверен.

Он тронул меч в ножнах.

— Не хотелось бы, чтобы за этим крылись какие-нибудьтвои козни, Корвин.

— Не сомневайся. У меня было достаточно времени наразмышления, я мог бы придумать и что-нибудь поумней.

Он вздохнул, а потом кивнул головой:

— Ладно. Иду.

— Давай.

На мгновение застыв, Джерард шагнул вперед.

И встал рядом со мной. Протянул руку. Положил мне на плечо.

— Корвин, — с улыбкой сказал он, — я рад, чтотвои глаза опять на месте.

Я отвернулся.

— Я тоже.

— А кто там в фургоне?

— Друг. Его зовут Ганелон.

— Где Бенедикт? В чем дело?

Я показал в рощу.

— Там. Милях в двух. Он привязан к дереву. Его лошадьрядом.

— Почему же ты тогда здесь?

— Я спасаюсь бегством.

— От кого?

— От Бенедикта. Я сам и связал его.

Джерард нахмурился:

— Не понимаю…

Я покачал головой.

— Вышло недоразумение. Я не смог убедить Бенедикта, ипришлось биться. Удалось оглушить его и связать. Освободить его сам я не могу —он снова набросится на меня. Но и оставлять его так нельзя, чтобы ничего неслучилось, пока он связан. Поэтому я и вызвал тебя. Пожалуйста, ступай туда,освободи его и проводи до дома.

— А чем ты займешься тем временем?

— Молнией уберусь отсюда к чертям собачьим и затаюсь вТени. Ты окажешь нам обоим большую услугу, если удержишь Бенедикта от погони.Не хотел бы я снова схватиться с ним.

— Может быть, ты объяснишь, что случилось?

— Я сам не понимаю. Он обозвал меня убийцей. Но даютебе честное слово, что не убивал никого в Авалоне за все те дни, что провел унего. Пожалуйста, передай ему это. Он мог разгневаться и еще кое на что. Но пустьДара сама все ему объяснит.

— Так в чем же все-таки дело?

Я пожал плечами:

— Не знаю, как сказать. Если он упомянет об этом, тывсе поймешь. Если же нет — забудь.

— Так ты сказал — Дара?

— Да.

— Ну хорошо, я сделаю, как ты просишь. А теперь объяснимне: как тебе удалось ускользнуть из Амбера?

Я улыбнулся:

— Чисто научный интерес? Или чувствуешь, что однаждытебе самому понадобится этот путь?

Он засмеялся:

— Просто полезно знать, на мой взгляд.

— Сожалею, дорогой мой брат, но мир еще не созрел дляподобной премудрости. Желай я кому-нибудь рассказать, это был бы ты — но тебеот этого секрета проку не будет, а мне он еще может послужить, пока остаетсясекретом.

— Иными словами, ты можешь посещать Амбер по личнойтропке… Что ты замышляешь, Корвин?

— А ты как думаешь?

— Ответ очевиден. Только я испытываю по этому поводудвойственные чувства.

— Не объяснишь?

Джерард махнул рукой в сторону черной дороги, часть которойбыла видна от места, где мы стояли.

— Эта дрянь, — сообщил он, — пролегла теперьк самому подножию Колвира. По ней перемещается всякая жуть и атакует Амбер.Пока мы сдерживаем их и побеждаем, но нападения следуют все ожесточеннее. Ичаще. Сейчас не время для твоего хода, Корвин.

— А может быть, как раз теперь-то и время? —перебил я.

— Для тебя — может быть, но только не для Амбера.

— А как Эрик управляется с этим злом?

— Неплохо. Как я уже говорил, мы пока побеждаем.

— Я имею в виду не стычки, а все целиком, причину.

— Я сам ездил по черной дороге, причем проехалдостаточно далеко.

— И что же?

— До конца я не дошел. Знаешь, ведь чем дальше отАмбера, тем более дикими и странными становятся Тени.

— Да.

— …Даже разум порой отказывает там, подступает безумие.