Герой по вызову - Даниил Широков

Единство с природой: 0.

Единство с тенями: 0.

Вера: 0.

Обращение с оружием:

Острое: 2.

Тупое: 1.

Древковое: 0.

Дальнобойное: 0.

Доступные навыки: Плащ и кинжал(ур. 6), Берсерк(ур. 4), Возложение рук(ур 1.), Крик(ур. 1), Сокрушающий разрез(ур. 1)

Доступные умения/пассивные навыки: Знание эльфийского языка(ур. 10), Обращение с клинками(ур. 7.), Техника Ульриха, клинковый подтип(ур. 10), Праведный Гнев(ур. 1), Закалённое тело(ур. 2), Вечный крестовый поход(ур. 2.), Память Давида(ур. 1), Дух битвы(ур. 1), Третий глаз(ур. 1)

Супер, вот мы и закончили. Ощущал я себя и правда в полном рассвете сил, и если бы нашёл зеркало, то смог бы перед ним покрасоваться. Раздумывая над дальнейшими планами, я покинул гостиницу, вновь выдвигаясь на улицы города-крепости. Раз пасхалка себя не оправдала, то следовало перейти к плану бэ, или вэ, или цэ, если потребуется. Броню я совершенно точно хотел продать, а вот клеймор, увидев семьдесят шесть единиц в силе, решил попридержать. Мало где так просто можно найти редкий меч, тем более имеющий такую хорошую синергию* с "Берсерком". Доспехи всё ещё были слишком тяжелыми, а для их спокойного ношения следовало либо самому быть рыцарем, либо надевать их где-нибудь вне Святой Империи, так что ну их нахрен.

Невесть как забредя в луч с казармами, я прошёл по широкому ответвлению, заранее услышив звон стали и гневные выкрики инструкторов. На просторном поле носились по кругу курсанты в кожаных туниках и тяжеленными котомками за спиной. Тренировка шла полным ходом: рыцари рубили затупленными мечами по манекенам из кожи, набитой соломой или песком, их старшие товарищи отжимались и подтягивались на дальнем конце поля, а инструктора — все сплошь седые высокие мужики — покрикивали на свежую кровь, старательно сдерживая улыбки. Все через это проходили, но это — меньшее из требований к будущим рыцарям Святой Империи.

Айрон, наверное, проходил подобный плац в своё время. Потом академия, где ему присудили звание Серебряного рыцаря. Нормально же всё было… Или так мне просто казалось. Что вообще может сподвигнуть приверженца рыцарства на работу с чёрными наёмниками? Деньги? Так у рыцарей их и так хватает, по крайней мере, у тех из них со званием, вроде Дека. Нет, здесь не простая человеческая жадность. Тут принцип.

— Эй! — окликнул меня один из инструкторов, подходя поближе. — Посторонним вход на казарменный плац воспрещён!

— Прошу прощения, — вежливо поклонился я, морщась от пыли, поднятой с сухой земли от шагов мужчины. — Я слышал, что за определённую плату почтенные рыцари Святой Империи могут позволить мне провести скромную тренировку в отдалении, не мешая занятиям рекрутов.

— Хм… Да, такая практика существует… — двигались шикарные усы лысого воина, чей уровень остановился на шестидесятом. Суровый мужик. — О, а я тебя знаю. Ты же Деймос, тот наёмник, да?

Вот тебе и работа славы с репутацией. Хорошо, это упрощает дело.

— Верно, многоуважаемый рыцарь. Позволите ли мне занять один из свободных манекенов? — и вынув из инвентаря несколько золотых, я протянул их инструктору.

— Э, забудь, — отмахнулся он. — Мало кто… — он повысил голос. — В этой грёбанной казарме! — и снова вернул его в прежнее состояние. — Способен показать чёрным наёмникам их место. Хорошая работа, наёмник. Тренируйся, сколько влезет. Золота я с тебя не возьму.

— Благодарю вас за службу, — ещё раз поклонился я, двигая вместе с мужиком к тренировавшимся рыцарям.

Достав сперва полуторник капитана Пиритов, я попробовал меч в руках — лёгкий, словно пёрышко. Молодые парни на меня уголками глаз, что легко ощущалось и без "Третьего глаза". Ещё бы: из-за меня они колотили манекены вместо полагаемого в воскресенье отдыха. Вернее, приказ-то отдал Голдуин, чтобы подготовить всех боеспособных ребят к финальному столкновению с Кагатой. Ух, а ведь назревает что-то серьёзное. Голдуин могучий святой рыцарь, третья ступень, вытекающая после обычного рыцаря, который в свою очередь получался из стартового воина. Моя же ужасающая знакомая-Пирит была берсерком, другим развитием того же воина.

Её команду я убил, поэтому женщина оставалась в одиночестве против меня, Голдуина, Дека и остальных рыцарей и стражников Аравира. Шансы, разумеется, распределялись пятьдесят на пятьдесят. Ибо не стоило недооценивать берсерков. Я уже рассказывал об их сильных сторонах, делающих игроков и неписей этого подкласса неприятными оппонентами.

Так или иначе, я сделал пару пробных взмахов, стараясь не повредить манекен. Но почувствовав вместо кожи — камень, передумал, начав бить в полную силу, пробуя техники, что помнил из игры. Разрез, укол, стойка. Удар рукоятью, вертикальный разрез, стойка. По новой, с другими сочетаниями, постепенно ускоряясь. В какой-то момент мне захотелось включить "Берсерк", чтобы разрубить неподдававшийся манекен, но подумав о последствиях, я передумал. Полуторный меч прыгал в руках, со свистом рассекая воздух(но не сраный манекен!), и прошло где-то полчаса, прежде чем я привык к скорости, вытекающей из характеристик.

Из чего этот манекен сделан?! У меня в пассивных навыках суммарное пробитие брони на двадцати плюс-минус процентах! Какого хрена на нём ни царапинки после тридцати минут тычков и разрезов? Пощупав куклу, я ощутил только песок, поэтому дело было явно в самом материале, облеплявшим её. По ощущениям — та же кожа, только грубая и сухая. Рыцари, лупившие такие же манекены в нескольких шагах от меня, тихонько прыснули, увидев моё негодование. Засранцы… Ладно, мне моя гордость не настолько дорога, чтобы портить тренировочное оборудование.

Попробуем клеймор Айрона. Достав клинок, я ощутил ту же лёгкость, что и с полуторником, но вес всё равно имелся, и имелся до сих пор приличный. Как предатель, махать не смогу. Всё ещё. Но теперь можно было не беспокоиться об усталости во время тренировки — и взяв меч в обе руки, я принялся отплясывать боевую жигу-дрыгу вокруг куклы, рубя её со всеми доступными скоростью и силой. Тот сгибался, шуршал песком, но не рвался, заставляя мой глаз дёргаться от злости. Сталь поблёскивала на солнце, порхая в моих руках, как бабочка.

Сделав непробиваемую куклу своим оппонентом в бою с тенью, я уворачивался, шурша сапогами по пыльному плацу, бил от груди, с разворота, наискось, прямо, горизонтально, словно пытаясь срубить невидимую голову. Хотя нет, башка у манекена была — с нарисованной на ней углём дебильной улыбкой. Ух, рыцари… Не завидую я вам. Вам эти манекены будут в кошмарах сниться. А вот у меня после тренировки пискнули системные уведомления… Ладно, почитаю потом.

Через ещё тридцать минут рекруты, бегавшие по полю, остановились, переводя дыхание. На плацу росла громадная яблоня — под её кроной ребята и рухнули, судорожно вдыхая пыль, поднятую ими же. Мой знакомый инструктор подошёл к