Братья Дракона - Робин Бейли

Но они еще не могли вернуться.

— Валис говорит, старая Фрона умерла, — сказал Даниэль, копаясь в руинах очередного здания. С невероятной для его возраста силой мальчик поднял один конец деревянной балки, перекрывающей вход. Эрик помог ему. — Она мне нравилась.

Эрик молча кивнул. Брин уже сказал ему. Безумная старая женщина спрыгнула с лодки в воду. Очевидно, смерть сына окончательно лишила ее рассудка. Стражники не пытались спасти ее, да и течение было слишком быстрым.

— Вот они! — внезапно закричал Даниэль.

Он показал на три знакомых мешка, виднеющихся среди останков обвалившейся крыши. Эрик с облегчением вздохнул. В конце концов, там лежала его одежда — пусть, может, и попорченная, но все лучше, чем тряпка вокруг бедер. Он потянулся к ближайшему мешку, но Даниэль выхватил его прямо из рук Эрика.

— Я видел, как солдат принес их сюда.

— Да что же у тебя там такое?

С тех пор как они покинули Расул, мальчишка не выпускал этот несчастный мешок из виду. Впрочем, Даниэль не ответил, и пришлось порыться в другом тюке.

Эрик невольно сморщил нос. Мокрая кожа издавала резкий запах. С другой стороны, набедренная повязка была явно не в его стиле. Он оделся как можно быстрее. Даниэль ждал его на улице с мешком за плечами, оглядываясь по сторонам.

— Это моя вина, — сказал он, мрачно покачав головой и сдвинув брови. На миг Эрику показалось, что парнишка вот-вот расплачется, но он ошибся.

— Не глупи. — Эрик взъерошил ему волосы. Но выражение лица Даниэля не смягчилось.

— Если бы я не потерял посох в реке… — Он прикусил губу и сглотнул. — Солдат, которого мы отнесли в ров… ты же его тоже узнал — да, это тот рыбак, которого мы видели прошлой ночью. Он был шпион, понимаешь? Возможно, мой посох насторожил его, а уж найти отпечатки наших ног на берегу было и вовсе нетрудно.

Эрик смотрел вдаль. Изо рва близ руин лагеря шел дым. В соответствии с законами Владений Света они сложили вместе тела солдат и их жертв и предали огню.

— Ты же не можешь быть уверен, что солдат и рыбак — одно лицо? — Он старался говорить убедительно, но сам немного сомневался. И все же не хотелось, чтобы мальчика мучило чувство вины. — На реке было темно. Они могли обнаружить нас и как-то иначе. Может, нас вообще унюхали чиморг, а?

Даниэль вздохнул и крепче схватился за лямки своего драгоценного заплечного мешка.

Эрик снова посмотрел на огонь. Валис и Брин все еще были там, они подбрасывали в ров бревна, оставшиеся от разрушенного лагеря. Ветер доносил запах дыма и горелой плоти.

— К этому можно привыкнуть, — сказал Даниэль, проследив за взглядом Эрика.

Эрик пристально взглянул в лицо мальчика. На этот раз — бесстрастное, тверже стали. Эрик называл его иногда «малыш» — зря, наверно: это был солдат тысячелетней войны, переживший смерть родителей и завоевание своей родины, прошедший через три страны. Солдат, сколько бы лет ему ни было на самом деле.

— Иногда, — сказал Эрик почти шепотом, — ты меня по-настоящему пугаешь. — Он подождал ответа и, не дождавшись, хлопнул паренька по плечу. — Ты из Чуле, да?

Даниэль кивнул.

— Как на твоем языке называют младшего брата?

— Мью, — подозрительно глядя на Эрика, ответил Даниэль.

— Мью, — повторил Эрик. Он снова взъерошил волосы мальчика, и тот наконец улыбнулся.

Аланна устало брела по улице со стороны реки. Кто-то перевязал ее запястья кусками мягкой ткани. За поясом у нее был рог единорога, такой же, как у Роберта.

— Давай спросим, как идут приготовления к отплытию, — предложил Эрик Даниэлю, и они подошли к ней.

— Марис уже собрала почти всех калосанцев, — сказала Аланна, кладя одну руку на рог и отбрасывая другой прядь волос со лба. — Местные ушли в леса. Самые слабые направляются вдоль реки в деревню, которую мы видели, с припасами, найденными в руинах.