А обещали сказку... - Ольга Мяхар

— Люблю, — угрюмо.

— Нет.

— Да.

— Нет!

— Да!

Парни вновь начали на нас поглядывать, не понимая, в чем проблема. Я прикусила язык, чувствуя, что краснею.

— Так. Ладно. Тогда докажи.

Едва не споткнулась.

— Как?

— Ну-у… есть у меня одно заклинание. Как раз для таких случаев… Если рискнешь, конечно.

— Какое?

— Все просто. Я тебя заколдую, и первое же слово, которое ты потом скажешь, будет указывать на любовь всей твоей жизни. Даже если ты еще с ней и не встретилась.

— А если я скажу… ну там сковородка, или вампир, или…

— Попробуешь? — хитро.

— Давай! — азартно.

Кот перелез ко мне в капюшон, заинтересованно покосился на отползающую по макушке от него птичку и начал что-то шептать, размахивая лапками и сверкая глазами.

Напряженно жду, стараясь не сильно нервничать и стискивая кулаки.

— Готово! Говори.

Открываю рот, смотрю на Хорта и… молчу. Силюсь произнести его имя и упорно молчу. Недовольно перевожу взгляд на Вирха. Показываю язык, его имя я даже пытаться произнести не хочу.

— Ты чего застряла? — недовольно. — Скажи хоть что-нибудь.

— …— Не получается! Я онемела? Бли-ин.

— Гм… тяжело. Ладно, если что — я тут. Сплю, так сказать.

Шарю рукой в капюшоне, вытаскиваю Мурза за шкирку, подвешивая перед носом и требовательно глядя в глаза. Кот не менее хмуро смотрит на меня.

— Колдовство сработало, не волнуйся — скоро заговоришь. А теперь положи меня на место и дай поспать. А то я нервничаю.

Пришлось засунуть кота обратно в капюшон и дальше идти молча.

Н-да-а.

Рассвет. Ноги гудят, практически вишу на охотнике, чуть не падая от усталости. Потом меня, кажется, взяли на руки. И я уснула, уткнувшись в чью-то шею и сонно улыбаясь оттого, что больше не надо двигаться.

Очнуться удалось только к вечеру. Все тело затекло. Меня все еще несли, крепко удерживая на руках.

Открыв глаза и подняв сонное лицо, я зевнула, потерла веки, улыбнулась и тихо сказала:

— Вирх, не уста?..

После чего уже с выпученными глазами и все еще открытым ртом застыла на его руках.

В капюшоне ржал счастливый котенок, а на нас косился идущий неподалеку Хорт.

… (Вырезано цензурой.)

Мама, роди меня обратно…

У меня депрессия. Смотрю на Хорта и депрессую. Любовь всей моей жизни как раз слушает из уст котенка рассказ о том, как сильно его не любят. Косится на меня и хмурится. Я не поняла — это хорошо? Или плохо…

Особенно тяжело видеть задумчиво-оценивающий взгляд Вирха. Он так смотрит с тех пор, как услышал первую и самую правдивую версию рассказа.

— А я ей говорю: «Да не любишь ты его!» — убедительно, на повышенных тонах.

— Хм.

— А она мне: «Каждую ночь во сне его целую… всюду», — со значением.

Оба мужчины смотрят на меня. Причем я иду позади, а они продолжают идти вперед. Показываю средний палец — ничего умнее как-то не придумывается.

— И тут я понял! — Трагическая пауза. Морщусь. — Надо ж ее спасать! Ну и навеял магию правды и искренности. Кто, говорю, твой идеал?! — Оба смотрят на Вирха. Я тоже на него оценивающе взглянула, — Молчит! А я ей снова: открой рот, дева, и поведай мне имя его! И тут она как заорет: «Не могу-у-у!» И вижу… любовь горит в теле, руки трясутся, слюна капает! — Все почему-то снова смотрят на меня. Мечтаю заполучить Мурза хоть на минутку. — Глаза сами собой вращаются в разные стороны, а ее трясет и колошматит от чуйвств.

Громко, во весь голос ржу. Мой хохот сиротливо разносится среди деревьев. Затыкаюсь, сжимая зубы.

— Ну короче, остальное вы знаете. — Зевая. — Так что, хозяин, женитесь хоть сию же секунду.

Парни ничего не ответили, продолжая идти дальше. Я же угрюмо подумала, что снова влипла по уши. А еще — что Хорт больше ни за что меня к себе не подпустит.

Привал. Обожаю это слово. В последнее время падаю там, где его услышу. Блаженно закрыв глаза, вытягиваю гудящие ноги. Чем не повод для счастья?

— Марина! — от реки, журчащей неподалеку.

— Ммм?

Сил поднять голову — никаких, так и валяюсь на корнях какого-то дерева.

— Нужны дрова. Вирх пойдет на охоту, а я буду готовить. Давай быстрее.

— Гм…

Поднимаю вверх указательный палец и колдую нам вязанку дров. Что-то глухо стукнуло, и все стихло.

— Ну как? — Лежу все в той же позе, довольно щурясь.

Тишина.

— Хорт?

Молчание.

— Ты дрова получил?

Неужели вставать придется?

— Хорт!

— Не кричи, — спокойно. — Сейчас я его достану.

Голос Вирха узнала сразу. Кое-как сажусь, оглядываясь по сторонам, и вижу неплохую гору дров, сваленных у воды. Из-под них виднеется сапог охотника, за который вампир в данный момент и тянет, стараясь действовать аккуратно.

Вскакиваю и бегу ему на помощь.

Хорт разводит огонь, держа зажженную бересту под внушительным нагромождением дров.

— Помочь? — неуверенно.

— Я сам, — осторожно раздувая пламя под немного сырыми ветками. Береста, которую он туда сунул, вот-вот должна была потухнуть.

— Ну… как хочешь.

Хорт кивнул и дунул еще раз.

Взвившийся ввысь столб пятиметрового пламени меня потряс. Черное лицо выпрямившегося охотника с еще тлеющими бровями — добило.

— Ма-а-арина, — тихо. С реальной угрозой.

А на моих коленях кашлял в лапку страшно довольный Мурз, тоже умеющий неплохо колдовать. Зар-раза.

Вернулся Вирх, сел рядом со мной и кинул охотнику какую-то птицу. После чего обнял меня за плечо и притянул к груди. Пытаюсь отодвинуться, чувствуя, как свело от напряжения мышцы спины.

— Успокойся, — тихо. Глядя при этом на костер.

Неохотно киваю и откидываюсь на его грудь, наблюдая за тем, как Мурз лезет к Хорту с советами по правильной разделке дичи (с точки зрения магии). В итоге птица со страшным звуком лысеет и выплевывает потроха через горло, извиваясь в руках охотника. Полное ощущение, что труп — жив. Завороженно наблюдаю, прислушиваясь к ругани ребят.

А губы вампира уже скользят по шее, плечу… что отвлекает и нервирует.

— Вирх.

— Мм? — не отрываясь от моей кожи.