Дракон - Евгения Кондырева

– Я пойду, – тихо повторила Эши.

– Ты станешь настоящей лекаркой, девочка, – констатировала Евфания. – Ты не бежишь от боли, ни от своей, ни от чужой, но ты должна научиться отводить её от себя, иначе боль убьёт тебя прежде, чем ты научишься убивать её. – Внезапно, она заговорила совершенно другим, спокойным голосом. – Запоминай, Эши. Пока у нас есть время, я расскажу тебе о свойствах остролиста…

Женщина не умерла. Ей стало лучше.

Не веря своим глазам, Евфания долго стояла на коленях, прильнув ухом к её спине, а потом, сжимая запястье больной, прислушивалась к биению в нём жизненной силы.

Казалось, старая лекарка помолодела от радости. Всё было ясно без слов, и, продолжая осторожно втирать целебную мазь в спину женщины, Эши снова и снова желала ей здоровья и силы, а её руки, обретя немного сноровки, двигались увереннее, чем вчера. Ей даже показалось, что синяков и рубцов на теле женщины стало поменьше.

Потом, вслед за Евфанией, она шёпотом повторяла заговоры на хороший сон и от грудных болезней и чувствовала, как ни с чем не сравнимая радость наполняет её душу.

Когда они возвращались, старая лекарка была молчалива и задумчива.

– Это чудо, – сообщила она Эши. – Помочь ей было не в моих силах… Само Небо вмешалась в наши дела.

Этой же ночью Эши и Кассия, как всегда, отправились за водой. Тяжёлые фляги оттягивали руки. Молодая женщина непрерывно зевала, от постоянного недосыпания у неё под глазами не проходили чёрные круги.

– Хоть бы одну ночку поспать спокойно, – жаловалась она Эши, – вот ведь… дракон, – с любовью и тихой гордостью добавила Кассия.

Драконом у неё назывался высокий стройный стражник.

– А знаешь, подруга. – Кассия вдруг остановилась и опустила на каменную ступень флягу. – Ведь человек как человек, замуж меня звал, стоял на коленях… Говорит, просить за тебя буду, выкуп какой угодно дам…

– А ты?

– А я ему говорю, что я не мешок зерна, чтобы за деньги меня покупать. Я вольная, хоть и взаперти сижу. Хочу – приду к тебе, не хочу – бей, не заставишь. – Кассия тихонько рассмеялась. – Какова, а? Сама себе удивляюсь.

– Ты зря не слушаешь его, Касс.

– Знаю. – Кассия в темноте блеснула зубами. – Смеюсь я над ним, мучаю… Говорю, коли замуж, так за самого их главного алого… – Она бесшабашно махнула рукой. – Ты же знаешь, вру я. Ни за кого из этих иродов не пошла бы, презираю я их… А ведь этот не такой плохой, – вернулась Кассия в разговоре к своему стражнику. – Ласковый… Любит меня, вижу… Совсем забыла! – Кассия пошарила в кармане платья. – Вот, держи. – Она протянула Эши что-то круглое, в темноте было не разглядеть. – Яблоко, тебе сберегла.

– Касс…

– Ешь! – потребовала Кассия. – Что, я не вижу, как ты с мешками убиваешься, с тех пор, как стала с Евфанией ходить. От господ караульных не убавится – у них там целый короб стоит. Завтра улучу момент – ещё стащу.

Эши что-то неразборчиво промычала в ответ. От давно забытого вкуса сочной мякоти у неё вдруг свело скулы, а на глазах выступили слёзы.

– Ах, подруга. – Кассия сладко потянулась. – Я бы на твоём месте как тряхнула бы волосищами, таких, поди, ни у кого из наших не сыщешь, как зыркнула бы на них! Вот бы где они у меня были, голубчики! – Кассия сжала невидимый в темноте кулак. – А то сгорбится вся, платок на голову…

– Я их обрезать хочу, – с набитым ртом сообщила Эши. – Измучилась я с ними.

– Я тебе обрежу, – возмутилась Кассия. – Чего выдумала? Что хочешь делай, а волосы сбереги! Что, не знаешь, кто с короткими волосами ходит?

– Да под платком всё равно же не видно.

– Кому надо, тот увидит, – наставительно сказала Кассия и снова вернулась к своим мыслям: – Объясни мне, почему они идут служить этим алым? Ведь я здесь многих стражников знаю: с какими в одной деревне жили, а какие – из соседних. Никто их не заставлял, сами пришли. И чего им, мужикам, не хватает?

– Денег, власти…

– А по-моему мозгов, – в сердцах махнула рукой Кассия. – По-другому и сказать нельзя. Они даже не пытались сопротивляться. Им всё равно кому служить. Хоть Лорду-Государю, хоть самим драконам! Вот Дэлик, хотя бы…

– Кто-кто?

– Дэлик, бессонница моя ночная, – усмехнулась Кассия, впервые называя своего стражника по имени.

– Ты любишь его, Касс, – вдруг поняла Эши.

– Люблю, – просто согласилась Кассия. – Себе не признавалась, а тебе говорю.

Подняв тяжёлые фляги, они на ощупь двинулись дальше.

– Слушай, – обернувшись, вдруг горячо прошептала Кассия, – я ещё скажу… Знаешь, подруга, ведь когда-то у меня был муж. Я не любила его и не жалела, когда он однажды навсегда уплыл на своём корабле… Он был мне не нужен, ведь у меня было главное – дочь… доченька моя… Она умерла, едва научившись ходить. Три дня лихорадки… Она сгорела, словно маковый бутон… И не одной лекарки не было рядом, чтобы спасти её. Я умерла вместе с ней, посылая проклятия Небесам.

Я мечтала о другом ребёнке и вслед за проклятиями стала молить Небеса о помощи. Я словно с ума сошла, думала, что в нём моя девочка возродится вновь… Но Небеса решили отомстить мне. У меня было много мужчин, но я стала бесплодной. Небеса мстят тем, кто их проклинает. Я была одна, многие отвернулись от меня, и только он поддержал меня.

– Кто? – тихо спросила Эши.

– Да он же, Дэлик, погибель моя… Мы ведь выросли вместе.

– Касс…

– Всё в прошлом. Так давно, что и не верится, словно в какой-то другой жизни… – Молодая женщина тряхнула головой. – Не знаю, что на меня нашло… Я никому не говорила об этом. – Кассия украдкой вытерла глаза. – Вижу, Евфания взялась учить тебя?

– Я сама попросила.

– Правильно, – кивнула Кассия. – Сказать по правде, я ведь тоже поначалу пыталась помогать ей, да только не смогла. Многие пытались, даже Бьюлла. Но для этого, видимо, что-то ещё нужно, кроме желания. Ни у кого не получилось. Про Евфанию молва до самого моря шла. Лучше её не было.

– А где её дети?

– У неё было трое сыновей. Погибли все. Внуков тоже нет. Одна она осталась. Может, потому и подалась сюда. – Прикрыв ладонью рот, Кассия снова зевнула. – Глаза слипаются… Вот бы такой заговор, чтобы вовсе не спать, а сил всё прибавлялось и прибавлялось… Нет, не пойду я к нему больше, а то не выдержу, свалюсь.

Время шло, и дружба Эши с Кассией всё крепла. Как-то раз, ночью, наполнив фляги, подруги сели передохнуть. Внезапно их слуха коснулся тихий глухой звук, похожий на едва слышный стон. Он доносился из самого сердца колодца и оттого казался ещё страшнее.

Расплескав от неожиданности воду, Эши бросила взгляд на Кассию. Пальцы молодой женщины были сложены в знак, оберегающий от всякой нечисти, а её губы беззвучно шептали заговор от ночной напасти.