Трезубец Нептуна - Александр Прозоров

— У господ нет наличных?

— О, хорошо, что напомнил, — вскинул палец толстяк. — И еще мне понадобятся наличные. На карманные расходы. Спишите немного с моего счета. А то даже чаевые дать нечем.

— Но господа понимают, что на это понадобится много времени?

— Какое «много»? — не понял Вайт. — Вы мне даете телефон, я подключаю его к декодеру, называю пароль, и деньги переводятся на ваш счет.

— Но нам придется ждать подтверждения из банка, что деньги получены.

— Зачем? Я же при вас подключаю декодер к телефону, перевожу деньги, называю пароль.

— Но это еще не значит, что они дойдут…

— Почему? — поднял брови толстяк. — Куда они денутся?

— Но лучше все-таки получить подтверждение… — гнул свою линию метрдотель.

— Ну так получите! — взорвался Вайт. — Получите свое подтверждение и дайте нам спокойно заняться своими делами!

— Но вы понимаете, это займет некоторое время. Разумеется, мы не собираемся сдавать вас в полицию, но было бы желательно, чтобы вы назвали место своего проживания и сотрудник полиции проводил вас туда… Это ненадолго, всего лишь до завтра.

— До за-а-втра? Вы будете получать подтверждение до завтра? Вы что, по телефонным проводам ходите пешком? — и Вайт протопал по столу пальцами, демонстрируя, с какой скоростью продвигаются здешние телефонные переговоры.

— Финансовые вопросы по телефону не решаются, господа, — нравоучительно сообщил метрдотель. — К нему возможно несанкционированное подключение, прослушивание, неверное соединение. Нам необходимо получить из банка письменное подтверждение получения денег.

— А мы из-за вашей идиотской подозрительности должны сидеть под арестом? — побагровел Вайт.

— Но таковы правила, господа, — попытался успокоить гостей метрдотель. — Вы должны понимать, что парольные декодеры — это система новая, ненадежная.

— Ненадежная?! — громогласно прорычал Вайт. — Всю галактику она устраивает, а для Ершбика ненадежная?!

— Ну что вы, господа, — испуганно попятился метрдотель. — Мы решим все вопросы к взаимному удовлетворению. Сейчас я вызову полицию и прямо при них объясню, что у нас нет к вам никаких претензий. Они только проводят вас до дома или гостиницы, подежурят поблизости. Это для вас же будет безопаснее. Хорошо?

Миллионер тяжело дышал. Разумеется, в обычной обстановке он согласился бы на столь унизительную процедуру, но потом обязательно добился увольнения этого человека, а по возможности — разорил бы ресторан или по крайней мере обеспечил изрядные убытки его хозяину. Однако сейчас перспектива встречи с полицией Теплеру Вайту не улыбалась. Даже при условии отсутствия к нему претензий со стороны заведения.

Он положил руку на грудь и с треском рванул пурпуан.

— На, подавись.

— Что это?

— Это пуговица. Это тридцать граммов золота. Да, да, я ношу золотые пуговицы! Надеюсь, выяснение пробы металла не займет у вас целого дня?

— Одну минуту. — Получив пуговицу, метрдотель отступил.

— Стоять! — цыкнул на него Вайт. — Скажи, чтобы нам, пока ты там копаешься, принесли бутылку текилы. Свободен.

Официант быстренько заменил пустой графин полным, Вайт быстро налил себе текилу в бокал для вина, потом точно такой же бокал наполнил Атлантиде.

— Декодер их не устраивает, — никак не мог успокоиться миллионер. — Дикари. Папуасы. Троглодиты. Мастодонты. Динозавры. Игуаны.

— Ну, выпьем, — остановил антропозоологический ряд археолог и осушил бокал. Вайт тоже выпил и сразу разлил остатки кактусовой водки:

— Археоптериксы. Австралопитеки. Питекантропы. Парабеллумы… — Тут толстяк запнулся и надолго задумался.

— Давайте лучше выпьем, — предложил Рассольников и снова взялся за бокал.

Как только текила обжигающей струйкой перетекла в желудок, появился метрдотель. Он подобострастно выложил на стол пачку новеньких банкнот:

— За вычетом стоимости обеда остается еще девятьсот сорок галактических кредитов.

— Какой у вас великолепный пурпуан, сэр Теплер! — присвистнул Атлантида. — А мне, честно говоря, он поначалу не глянулся.

— Надеюсь, вам понравилось, как у нас готовят, — профессионально улыбаясь, произнес метрдотель. — Мы всегда будем рады вас видеть в этих стенах, всегда рады принять вас и ваших друзей…

— Во! — Вайт подсунул ему под нос свою огромную фигу. — Во я еще хоть раз появлюсь в этом ресторане! Парольные декодеры для них ненадежны! Во!

Он встал из-за стола, отошел на несколько шагов, но вдруг быстро вернулся и схватил графин:

— Сколько стоит?

— Вос… Восемнадцать кредитов…

— Х-ха! — Вайт со всей силы шваркнул графином о стену, превратив его в мельчайшую стеклянную пыль, бросил на стол две банкноты и с сознанием честно исполненного долга покинул ресторан. — Трилобиты недорезанные!

— Теперь нам нужен обувной магазин, — пошевелил Атлантида пальцами босой ноги.

— Нужен… — Толстяка повело в сторону, и он оперся археологу о плечо. — Нам нужно еще выпить… за парольный декодер…

— Вы хотите, чтобы я пил в одном ботинке?

— Нет, — замотал головой Вайт. — Из ботинка пить неудобно. Шампанское из дырочек выливается. Лучше из туфли… Нет, из ту-фель-ки. Пойдемте, купим ту-фель-ку.

— Нет, ботинок, — потребовал археолог. — Хотя бы один!

— Хорошо, — признал толстяк правоту напарника. — Один вам, один мне.

Они отправились по улице искать обувной магазин. Однако, как назло, все время попадались продуктовые, продуктовые и продуктовые.

— Во! — наконец остановился Вайт. — Смотрите: «Хозяйственные товары», «Инструмент, посуда, все для загородного дома». Зачем нам туфли, если мы можем купить стакан, тарелку, миску, кастрюлю или ведро? Из них пить удобнее, чем из туфель.

— Я не пью из ботинок, — возмутился Атлантида. — Я надеваю их на ноги!

— Они же мокрые!

— Почему? — не понял археолог.

— В общем, стакан удобнее, — решительно подвел итог Вайт и ринулся в дверь. Платон похромал следом.

Тесное помещение магазинчика было плотно забито столами, инструментальными шкафами, лейками, лопатами, ведрами, секаторами, дефириаторами, граблями, мулиджеками и газонокосилками. Пока толстяк мучил хозяина расспросами об медицинских сертификатах на пластиковые стаканчики, археолог прошелся по залу и наткнулся на несколько небольших кабинок, рассчитанных на одного человека. Ценник был написан, естественно, на невразумительном языке Ершбика, но зато на длинной ленте, приклеенной к стенке, обнаружился абзац на немецком языке:

«Туалет загородный (садовый). Экологически чистый, не требует длительной установки, готов к работе. Емкость абсорбента обеспечивает утилизацию фекалий семьи из пяти человек на протяжении полугода».