Обладатель-шестидесятник - Юрий Иванович

Обладатели заспорили, как быть и стоит ли резко смещать объект на новый маршрут, когда неожиданно на связь посредством сигвигаторов вышел Тюрюпов. Причем общался он непосредственно только с Гон Джу и благодарил его вполне искренне:

– Удружил, коллега! Воистину удружил! Честно говоря, и я не ожидал от тебя такого подарка.

– Ты о чем, приятель? – недоумевал «китаец».

– За Колумбию – огромное тебе спасибо! Приятно, что ты вспомнил о моей крайней неприязни к наркотикам. Теперь наркотиков в мире станет не в пример меньше. И другим наука будет.

– Э-э, милок! Ты напраслину не гони, – стал отнекиваться от неуместной славы азиат. – И смерти тысяч колумбийцев мне в вину не ставь!

– Какие обвинения?! – горячился душка Санче’Ри. – Не хочешь стать героем, и не надо. Но я-то сразу понял, когда ты стал месить папуасов, чьих это рук дело. Уж очень резко ты ненавидел людоедов и всех, кто вокруг них увивался. Молоток!

– Сам ты стамеска! Говорю тебе, не я в Колумбии шалил. И мои союзники ни при чем.

– Как же так?..

– Но в любом случае рад тебя слышать. Потому что нам очень нужна твоя помощь. Да и Печенегу мы готовы все простить, если он окажется в наших рядах. Видишь же, что творится?

– Слушай, дружище, ты меня не путай, – стал уже злиться Тюрюпов. – О какой помощи идет речь?

– Надо уничтожить Тауламп.

– Чего-о-о?.. А разве это не ваше детище?

– Ну ты даешь! – теперь уже Гон Джу возмущался и размахивал руками. – Ты за кого нас принимаешь?! Считаешь нас совсем из ума выжившими?! Или сам головой думать перестал? Тут такая пакость появилась, существование цивилизации на волоске висит, а он это все за чистой воды аферу принимает!

Похоже, от такого напора знаменитый сценарист даже растерялся:

– Ладно, ладно… Чего ты? В самом деле непричастны?..

– А то! Неужели не поймал наше обращение к тебе и Печенегу?

– Не-е-ет… Я тут в последние дни занят был. Вообще про эту Тауламп да про события в Москве с драконом только из новостей узнал. И то редко слушаю…

– Значит, лишился ты своей хваленой интуиции и легендарного предвидения. Беда! Для всего мира беда, а ты ни в зуб ногой. Так что давай немедленно мчись к нам, будем подключать и твои силы к спасению человечества.

– Что, прямо сейчас?..

– Немедленно! А лучше бы – еще вчера!

Тюрюпов размышлял не больше минуты:

– Хорошо, через час буду в Москве. Готовьте «гараж» для моего запасного тела. Потому что основным я к вам не сунусь, мало ли вы чего надумали против меня.

Связь прервалась. А союзники уставились друг на друга:

– Примчится или нет?

– Ну срок-то небольшой, подождем…

– Но если это не он растоптал Колумбию, то кто? Неужели Печенег?

– Вряд ли. Для него наркотики, по его убеждениям, лишь средство для уничтожения слабых, ущербных и дебильных особей. Мол, естественный отбор. Зато мне пришла в голову иная мысль: почему мы зациклились только на этой парочке аферистов и любителей многоходового обмана?

– Вот ты о чем… Думаешь, что еще некий обладатель объявился? И тоже ненавидящий бедных колумбийцев?

– Именно. Хотя утверждать это глупо, но принять в расчет – необходимо.

Еще немного подумали и пришли к выводу, что смещение Тауламп в Африку вполне приемлемо. В таком случае будет намного легче перебросить группу минеров благодаря резко уменьшившемуся расстоянию.

Правда, Гон Джу выразил обеспокоенность иного рода:

– И Лысый Бубенчик где-то затаился… За багажом в Токио ни ногой. Упустили мы его тогда, а у него – сигвигатор. Наверняка где-нибудь себе нового помощника клепает.

– М-да! – Свифт задумчиво потер подбородок. – Вполне возможно, что его новый ученик уже умеет создавать парочку фантомов. После чего первым делом проверил камеру хранения. И трогать пустышку не стал, смирившись с потерей. Но в любом случае нам сейчас не до него. А нанести нам коварный удар в спину он никак не сможет. Силенок не хватит.

– Да? – не преминул возразить азиат. – А если его ученик обладает еще большими талантами, чем наш Федорович? Точнее, он начнет создавать фантомов только с живущих людей, да в полном сознании, что сделал среди нас только Яков. И ведь Яков достиг ранга тридцатника за более короткое время, чем Загралов.

Делать нечего, приняли решение почаще оглядываться и держать зоны личной безопасности максимально развернутыми.