Тютюнин против ЦРУ - Алекс Орлов

Шифровка пришла в посольство в половине третьего ночи. Ее сопроводительный статус был очень высок, поэтому шифровальщик сразу разбудил агента Джонсона, позвонив ему на квартиру.

– Что такое, Крупп? – сонным голосом поинтересовался Джонсон.

– Директива из Вашингтона, сэр.

– Из Вашингтона? – Главный церэушник посольства вздохнул, и шифровальщик отчетливо представил, как тот почесывает живот. – Хорошо, я сейчас приеду.

Джонсон положил трубку, затем снова снял ее и набрал номер Смита. Он не собирался бодрствовать в одиночестве.

– Але, – просипел в трубку бедняга Смит.

– Через полчаса в посольстве, Берк.

– Понял.., сэр…

Спустя десять минут оба агента ехали в посольство, сонные и злые на вашингтонское руководство. Уже в который раз те присылали срочные директивы, однако постоянно забывали о разнице во времени. На самом деле те об этой разнице не забывали. Они о ней просто не догадывались.

К посольству оба подъехали почти одновременно. Открылись ворота, машины вкатили во двор.

Смит с трудом выбрался из салона и нетвердой походкой направился к Джонсону.

– Эксперименты с местными винами, Берк?

– Пиво с раками, сэр… – ответил Смит и, громко икнув, добавил:

– Вживаюсь в местную обстановку. Хочу ничем не выделяться среди русских.

– Это может отразиться на вашем здоровье, Берк. Быть русским очень нелегко. Видите, какая в стране обстановка – население страдает.

– И я.., ик!.., страдаю вместе с ним.., ик!

– Идемте.

Они поднялись в свой отдел, где их ждал дежурный шифровальщик Крупп. Он не слышал, как вошли агенты, и продолжал самозабвенно поглощать конфеты «Красная шапочка», запивая их горячим чаем прямо с блюдца.

– Где текст? – угрюмо спросил Джонсон, возникая перед шифровальщиком.

Тот резко вскочил и пролил чай на секретные документы.

– Вот, – сказал он, быстро промокнув рукавом облитый лист.

Джонсон пробежал глазами написанное и кивнул. Он знал, что в донесении нет ничего срочного.

– Пойдем, Берк, обсудим директиву, а потом доспим на диванах. Домой нам уже не успеть.

– Угу, – согласился Смит, который не вполне понимал, что происходит. Исколотый раковой шелухой язык распух, и слова давались Берку очень тяжело.

Они прошли в служебное помещение, где Джонсон сел в свое любимое кресло.

Смит тяжело опустился на первый попавшийся стул.

– Итак, завтра ты загримируешься под старушку и пойдешь сдавать меховые вещи в фирму, где работает Сергей Тютюнин.

– Слушаюсь, сэр.., ик!… Только где я найду этот мех? У вас есть мех?

– У меня нет, Берк, но в городе полно магазинов. Купи что-нибудь скромное и отнеси.

– Но в магазинах все.., ик! совершенно новое.

– Ну, потопчешь ногами, потрешь об стену – неужели тебя и этому учить нужно?

– Не нуж-но, – медленно проговорил Смит и так икнул, что под ним скрипнул стул.

Джонсон выразительно посмотрел на своего сотрудника, но ничего не сказал и перешел к следующему пункту директивы.

– Далее, нам предлагается сходить и посмотреть на этого, как говорят русские – «моржового хрена».

– Вер-блю-жо-во-го… – по слогам произнес Смит.

– Хорошо, пусть верблюжового. Это, кажется, на Речном вокзале?

– Да. Вчера оттуда была прямая.., ик!., трансляция по TV. Я даже записал все на.., ик! видео.

– Молодец, Берк, – сухо произнес Джонсон. – Думаю, что на это шоу мы сходим вдвоем.

– Это было бы здорово, сэр. А то этим телевизионщикам я совершенно.., ик!., не верю.

– Это еще не все, – сказал Джонсон, заглядывая в текст. – Нам напоминают, что пора поощрить агента Зи-Зи денежным призом.

– И это правильно. – Смит так сильно кивнул, что едва удержался на стуле. – Подбросьте старушке десять тысяч баксов – пусть купит себе плащ.

– Почему именно плащ? – не понял Джонсон.

– А почему нет?

Джонсон посмотрел в пьяное лицо Смита и не нашелся что ответить.

– Тут есть еще один пункт. К нам для усиления агента Зи-Зи направляют Техасца.

– Техасца? Что он за человек? Вы его.., ик!., знаете?

– Если верить тому, что я о нем слышал, нам лучше пристрелить его прямо в аэропорту…