Тринадцатый череп - Светлана Данилова

– Ну что, друг, будь здоров! Матери привет передавай. Кстати, она пришла в себя? А то я в этой суете про нее совсем забыл что-то.

– Да, великий бог! – быстро залепетал паренек. – Она давно очнулась и радуется вместе со всеми, восхваляет твое могущество.

– Ну, хорошо, коли так, – улыбнулся Шизл и похлопал пацана по плечу.

– А ты к нам еще прилетишь? – осмелился спросить мальчик.

– Не знаю, вполне возможно. А что, ты будешь скучать, что ли?

– Видеть тебя для нас великий праздник! Прилетай к нам почаще. Ладно?

Неожиданно для себя Шизл был по-детски тронут такой преданностью и желанием его снова увидеть. И ему захотелось порадовать паренька чем-нибудь особенным.

– А хочешь, я покажу тебе свой виман, как он изнутри выглядит? Если не забоишься, конечно, – предложил он парнишке.

Мальчик был ошарашен таким предложением и какое-то время стоял с открытым ртом, пытаясь шевелить губами и что-то сказать Шизлу. Но от волнения звук упорно не шел из его рта, и пацан просто закивал. «Ладно, устрою ему пятиминутную экскурсию и хватит на этом», – подумал Шизл и вошел с глубоко обалдевшим от счастья мальчишкой в свой виман.

Первое время пацан стоял, молча, не шевелясь, с вытаращенными глазами, словно его из-за угла огрели мешком с песком. Потом постепенно взор его начал двигаться и реагировать на мигающие индикаторы, и он даже смог сделать несколько шагов к центру управления, чтобы рассмотреть его поближе. Когда он осторожно дотронулся до кресла пилота, наблюдавший за ним со стороны Шизл со смехом спросил:

– Ну, как? Нравится тебе тут?

Пацан медленно повернул голову в сторону Шизла и попытался словами выразить свой восторг, но вместо обилия слов, которые он бы хотел произнести, с обалдевшим лицом он вымолвил лишь краткое «да».

– Как тебя зовут? – спросил Шизл, который вдруг вспомнил, что он не знает имени забавного паренька.

– Гиант, великий бог! Все зовут меня Гиант, – сказал мальчишка, запинаясь. – А у тебя есть имя? Мы тоже не знаем, как зовут нашего великого спасителя.

– Есть, конечно, есть. Зовут меня Шизл. Обращайся ко мне лучше по имени, а не «великий бог». Вообще не обращайся ко мне так. Хорошо?

– Как же я смею не называть великого бога великим богом? Это же верх непочтения к тебе. Я навлеку на себя гнев великого бога, – рассуждал парнишка.

– Гиант, не тупи. Как ты можешь навлечь на себя мой гнев, если я тебя сам прошу называть меня по имени, а не великим богом. Я скорее огорчусь, если ты не выполнишь мою просьбу, – объяснял Шизл мальчишке, начав уже раздражаться на его трудности с пониманием и на неумение отойти от воспитанных в нем установок. – Если ты не хочешь меня прогневить, обращайся ко мне просто по имени. Понятно?

– Понятно, великий бог Шизл! – ответил пацан.

– Хм, уже лучше, конечно. Но все же не идеал, – продолжал Шизл свои попытки достучаться до разумения мальчишки. – «Великий бог» не нужно было использовать вообще. Теперь понятнее?

– Да, Шизл, я понял, – гордо отбарабанил паренек.

– Ну вот и отлично, – облегченно ответил Шизл. – Ну что, Гиант, посмотрел тут все? Тебе пора, наверное? А то мать переживает наверняка.

– Можно я еще чуточку побуду тут, Шизл? – стал упрашивать мальчик. – Здесь все так ярко и необычно, Шизл! Вообще не хочется от тебя уходить, Шизл… Дома у меня, Шизл, все совсем не так. Если ты хочешь, Шизл, я тебя к себе домой приглашаю в гости. А то я у тебя был, а ты у меня, Шизл, не был. Пойдешь ко мне, Шизл?

– Нет, не пойду… Уж лучше вы к нам, – рассмеялся Шизл из-за замеченного стремления пацана называть теперь его имя в каждой реплике, что выглядело очень нетипичным для обычной беседы на двоих и очень бросалось в глаза.

Увидев ярко выраженную грусть в глазах мальчишки от полученного отказа посетить его жилище, Шизл решил его успокоить:

– Ну, ладно, не переживай, Гиант! Может быть, когда-нибудь я прилечу в ваши края снова. Тогда и увидимся еще разок.

Но для Гианта это не было утешением. Он стоял, в последний раз окидывал взглядом эту неведомую и недостижимую для него блестящую обстановку, понимая, что еще через несколько мгновений она уйдет из его жизни навсегда, и он будет вынужден вернуться к своей обычной серой беспросветной обыденности. От осознания того, что он вот-вот свалится обратно в свой мир, который не идет ни в какое сравнение с тем, что он видит вокруг себя сейчас, на глазах Гианта навернулись слезы. Если бы ему сейчас предложили всего лишь одну неделю жизни в обществе Шизла в обмен на все годы, что ему отпущены судьбой среди своих, он бы не думая согласился. В отчаянии Гиант решился на дерзкий шаг, которого он даже сам от себя никак не ожидал. Внезапно он кинулся к ногам Шизла и начал его умолять:

– Шизл, возьми меня с собой! Не отправляй меня обратно к своим, – упрашивал Гиант, рыдая и всхлипывая.

Шизл был настолько ошарашен неожиданной просьбой парнишки, что даже не сразу нашелся, что ответить, и молча смотрел, как Гиант ползает в ногах и заламывает руки, пытаясь уговорить Шизла взять его с собой.

– Шизл, ты не пожалеешь, если возьмешь меня к себе! Я могу быть твоим слугой. Вообще могу быть кем угодно для тебя! Только не прогоняй меня обратно!

– Подожди, Гиант! Для начала встань с пола! – прикрикнул на него Шизл и, после того как мальчишка поднялся, продолжал более спокойным голосом: – Как я тебя с собой возьму? Во-первых, я вообще не знаю, что мне с тобой делать. Даже если бы мне был нужен слуга, то ты бы мне точно не подошел. Мой помощник должен знать куда больше, чем знаешь ты. И потом, маленький ты еще совсем. Да и не нужен мне слуга. Во-вторых, а как же твои родители? Мать твоя наверняка тебя со мной не отпустит. Ну как она может остаться без сына? Ты же ее надежда и опора в старости. И потом, она просто тебя любит. Как она сможет обойтись без тебя? Ты о родителях подумай, а не только о своих хотелках.

– Шизл, да родители вообще не проблема, – возбужденно лепетал Гиант. – Если хочешь, я прям сейчас побегу и отпрошусь у матери. Она не будет против. И отец тоже. Ты за них не волнуйся! К тому же у меня есть еще три брата и сестра. Родители не останутся одни. Они только рады будут, что тебе нужно меня забрать себе!

– Это тебе нужно, а не мне, Гиант! Так что не надо путать и выдавать твои желания за мои. Меня это бесит. Я же не зверь, чтобы вот так вот взять и захотеть отобрать у женщины сына. Мне бы это и в голову не пришло. Я не смогу о тебе позаботиться так, как твои родители. Тебе со своими будет лучше, чем со мной. Так что давай прощаться, и иди к ним обратно!

Мальчишка снова залился слезами. Гиант явно решил сделать все, чтобы не упустить свой шанс улететь вместе с великим богом. К тому же тот панический страх, который он испытывал к Шизлу, когда он только приземлился на поле, давно исчез. Во-первых, божество само стремилось направо и налево продемонстрировать свою доброту и демократичность ко всем людям еще на поле. Во-вторых, его гуманистические рассуждения и забота о родителях Гианта окончательно развеяли все страхи мальчишки перед божеством. Поэтому, дабы уговорить Шизла и поймать удачу за хвост, он стал давить на жалость.