Приманка - Вера Чиркова

— Да все, что захотите.

— А мы все и хотим, — хитренько хихикнул эльфийский охранник.

— Берите. — Как-то резко перестали мне нравиться эти малыши.

И мне не амулетов сейчас жаль и не украшений, за эти три дня на всю жизнь осознала яснее ясного, какие вещи нужно ценить и беречь из последних сил, а о чем и вспоминать не стоит. Нет в мире ничего дороже людей, которых любишь и которые любят тебя.

А вот мохнатеньких пикси жаль, и эльфов, которые их создали, тоже. Ведь по повадкам хитрых созданий будут судить и о них самих.

— А вон то? — рассматривая кучку снятых мной украшений, подозрительно поджал губки старший страж.

— Оно не снимается, — отстегнув серебряную обманку, показала я четки.

— Это мы делали, — впервые подал голос страж, сидевший рядом с главным. — И сможем снять.

Протянул крохотные лапки и ловко стащил мой артефакт, только светлая нитка следа на коже осталась.

— Теперь с него, — требовательно ткнул лапой в Рода старший пикси. — И бутылку давай, и чашу.

Я молча поставила перед ними хлебницу с остатками еды и бутыль, начала осторожно снимать с мужа браслет, и тут он проснулся:

— Вели? Ты что делаешь?

— Рассчитываюсь. Пикси пообещали выпустить нас на волю, если я отдам все украшения.

— Да? — нахмурился он, посмотрел на горку лежащих прямо на камнях драгоценностей, на мои лишившиеся браслетов запястья и принялся молча снимать с себя амулеты.

И только сложив все в ту же кучку, бесстрастно осведомился, где я вижу пикси.

— Там, где ты видишь эльфа. На самом деле он — иллюзия, а создают ее эти существа. Они сильные маги.

— Понятно. А гоблина ты тоже выкупила?

— Нет, он же за решеткой. А она тянет из тебя силу, — стараясь не смотреть на притихших стражей, спокойно рассказывала мужу последние новости.

— Эти решетки когда-то поставили гоблины, — усаживаясь, пояснил Танрод и притянул меня на колени. — Не сиди на камнях. Когда они убедились, что в сокровищницу им проход закрыт, то перекрыли все главные входы вот такими уловителями. Люди с магическими способностями, пытавшиеся добраться до артефактов, возле них становились беспомощнее детей и попадали в лапы гоблинов. Однако для себя хозяева Саар-кана оставили в решетках калитки, через которые могли пройти немного дальше. И через некоторое время, заключив с пленником взаимовыгодный договор, отпирали для него проход, чтобы потом, когда он добудет амулет, отработал на своих хозяев лет двадцать… или даже тридцать.

— Но ведь не каждый приносил отсюда добычу? — засомневалась я, начиная понимать, что вовсе неспроста дознаватель так подробно мне об этом рассказывает.

— Гоблины хитры. Скоро они вычислили, как нужно отвечать на вопросы фантома. Мне вон тот желтоглазый рассказал, предлагая сделку. Как я начинаю подозревать, на южном континенте большие перемены, и гоблинам срочно понадобились мощные артефакты. Я пытался захватить его в плен, и как только гоблин открыл проход сюда, утащил его в империю. Однако он меня переиграл — притворился потерявшим сознание и искривил мой путь. Портальный амулет у него артефактный. Едва мы оказались в какой-то роще, он первым открыл свой путь и притащил меня в проход. Я снова попытался его обмануть и снова проиграл. Гоблин успел запереть калитку, а едва я направился к центральным залам, решив взять какое-нибудь оружие и разнести решетку, он обрушил передо мной потолок.

— Ну и зачем он нам в таком случае? — задумчиво смотрела я на мужа. — Одного уже поймали магистры цитадели, допросят его — и все узнаем.

— Чтобы не обманул этих пикси. Они никого не убивают, это тоже он рассказал. Просто ждут, пока человек потеряет сознание, и выносят его по своим путям куда подальше.

— Добрые малыши, — съехидничала я.

— Мы не малыши, — строго оборвал меня старший страж, сверкнув желтыми глазищами. — И не добрые, а справедливые. Вас сюда никто не зовет и ничего не обещает, а ты сама пришла, сама договорилась и сама пожалела.

— Неправда, — разозлилась я. — Ничего я не пожалела, я все себе сама заработала и еще не раз заработаю! Жаль мне только эльфов, ведь о них будут судить по вашему поведению. Вряд ли им будет приятно узнать, какими их представляют себе жители огромного материка.

— Им все равно. — В голосе маленького создания неожиданно прозвучала острая печаль.

А в следующий момент нас подхватил внезапно налетевший откуда-то вихрь, тесно прижал друг к другу и со скоростью урагана потащил по всевозможным переходам и пещерам. Мимо мелькали то светлые, то темные пятна, резкие повороты и спиральные подъемы. Танрод давно уже обхватил меня руками и прикрыл своим плечом мою голову, сердито шикая каждый раз, когда мне хотелось рассмотреть мелькнувшее мимо светлое помещение. Потом вдруг на несколько мгновений стало совсем темно, но не успела я испугаться, как вихрь выбросил нас на ярко освещенный солнцем крутой склон. От толчка мы перевернулись и покатились вниз по каменистой осыпи, но очень скоро остановились, зависнув над струившимися вниз камушками. А затем неспешно и плавно, как перышки, опустились на дно небольшого ущелья, где весело бежала мимо синих булыжников мелкая, прозрачная речушка.