Любовь к драконам обязательна - Марина Ефиминюк

Насколько я была безграмотна магически, но все равно помнила из уроков колдовских искусств, что подобные знаки ставили младенцам для защиты от темной ворожбы. Просто работа человеческих магов стоила дорого, и позволить оберег для ребенка могли только состоятельные люди. Другими словами, в отличие от дочери трактирщика, сына аристократической фамилии Таннера ди Элроя было невозможно проклясть или сглазить. Он не поддавался порчам, приворотам…

Мычание шамана оборвалось. Обкуренная зловонными травами комната погрузилась в глухую тишину. С выражением искреннего, ничем не замутненного изумления фей разглядывал знак.

- Все в порядке? – с непередаваемым спокойствием вымолвил Элрой. Слава богу, он щадил мои чувства и не пытался иронизировать в своей обычной невыносимой манере.

- Нет, не в порядке. Поколдовали, и хватит, - сухо отозвалась я и, вытащив пальцы из чаши, я стряхнула остатки воды. - Шоколадный приворот говорите, господин шаман?

В зеленых глазах с вертикальными зрачками появилось затравленное выражение.

- Он тоже привороженный, говорите? – тихо вымолвила я, кивнув на не проклинаемого, в прямом смысле этого слова, Элроя.

- Но ты точно порчена! – попытался защищаться колдун, сведя за спиной крылья, отчего казалось, будто у него над лысой макушкой торчал длинный рог.

- Да неужели? Порчена – это как? Стухла? От меня пахнет, что ли, плохо? - сквозь зубы процедила я и уперла руки в бока. – Верни деньги, шарлатан! Девяносто шиллингов! Немедленно!

- Не боишься гнева духов? - Он попятился, видимо, побаиваясь оказаться побитым обманутыми клиентами.

- Я бы на твоем месте, дорогой товарищ шаман, не гнева духов боялась, а очень злого судебного заступника, готового написать жалобу в участок, – прошипела я, подтянула пояс плаща и начала наступать на горе-колдуна. - Хочешь, я тебе посчитаю убытки? Воровство ритуальной чаши в храме – штраф триста шиллингов и три месяца в исправительном доме. Обман королевских подданных – двести пятьдесят и три года в исправительном доме. Разбитые девичьи чувства и вера в магию – переломанные крылья. Другими словами, для фея - совершенно бесценно.

- Господин, помогите, - проблеял человек-бабочка, когда поняла, что злющая девица собирается выдрать с корнем его эффектный рудимент.

- Да она и сама неплохо справляется, - с усмешкой отозвался Элрой, следивший за тем, как непутевый личный стажер превращается в фурию.

- Так что? Девяносто шиллингов или заявление к стражам? – прошипела я.

- Шантажистка! – попытался ткнуть он мне пальцем в нос.

- Мошенник! – хлестко ударила я по костлявой руке.

Некоторое время мы смотрели глаза в глаза. Я громко пыхтела от ярости. Удивительно, как из ноздрей не шел пар, точно у разгневанного дракона.

- У меня только сотенная бумажка. Сдача будет? - сдался фей.

- Нет.

- Ладно, – покаянно кивнул он, - сдачи не надо.

Когда мы выходили из задымленного домика, то он нам прокричал вслед:

- Больше не смей появляться у меня на пороге! И подружке своей передай, чтобы не маячила перед домом! Иначе духов черного леса натравлю!

- Я на тебя городских стражей натравлю и на весь Аскорд ославлю, недоделанный божественный вещатель! – рявкнула я, и дверь моментально захлопнулась.

Некоторое время совершенно ошарашенная свалившейся как снег на голову правдой, я стояла посреди двора. Не было никакого приворота, просто одна глупая стажерка влюбилась в шефа. Какое странное служебное безобразие!

- Тереза… - позвал меня Элрой.

Я глянула на него, точно на врага народа, и сердито спросила:

- Ты с самого начала знал, что нет никакого приворота?

- Да.

- Тогда зачем сюда поехал? Я хочу провалиться под землю от стыда.

- Давно заметил, что в некоторых вопросах ты бываешь ужасно упрямой, - развел он руками. – Уроки лучше получать на собственном опыте.

- Одно радует, на этом бардаке я заработала десять шиллингов, – пробормотала я.

Тут Элрой не сдержал веселого смешка, но когда наткнулся на мой возмущенный взгляд, то тут же исправился:

- Раз с шаманом разобрались, может, теперь пообедаем? Не проголодалась?

- Мне, пожалуй, лучше прогуляться и подумать, - буркнула я, чувствуя, как голова пухнет от мыслей, и поклонилась: – До понедельника, господин ди Элрой.

- Тереза, давай я тебя хотя бы до дома довезу! – без особой надежды позвал он меня.

Я брела по улочкам Зачарованного квартала в сторону дома Фэйр и ругала себя последними словами. Как меня угораздило просто так, ни с того ни с сего втрескаться в дракона Элроя? Это же совершенно непрофессионально! Правда походила на горько-сладкий гречишный мед – любовь плевать хотела на обстоятельства и здравый смысл.

Таннер ди Элрой являл кладезь достоинств: уверенный в себе, терпеливый, умеющий красиво ухаживать и потрясающе целоваться. Воплоти принц из романа «Золушка», да еще поданный на блюдце с золотой каемкой. Оказавшись в опасной близости с таким мужчиной, воспитанная на любовных романах наивная выпускница института благородных девиц была обречена.

Через некоторое время я стояла перед дверью в квартирку Фэйр и отчаянным стуком вызывала лучшую подругу на разговор. Фея разделить со мной печаль не торопилась, а когда все-таки открыла, то выглядела страшно встрепанной и несколько ошалелой, как будто одевалась на время. К слову, ночная сорочка была натянута наизнанку.

- Ты опять спишь? - возмутилась я на то, что страдаю бессонницей из-за любовных переживаний, а она дрыхнет, как сурок, в любое время суток.

- Ты меня разбудила ни свет ни заря, - проворчала она. - У тебя ужасно несчастный вид.

Без особой радости Фэйр позволила мне зайти.

- Я влюблена в Таннера ди Элроя, – с порога заявила я.

- Это не новость.

- По-настоящему, - призналась я. - Шаман обманул, не было никакого приворота. Я просто втюрилась в собственного шефа, как недоделанная Золушка.

- Знаю, – вздохнула она.

- Откуда?!

- Маг сказал, - отозвалась она.

- Какой?

- Астреус, - машинально вымолвила Фэйр и тут закусила губы, догадавшись, что сболтнула лишнего. Удивительно, как с ней неизменно срабатывал метод неожиданных вопросов. Не хотела, а все равно выпалила.

Только я собиралась выяснить, с каких пор фея так крепко подружилась с человеческим колдуном, что обсуждала с ним чужую личную жизнь, как из спальни донесся подозрительный шум. Яростно хлопнула оконная створка, и я с подозрением покосились на закрытую дверь:

- Фэйр, ты что-нибудь слышала?

- Нет, – немедленно покачала она головой.