Сеятели ветра - Андрей Васильев

– Замолчи, – остановил Ворон Монброна, который открыл рот, собираясь выдать очередную хлесткую фразу. – Сейчас же. Форсез, продолжай. Что там дальше?

– Дальше. – Мне показалось, что Виктор был немного расстроен таким решением нашего наставника. – Дальше все просто. «Герхарду Шварцу предлагается добровольно предать себя в руки Ордена, дабы тот мог, справедливо взвесив все его грехи, вынести суждение о том, какой смерти повинен рекомый маг. Если же этого не случится, употребить все силы на то, чтобы схватить оного злодея, ввергнуть его в узилище и судить, учитывая сопротивление Ордену наравне с теми злодеяниями, что совершены ранее, но уже без какой-либо снисходительности». Тут еще подписи и титулы тех, кто данный документ составил, но они же вам не очень интересны, месьор Шварц?

– Совершенно неинтересны, – подтвердил мастер. – Ну что я могу сказать? Прозвучало здорово. Я бы сказал – оптимистично.

– А как по мне – ерунда какая-то. – Мартин сплюнул за стену. – Что так смерть, что эдак. В чем тогда смысл?

– Ты имеешь в виду – зачем мне отдавать себя в их руки? – уточнил Ворон. – Верно?

– Именно, – кивнул Мартин.

– Хороший вопрос, – похвалил его наставник. – Но перед тем, как я на него отвечу, я снова хочу обратиться к господину Форсезу. Виктор, в том свитке, что вы держите в руках, точно больше нет никакой важной информации? Кроме перечисления имен тех, кто его составил? Мне кажется, вы все же прочитали его нам не целиком.

– Там еще есть небольшая сноска, – подал голос один из тех чернецов, что стоял рядом с Форсезом. – Касательно ваших учеников.

– Вот, – поднял вверх указательный палец Ворон. – И что же она гласит? Это важно.

– Их предписывается заковать в цепи и препроводить в Миклайт, в главное узилище Ордена, – с готовностью сообщил ему человек в капюшоне. – Для дознания.

– Называйте вещи своими именами, – потребовал у него наставник. – Для пыток и последующей казни.

– Если ваши подмастерья будут в достаточной степени благоразумны и не станут чинить препоны следствию, то пытки не понадобятся, – возразил ему чернец. – Более того – возможно, вина некоторых из них будет сочтена не настолько великой, чтобы доводить дело до казни. Возможно, они отделаются бессрочной каторгой.

– Это в корне меняет дело, – оживился Карл. – А что? Каторга – отличное место. Свежий воздух, физический труд, и рядом только те, кто с тобой всегда в одной упряжке. До чего добр и щедр Орден Истины!

– Не замечал раньше за тобой склонности к тонкой иронии, – поморщился наставник. – И вообще, Фальк, ты непредсказуем, как мой кишечник после пары литров яблочного вина. Таланты в тебе просыпаются именно тогда, когда это никому не нужно.

– Герхард Шварц, маг, – вступил в разговор еще один чернец, обладатель хорошо поставленного голоса. Надо думать, это был их главный, потому что предыдущие ораторы тут же потупились. – Орден довел до вашего сведения свои требования, в которых предлагает вам покинуть свое обиталище и предаться в наши руки добром. Тем самым вы облегчите свою участь и участь своих учеников. В противном случае мы все равно добьемся своего, но на снисхождение тогда никому из вас рассчитывать не придется.

– Ворон, не дури, – подал голос мастер Гай. – Ты сколько угодно можешь рядиться в маску отупевшего пропойцы, но я-то знаю, что твой ум все так же остер. Не будь здесь меня, может, у тебя и были бы хоть какие-то, хоть минимальные шансы выскочить из этой ловушки. Но сейчас… Не осложняй ситуацию, не ухудшай свое положение, выходи из замка. И тогда дело обойдется без пыток, ручаюсь. И еще я гарантирую тебе быстрый огонь. Слово архимага.

– «Быстрый»? – непонимающе глянула на де Лакруа Луиза. – Это он о чем?

Робер пожал плечами, давая ей понять, что тоже не знает.

– Магов сжигают на кострах по-разному, – пробубнила Аманда, которая, оказывается, тоже пожаловала на стену. – На быстром огне и на медленном. Быстрый – это как милость. Пламя высокое, жар чудовищный, смерть скорая. Ну а медленный… Сами понимаете.

Чего ж не понять. Дым, разрывающий легкие, боль, поднимающаяся от ног все выше и выше, и свист толпы, которая охоча до зрелищ.

Боги, не дайте мне такую смерть! Лучше уж прямо сегодня, тут, на стене, в бою. Ну или близ ворот. Лучше там упасть на снег, заливая его своей кровью, чем задыхаться от дыма и выплевывать в огонь свои легкие, понапрасну призывая скорую смерть.

– Я готов сдаться, – громко крикнул Ворон, заставив нас всех уставиться на него непонимающими взорами. – Да-да, готов. Но у меня есть одно условие!

– Орден не заключает сделки с магами, запятнавшими себя черной волшбой, – бесстрастно произнес Форсез.

– Замолчите, молодой человек, – нахмурившись, велел ему мастер Гай, и Виктор его послушался. – Говори, Герхард. Я догадываюсь, разумеется, о чем пойдет речь, но ты все равно излагай свое условие.

– Ну да, оно очевидно, – признал Ворон – Я хочу, чтобы вот эти молодые люди, мои ученики, беспрепятственно покинули замок. Все, без исключения. Спустя два часа после того, как они уйдут и мной будет получено подтверждение того, что они не были схвачены за ближайшим поворотом, я выйду из ворот и предам себя в ваши руки.

Интересно, как он собирается получить подтверждение того, что нас отпустили? Хотя – это Ворон. Наверняка какие-то наметки у него имеются.

– Континент невелик, – с усмешкой произнес архимаг. – Они все равно раньше или позже все попадутся в наши силки.

– Это их шанс, – улыбнулся Ворон. – Видишь ли, он у них уже был, но я, по своей самоуверенности, его отобрал. Теперь хочу вернуть. Долг – такая штука, Гай, ты же знаешь. При жизни он тяготит, а ближе к смерти не дает спокойно умереть.

– Никуда я не пойду, – заявил вдруг Фальк. – Вот еще. Это и мой дом тоже. Не хватало еще, чтобы тут всякие к нему приходили и меня начинали стращать!

– Я придерживаюсь той же точки зрения, – поддержал его Эль Гракх, и хотел сказать что-то еще, но наставник остановил его взмахом руки.

– Отец-настоятель, – оживился вдруг Форсез, в голосе которого впервые за этот день появились интонации. – Нельзя идти на подобные уступки. Это маг, он лжет, такова их природа.

– Но-но, молодой человек, – недовольно глянул на него мастер Гай. – Выбирайте выражения.

– Я дам клятву на своей печати мага, – сообщил окружающим наш наставник, постучав себя по груди. – Месьор архимаг Туллий подтвердит вам, что подобные клятвы нерушимы. Просто в силу того, что нарушивший ее умрет в куда более страшных мучениях, чем вы даже можете себе представить. Лучше костер, честное слово.

– Это так, – покивал мастер Гай. – Свидетельствую.

– Ну так что? – Ворон сложил руки на груди. – Мое предложение принимается?

– Нет, – громыхнул голос служителя Ордена Истины. – Наш собрат прав, мы никогда не заключаем подобные сделки. Твои ученики будут казнены, равно как и ты. Но я все же могу тебе кое-что предложить.