Наследница молний - Ольга Пашнина

- А я тебя просил! Не говорить Брине! Это что,так сложно?! Сохранить хоть один чужой секрет?!

- Да что с тобой не так?! У тебя есть шанс поговорить с теми, кто тебя любит! Кто страдает, пока ты умираешь! Возможность попрощаться!

- А я не хочу прощаться! - рявкнул ди Файр в ответ.

С потолка посыпались искры, а пламя едва-едва занявшееся на покрывале, перекинулось на пол, создав огненный круг, в котором мы и стояли. Я чувствовала жар, но дыма не было, а в те моменты, когда языки огня случайно касались кожи, все ограничивалось быстро исчезающим красным следом. Это ж сколько в ди Файре силы, если даже он-призрачный способен на такое?

Мы стояли, упрямо глядя друг другу в глаза, и сами не заметили, как оказались почти вплотную. Упрямая борьба взглядов, никто не хотел сдаваться - и магия бесновалась вокруг, прямо как во время бала огня. Молнии сплетались с пламенем, вспыхивали голубым сиянием, растворялись в воздухе, оставляя после себя снопы искр. Комната наполнилась электрическим треском и противным запахом горящего дерева.

Это то, о чем не расскажет Кейман. И не поведают книги на древних языках. На некоторые вопросы можно ответить только самой себе, а на некоторые не существует ответов в принципе.

К какой категории относится вопрос «Что происходит между нами с ди Файром?», я не знала. Но вдруг испугалась бушующей вокруг стихии. двух стихий, если вообще мои молнии можно было назвать стихиями. Они подчинялись, наверное, одному богу Кросту, хотя в последнее время он не баловал свою наследницу вниманием.

Поэтому я совершала ошибки сама.

Протягивая руку, я знала, что это ошибка. Что позже я обязательно пожалею о том, что дала волю эмоциям, но сейчас мне смертельно захотелось его коснуться. Мысленно я со сжавшимся сердцем ждала, как рука пройдет сквозь полупризрачную фигуру проекции, поэтому, когда ощутила тепло - испуганно вздрогнула.

Там, где должно было биться сердце, словно поселилась пустота.

С шумом сглотнув, я подняла голову. Пламя в глазах Бастиана утихало, а вокруг - словно усиливалось, подпитывалось моей силой. Теперь это был не обычный огонь, он стремительно менялся в цвете, становясь то красивого цвета индиго, то слепяще белым.

И вскоре на смену пламени в глубине глаз огненного короля я увидела бездну эмоций. От горького сожаления до дикой жажды новых касаний. Как будто моя рука на пару секунд сделала его живым.

В голове вдруг возникла безумная мысль, что если я сейчас его поцелую, как тогда, в подсобке,то что-нибудь изменится, Бастиан очнется и перестанет смотреть с такой болью, от которой хочется забиться в глубокую нору и поскуливать от обидной жестокой несправедливости.

Потому что никто не должен умирать из-за одержимости безумного бога.

Никто не должен терять близких из-за меня.

- Ну, давай, - хриплым голосом произнес огневик. - Я тоже хочу узнать.

В тот момент, когда я почти решилась и встала на цыпочки, громко постучали в дверь.

Бастиан попытался было меня остановить, как сделал бы это, если бы был из плоти и крови: поднял руку и прижал к себе. Но рука прошла сквозь меня, и ди Файр разочарованно выдохнул.

- Деллин, открой! Это Брина!

- Ну вот. - Я закрыла глаза, вдруг навалились усталость и равнодушие. - Она теперь не отстанет. Бастиан. пожалуйста, поговори с ней. Подумай не только о себе. Подумай не о том, чего хочешь ты, а о том, чего хочет Брина. Она потеряла возлюбленного и брата. А сейчас получила шанс хотя бы поговорить с тобой.

- Хорошо, - после долгой паузы сказал Бастиан, - только мне будет нужна твоя помощь.

- Конечно. - Я слабо улыбнулась. - Я передам все, что ты скажешь.

Ди Файр, к моему удивлению, рассмеялся.

- Нет, Шторм. Я имею в виду Киглстера. Он прислал мне то, что я просил. Тебе нужно будет завтра сходить в мою квартиру в городе и забрать посылку.

- Посылку? Ты говорил письмо!

- Деллин, пожалуйста, открой! Я клянусь, я не скажу тебе ни одного дурного слова!

- Посылка, - подтвердил Бастиан. - Ты возьмешь ее и отправишь моей матери, но ни за что не откроешь ее, понятно?

- Да. Да, хорошо, как скажешь.

Пламя вокруг потухло, оставив безобразные черные следы на всем, чего касалось. Я тоскливо подумала, что Кейман, если узнает, убьет, но поплелась открывать. Вдобавок ко всему с потолка грохнулась люстра, а мы даже не заметили. И теперь сидели без света.

- Ого, что здесь произошло? - Брина, очутившись у меня, открыв рот осматривала комнату.

- Да так... домашцу делала.

- А вы горячо любите. магическую науку, адептка Шторм, -усмехнулся ди Файр. - Вернусь в привычное состояние, позанимаемся еще. А пока тебе на самостоятельное обучение оставлю вопросы магического предохранения. Немагическое мне не нравится, ощущения не те.

- Интересно, а если тебя лопатой погладить, тоже почувствуешь? - задумчиво протянула я.

- А. Ты сейчас. Деллин,ты правда его видишь?

Боги! От робкой надежды в голосе Брины мне снова стало стыдно. Может, ее брат прав,и я лишний раз тревожу уже заживающие раны?

- Правда. Он здесь.

- Где?

- Вот. - Я ткнула пальцем в то место, где стоял Бастиан.

Брина долго всматривалась в пустоту, словно надеялась, что старание поможет ей увидеть то, что скрыто от остальных. А потом вдруг ее плечи опустились и она разревелась.

- Почему ты мне не сказал?! Почему не дал знать?! Я тебя ненавижу!

Бастиан мрачно смотрел на рыдающую сестру, а вот мне пришлось ее утешать. Странное ощущение: девушка, которая совсем недавно готова была испепелить меня на месте, цеплялась за меня, как за спасательный круг. Я растерянно смотрела на ди Файра, а еще думала о том, что все же способности к общению у меня серьезно затормозили в развитии.

- Скажи ей, что я вернусь. Что способ есть, пусть не слушает тех, кто меня уже хоронит.

- А.

- Шторм! - рыкнул огневик.

Я проглотила опасение, что если у него не получится, Брине будет очень больно. В конце концов, это его сестра.

- Он говорит, что вернется. Что нашел способ это сделать,и чтобы ты не слушала тех, кто его хоронит.

- Как? Он умирает! Ты слышишь?! Мама сказала, что осталось несколько дней!

- Брина, - мягко произнесла я, - успокойся. Бастиан очень сильный. Он знает, что делает.

Если бы я сама в это верила! Но мне и порыдать было некому,и повод. его я признать оказалась не готова.

Ближайший выходной пройдет в уборке. Придется выкинуть плед, пару платьев, брошенных на постель, догоревшее сочинение для Ясперы - вряд ли она примет пепел, скажет, что он недостаточно аккуратный для зачета,и пару спортивных туфель. А ведь только заказала новые взамен убитых на тренировке!