Спригган - Артем Тихомиров

Самый лучший выход для меня — воспользоваться старыми добрыми крышами. Дома в этом секторе квартала стояли близко, так что перепрыгивать с одного на другой было легко. Дважды я поехал на мок-

рой черепице, но отделался только разрывом сердца и избежал неприятностей в последний момент. И тут не обошлось без фокусов!

Наконец я остановился, чтобы укрыться за широкой печной трубой.

Гасси и Фум к тому времени добрались до перекрестка, где жизнь почти что бурлила. Народ занимался в основном тем, что носился взад-вперед. Туземцам было плевать на непогоду. Время — деньги, говорят гномы.

О чем-то беседуя, Гасси и Фум задержались у бровки тротуара. Кварок сократил расстояние до каких-то пяти метров и спрятался за большими мусорными баками на углу дома. На крыше этого дома находился я. При желании я мог бы плюнуть шпиону на макушку, и тот подумал бы, что это только дождь.

С западной стороны грохотали, приближаясь к перекрестку, три тяжелогруженые фуры. Черно-красные полосатые тенты выплыли из дождя, мокрые лошади яростно пробарабанили копытами по брусчатке. Караван спешил. Свистели кнуты, здоровенные возницы блажили, заставляя зевак разбегаться.

И тут Гасси и Фум рванули с места. Шикарный трюк, ничего не скажешь. Вырублен из топора, никакого изящества, но может и сработать.

Я прикусил губу. Чтобы последовать за ними, мне надо спрыгнуть с крыши и у всех на глазах почесать в том же направлении. У всех на глазах — а это не годилось. Сейчас и так поднимется переполох… Да, он поднялся. Гасси и его телохранитель промчались в полуметре от лошадиных морд первой фуры. Возница издал яростный вопль, дергая поводья. Толпа охнула, ухнула и выпучила глаза. Обернулось несметное количество испуганных голов.

Кварок купился. Арбалетной стрелой он вылетел из-за мусорных баков и, прежде чем сообразил, что делает, преодолел расстояние до лошадей. Зверюги пытались остановиться, да не могли. Груз был слишком тяжелым, чтобы не считаться с его мнением. Сзади напирали еще две фуры, грозя произвести настоящую куча-малу.

Лейс, все последнее время размышлявший только о барышах, потерял разум. Его провели, как щенка, как зеленого новобранца. И вдобавок едва не заставили расстаться со значительной частью здоровья.

В тот момент, когда Гасси и Фум во все лопатки чесали прочь, теряясь в лабиринтах улиц, Кварок поехал на слое жидкой грязи. Его тщедушное тело прокатилось на пятке под аккомпанемент устрашающего воя, грохота и конского ржания и брякнулось на спину. Здоровенные копыта ударили возле самой его головы.

Кварок завопил, лошади ответили ему адским хохотом и ревом. Шпик оказался под фурой, но ему повезло. Удача просто вылила на него целую бочку своего добра. Ни одна из коняг не наступила на него, хотя трагедия и была близко.

Это же надо, подумал я, наблюдая, как в следующий момент, видимо повинуясь инстинкту самосохранения, Сварок ужиком выскальзывает из-под фуры и на карачках отползает в сторону. Скорость, которую он развил, можно было занести в анналы королевства. Словно пес, преследующий кошку, попой кверху, Кварок помчался прочь.

Улица напоминала пассажирский корабль, угодивший в сердце шторма. Все орали, махали руками и норовили броситься в неправильную сторону. Фуры двигались прежним курсом, создавая еще более мон-

струозный грохот. Возницы крыли всех и вся на чем свет стоит.

Для Кварока все обошлось. Пострадала лишь его профессиональная гордость. Впрочем, урон моей гордости тоже был немалым. Гасси и Фум успели уйти слишком далеко, мне их сейчас не догнать. Своей выходкой они избавились от двух хвостов, хотя о втором, Локи Неуловимом, не имели представления.

Надо возвращаться. Как минимум —'вытащить Шиолу из вонючей помойки.