Сияющая цитадель - Дэвид Эддингс

— Потому что мы должны там кое с кемвстретиться, — сказала Флейта.

— С кем? — спросил Келтэн.

— Не знаю. Все, что мне известно, — кто-то долженприсоединиться к нам, и мы встретимся с ним в Кинестре.

— Что, еще один твой намек?

— Можешь называть это и так, если хочешь.

— Не думаю, что нам стоит входить в город прежде, чеммы разузнаем, как там обстоят дела, — сказал Вэнион, поднимая взгляд откарты. — К западу от города есть деревня. Отправимся туда и разведаем, чтотворится в округе.

— Как называется деревня? — спросил Спархок,открывая шкатулку и вынимая кольцо жены.

— Нарсет, — ответил Вэнион, глянув на карту.

— Отлично. — Спархок вынул Беллиом и, посмотрев нанего, слегка нахмурился. — Не одолжишь ли мне свой носовой платок,матушка? — обратился он к Сефрении.

— Воспользуйся своим, — хмыкнула она.

— Кажется, я забыл его дома. Да я и не собираюсь сморкаться,Сефрения. Беллиом запылился, и я хочу протереть его. — Сефрения одарилаего странным взглядом. — Это может оказаться полезным. Я не хочу, чтобы онсчитал меня неблагодарным.

— Какое тебе дело до того, кем он тебя считает?

— Она явно никогда не командовала войсками, —заметил Спархок, обращаясь к Вэниону. — Надо бы тебе как-нибудь объяснитьей сущность двусторонней преданности.

— Если к слову придется. Как по-твоему, мы сможемотправиться в Нарсет — когда ты покончишь с домашними делами?

Спархок бережно обмахнул платком сияющие лепестки СапфирнойРозы.

— Ну как? — спросил он.

— По-моему, он слегка тронулся, — сообщил КелтэнУлафу.

— Вовсе нет, — возразил Спархок. — Беллиомобладает сознанием, почти что личностью. Я могу погонять его кольцами, как плетью,но все же предпочел бы добровольное сотрудничество. Когда-нибудь это можетоказаться безмерно важным. — Он отдал Сефрении платок. — Держишкатулку наготове, Халэд. — Спархок вновь взглянул на Вэниона. —Итак, Нарсет?

— Нарсет, — твердо ответил Вэнион.

— Голубая Роза, — сказал Спархок, обеими рукамивзяв камень, — перенеси нас в Нарсет.

Беллиом дрогнул, и вновь их окутали знакомые сумерки. Затеммир прояснился.

Нарсет оказался небольшой и пыльной деревушкой: глинобитныелачуги с плоскими крышами, сараи для домашнего скота, выстроенные, казалось,больше для красоты, потому что куры, свиньи и козы вольно бродили по улицам. Квостоку виднелся крупный город, все дома в котором были покрыты снаружи белойштукатуркой, чтобы защититься от безжалостного солнца пустыни.

Спархок спрятал Беллиом и кольцо Эланы и защелкнул золотуюкрышечку на собственном кольце.

— У нас появилась компания, — предупредил Телэн.

К ним приближался желтолицый тамулец в зеленой шелковоймантии в сопровождении взвода смуглых кинезганских солдат в точно таких жечерно-белых полосатых одеяниях и искусно намотанных на головы кусках ткани,которые носили и пограничные стражи. В глазах тамульца было жесткое выражение,которое он пытался скрыть притворным добродушием.

— Добро пожаловать, господа рыцари, —приветствовал он их по-эленийски, с легким акцентом, — мы ждали вас. Я —Канзат, глава местного отделения министерства внутренних дел. Посол Таубельотправил меня встретить вас.

— Как это любезно со стороны егопревосходительства, — пробормотал Вэнион.

— Все имперские чиновники получили приказ во всемсодействовать вам, лорд…

— Вэнион.

Канзат преодолел секундное замешательство.

— Я полагал, что вашим отрядом командует сэр Спархок.

— Спархок немного задержался. Он присоединится к нампозже.

— А-а, — Канзат окончательно пришел в себя. —Боюсь, лорд Вэнион, что вы не сможете без промедления войти в город.

— Вот как?

Канзат тонко, холодно улыбнулся.

— Король Джалуах в данный момент чувствует себяотвергнутым. — Он бросил быстрый взгляд на кинезганцев, стоявших внескольких шагах от него, и понизил голос до конфиденциального шепота: — Поправде говоря, лорд Вэнион, и кинезганцы, и чумная дыра, которую они именуютсвоей родиной, настолько незначительны в делах Империи, что никто невоспринимает их всерьез. Они же относятся к этому крайне чувствительно.Какой-то идиот в посольстве забыл переслать королю очередное послание изМатериона, и теперь король страдает от унижения в своем дворце. Придворныельстецы вывели на улицы толпы негодующей черни. Посол Таубель сейчас пытаетсяуладить дело так, чтобы не обращаться к атанскому гарнизону, однако именнотеперь на улицах Кинестры крайне напряженно. Его превосходительство просил васподождать в Нарсете, пока он не сообщит, что путь свободен.

— Как вам будет угодно, — вежливо пробормоталВэнион.

Канзат явно вздохнул с облегчением.