Хищники жаждут ночи - Доминика Арсе

– Сэр, а вы здесь что… – начал было солдат, но, судя по шуму, получил оплеуху и прикусил язык.

Ужаснувшись, что обзор в тех камышах, где уже какое – то время сидел гадёныш граф Щенсон, вполне себе хорош, я присела обратно в воду по самую шею.

– Граф, и долго вы уже тут сидите? – Возмутилась.

– Да я только за водой пришёл, а здесь солдаты, – врать Щенсон не умел совершенно. – Да и не видно ваших…

– Сэр, я попрошу! – Перебила смущённая.

Теперь уж и сомневаться стала. Свет от звёзд, кстати, очень даже неплохой. Темень ведь не такая кромешная, как хотелось бы. Это я со своим зрением невольно вошла в режим, и сравнения вести сложно: что видно, а что не очень простым человеческим глазом.

Граф поднялся шагах в пяти с видом стыдливым, и как так близко подпустила, ума не приложу. Совсем расслабилась.

– Покиньте, пожалуйста, территорию, господа, имейте совесть, – простонала.

За спиной в камышах шевельнулось! Обернулась резко – тишина. Позади граф активно зашелестел, удаляясь. А с этой стороны тоже кто – то сидел.

Вслушалась, затаив дыхание, готовая уже кричать о помощи и рвать когти к мечу, который опрометчиво кинула с одеждой. Но вовремя вспомнив о браслете, с которым теперь не расставалась, активировала лук и взвела тетиву.

Под голубым свечением от появившейся стрелы камыш вновь колыхнулся.

Кто – то пытался отползти, но слух мой тонкий улавливал теперь даже сопение, которое прежде слышала в кабине небесного корабля.

– Сэр Чилистин? И вы туда же? – Ахнула разочарованная, спешно убирая лук и снова прикрывая грудь.

Граф неуверенно подеялся, и выдал также неуверенно:

– Простое мужское любопытство, миледи.

– И в чём же оно заключается? – Съязвила.

– Это сложно объяснить женщине, – выпалил засранец, опуская голову с ухмылочкой.

– Вот от вас, сэр я такого не ожидала, – уколола небесного капитана. – У вас же жена есть, которая детишек вам нарожала самых красивых. А вы тут устроили бесплатный просмотр эротического кино!

– Полно вам, меня отчитывать, да при подчинённых, – брякнул граф и осёкся.

– Что?! – Взвинтилась ещё больше, и меня осенило: – А ну все встать! И пошли вон отсюда! Все, я сказала!

И как по заказу зашелестела камыши по кругу, и поднялось ещё человек пять из числа экипажа.

Вдруг подумала, вот почему лягушки квакать перестали. Тоже подсматривали.

Нахалы смылись, хихикая гадко, как дети. Чилистин только шёл серьёзный и всех демонстративно затыкал.

Убедившись, что ушли, я рванула к берегу за одеждой, и, не успев толком просохнуть, стала натягивать обратно противные штаны.

Купание с кайфом обернулось жутким дискомфортом. Не знала на кого больше злиться, пока мне в ухо мягко не прилетело от вампира, что прятался в лесу.

– Госпожа Валерия, позвольте мне разорвать мужей за попытку осквернения вашей великой персоны?

– Спасибо, разберусь сама, – прошептала, ощущая присутствие и других хищников в округе.

– Как пожелает моя госпожа…

Пятерых – то точно учуяла. Эти гады что, охранять меня решили? Все откликаются на зов, стоит только подумать о них, уловив посторонние мысленные нити, что робко витают около моего лба. Невольные тренировки ментального общения, похоже, пойдут мне на пользу.

Одевшись, вернулась к костру, чтобы обсохнуть вместе с одеждой. Ощущения на теле мерзкие. Лучше бы в замок слетала, приняв предложение Юргула. Приняла ванну и, переодевшись, к утру свеженькая и благоухающая вернулась бы. Но я же ж как наседка. Переживаю за солдат, как за детей, уж надолго оставить их не в моих силах. Пока до лагеря не доведу, не могу бросить. К тому же вампиры вокруг зуб натачивают, что там у них на уме… Дом Мануила, похоже, всех чужих в округе разогнал. Надеюсь, со Скверной никто не сцепился, надо бы провести более подробный инструктаж с моими новыми подопечными. Хотя кто кому подопечный – это ещё вопрос.

Погрызла я сушёных овощей из походной провизии, от мяса вчерашнего отказалась в пользу солдат. К позднему вечеру беспокойство Чилистина достигло предела, и костры были засыпаны дёрном наглухо. Отдельную палатку мне предложили на ночлег, и я с радостью пошла спать, зная, что наш покой охраняют мои вампиры.

Спала, как убитая. И разбудили рано, ещё только солнце собиралось показываться на горизонте, а солдаты уже свернули все лагерные пожитки.

Я ещё глаза не продрала, а мне Чилистин на ухо шепнул:

– Они здесь.

– Кто? – Ахнула охваченная мгновенной тревогой.

– Пойдёмте, покажу, – ответил граф и повёл на холм. С уже подстриженной и выровненной бородой он выглядел на пару лет моложе.

Спустя пару – тройку минут мы поднялись на вершину холма, и открылся вид на густую шапку леса, и то, что было за ним, чуть в стороне, как раз с направления каньона.

– Вчера этого не было, – хмыкнул Чилистин, кивая на бугристые спины дирижаблей, подавая мне подзорную трубку.

Но я не приняла её, мне и так всё видно.

– Откуда столько, – ахнула, не в силах сдержать досаду.

На поле за лесом, километрах в трёх от нас плотными рядами стояла целая армада владыкетеров. Штук пятьдесят по спинам посчитала, но судя по всему, там были ещё.

– Не знаю, Валерия, – выдохнул граф удручённо. – Повезло нам, что костры затушили на ночь.

– Их нельзя так оставлять, – заявила решительно.

– Мы не прорвёмся на этот раз, – ответил граф. – Три большие стаи крылатой нечисти были замечены дозорными, они в лес опустилось. Похоже, на этот раз Скверна подготовилась лучше, и птицы ждут, затаившись в засаде. Явление благоволит нам, что вражины не полетели сюда, иначе обнаружили бы владыкетер.

– Если поднимемся в воздух, нас всё равно заметят…

– Нет, если полетим на низкой высоте вдоль реки. А там дальше низина скроет.

– Вы уходите, а я попробую их отвлечь, – заявила.

Но Чилистин был непреклонен.

– Уходим все вместе.

– Вы ведь понимаете, что так всё оставить нельзя? – Встала в позу.

Граф задумался. А затем предложил:

– Мы могли бы разделиться, одни с леса нападут, тем временем другие отгонят владыкетер дальше. Потом в условленной точке подберём пехоту и умчим.

– Эти долбанные птицы нагонят всё равно и вцепятся в корабль, – не согласилась с планом. – Поэтому единственное, что можно сделать – это диверсию. При том, что начать её нужно, когда корабль наш улетит подальше.

– Вы так говорите, будто владыкетер для нас самое важное сокровище, – хмыкнул Чилистин. – За пять дней марша мы доберёмся до лагеря без суеты и без корабля.