Илартания. В объятиях сна - Ольга Арунд

— Как тесен мир, — Воланд не отрывал от меня взгляда и это не понравилось Арании. Она положила руку ему на плечо, привлекая внимание.

— Ваша подруга сейчас у себя, можете навестить её, если хотите.

— Спасибо.

Не замечая больше никого и ничего, я вернулась туда, где видела гармийцев. К счастью, на дверях имелись имена делегатов. Перед Сашиной дверью я притормозила, глубоко вздохнула и рывком её распахнула.

Попав в гостиную, проведя параллель со своим жильём, я открыла правую дверь и застала подругу в излюбленной позе — лежа на кровати на животе и изучая очередную книгу.

— Я думала стажировка изменит твои привычки, — весело заметила я.

Она вскинулась, её глаза неверяще распахнулись:

— Триш!

Она вскочила с кровати и мы бросились обниматься.

— Как ты здесь оказалась? — потрясённо выдохнула она, когда мы отстранились друг от друга.

— Это долгая история, — призналась я и рассказала как оказалась здесь, правда, не вдаваясь в подробности.

— И ты молчала, — недовольно покачала головой Саша. Мы устроились на кровати друг напротив друга.

— Ты уезжала, тебе было откровенно не до этого, да и произошло всё слишком быстро. Мне уже страшно что устроит Меди, когда я вернусь. Хорошо хоть у неё есть Адри — объяснит в чём дело… — Когда я осознала, что именно сказала, было поздно. Вот только Саша оставалась абсолютно спокойной.

— Триш, у тебя такое выражение… Успокойся, про то, что Меди встречается с твоим братом, по-моему, не в курсе только её и ваши родители, и то насчёт последних не уверена.

— В каком смысле? — окончательно перепугалась я.

— В прямом, — Саша пожала плечами. — Сложно скрыть такое, учитывая, что когда они оказываются рядом, искры летят.

— А как твоя стажировка? — эта тема казалась мне более безопасной.

— Сложно, — она тяжёло вздохнула, — очень. — И это признание сказало о многом. — Они другие. Никакого благоговения перед властью нет и в помине — если погибнет Кризар, никто даже не всплакнёт — изберут следующего президента и даже заморачиваться не будут. Серьёзно, они там выживают исключительно за счёт интриг и пакостей ближнему.

— Но Кризар тебя хвалила и В… — я запнулась, игнорируя вопросительный взгляд Саши, — энар Вагнер признал твои дипломатические таланты.

— Ещё бы он не признал! — буркнула она. — Хоть я и гражданка Илартании, но сейчас работаю на Гармию и это его взаимовыгодное сотрудничество… издевательство одно! — искренне возмутилась Саша. — К счастью, одно из заседаний энар Вагнер спешно покинул, а его секретарь не имеет и десятой доли такой наглости и упёртости. После этого мы, наконец-то, действительно начали договариваться, а не просто пытаться переубедить нашего президента.

— Я тобой восхищаюсь, — честно призналась я. — И заранее нам сочувствую, если тебя переманит да хоть та же Гармия.

— Да брось! Мне ещё учиться и учиться.

— Это и пугает, — сделала я страшные глаза и мы рассмеялись.

— Вообще, я задолбалась, — призналась Саша, отсмеявшись, — мне приходится в авральном режиме изучать законы и порядки Гармии, потому что то, что нам преподавали — полная… При этом надо не забыть про сессию и по полдня пропадать на заседаниях, на которые меня берут в качестве стажёра. Только по факту лиш я, Арания и Дерек можем сказать хоть что-то дельное. Я даже родителям не всегда успеваю отписаться, засыпая в полёте до подушки!

— Ты умничка! — не сдержав порыв, я крепко её обняла. — Кто, если не ты? Лучший политолог Илартании!

— Неправда, — ничего не изменилось, но я видела что выговорившись, ей полегчало, — в Илартании лучший — энар Вагнер. Переговорить его не можем даже мы втроём.

— Только представь, что сможешь ты с его-то опытом!

— Ну всё, захвалила! Завтра на радостях раскатаю Квара! — на Сашу с горящим глазами и боевым настроением можно было смотреть вечно.

— А вы вообще надолго задержитесь?

— Изначально планировали на неделю, но дело сдвинулось с мёртвой точки только три дня назад, так что, думаю ещё дня три точно будем здесь.

— Ты не представляешь как меня это радует, — я снова полезла к ней обниматься под смех подруги.

— Представляю, только не задуши! И Триш, ты только не обижайся, я безумно рада тебя видеть, но если мы сейчас не расстанемся Квар сам меня завтра раскатает.

— Всё, поняла, — я послушно соскочила с кровати, — ухожу. Надеюсь, завтра увидимся?

— Обязательно!

Не успела я уйти, а Саша уже погрузилась в чтение, но в этот раз с улыбкой, такой же, с какой я выходила из её комнат.

— Простите! — Я почувствовала как в меня кого-то врезался, но упасть мне не дали, удержав за талию. Передо мной стоял тот самый гармиец с золотой нашивкой. — Не ожидал, что у Александры посетители.

— Ничего страшного, я тоже не смотрела куда иду. Всего доброго.

— А кофе? В качестве извинений… — Такого поворота я не ожидала, обернувшись и с изумлением глядя на гармийца.

— Я не пью кофе, — улыбнулась, считая разговор оконченным.

— Ради вас я найду лучший чай в этом городе! — Гармиец оказался забавным, но на мой взгляд слишком настойчивым. И я бы сообщила ему об этом, но открылась дверь и в коридор вышла Саша.

— Триш, что-то случилось?

— Всё нормально, — успокоила я подругу.

— Александра, ваша знакомая отказывает мне в прощении, — патетически заявил он, отчего Саша иронично заломила бровь. — Я едва не уронил её, а она категорически отказывается испить со мной мировую чашку чая.

— Познакомься, Дерек Лирон, премьер-министр Гармии. — Я начинала понимать о чём она говорила, упоминая разницу в менталитете. Я бы никогда не представила Ренделла таким ехидным тоном и уж, тем более, не добавила: — И главный сердцеед страны.

— Саша!

— Александра!

Мы воскликнули одновременно, но у меня в голосе было больше шока, а у него притворного возмущения.

— Триана Майерин, моя лучшая подруга, — продолжила Саша как ни в чём не бывало и обратилась к Дерек:, — Вы хотели что-то обсудить?

— Хотел и сделаю это, как только ваша подруга согласится на моё предложение.

— Извините, господин Лирон. — Забавно, но я только сейчас заметила, что он и правда хорош собой, но проигрывает в сравнении с Воландом. Хотя, увы, сейчас ему проиграет любой мужчина. — Я не располагаю своим временем, — нейтрально улыбнувшись, я направилась к выходу с этажа.

Желания распивать чаи не было и обаятельные улыбки Лирона никак на меня не повлияли. Хуже того, я вспомнила внимательный взгляд тёмно-синих глаз Воланда и настроение начало стремительно портиться. На столе в комнате стоял очередной поднос с ужином, мимо которого я равнодушно прошла к столу. Мама вчера заметила, что я похудела и вряд ли меня это красило, но заставлять себя есть я не собиралась.